– Где он? – спросила Линн.
– Вон там. – Сьюзен кивнула на столик футах в пятнадцати справа от них. – Только упаси тебя боже встретиться с ним глазами!
– Сьюзен, в нашем городе не принято прекращать здороваться с человеком из-за двух провалов, – сказала удивленная Линн. – Мы с Эли по меньшей мере три раза в неделю обедаем с теми, кого на порог не пустили бы, живи мы в любом нормальном цивилизованном месте. Но здесь ведь никогда не знаешь, а вдруг эти люди опять нам понадобятся. И вообще, я всегда питала слабость к Вито.
Сьюзен равнодушно подняла брови. Линн была женой владельца крупной студии и одной из немногих женщин в Голливуде, которые осмеливались ставить себя на одну доску со Сьюзен без боязни возможных последствий. Очаровательная молодая вдова промышленника-мультимиллионера с Восточного побережья, Линн росла среди обстоятельных и серьезных денежных воротил, не признававших существования локальных социальных феноменов, подобных голливудскому правящему клану. Выйдя замуж за Эли Стокмана, она бестрепетно вознеслась к вершинам Беверли-Хиллз на волне прирожденной самоуверенности, заключив, что она ничем не хуже, если не лучше, всякого, кого она там может встретить. Мир кино, всегда легко доступный для женщин, умевших выбирать себе мужей, тут же принял ее – в полном соответствии с тем, как она себя поставила.
– Слабость к Вито? – переспросила Сьюзен. – С чего бы это?
– Мне нравятся его фильмы, не считая двух последних: он не боится делать что-то свое, пускай иногда и неудачно. Вито готов идти на риск. О ком еще ты можешь такое сказать?
– Напиши об этом для «Интервью».
– Не будь мелочной, милочка. «Стопроцентный американец» отнюдь не пустил вас по миру. К тому же Вито ужасно привлекателен. Мне всегда было ясно, почему Билли Айкхорн за него вышла – из чистой похоти. Она ведь тоже вернулась, ты слышала?
– Конечно, слышала. Вернулась, правда, пока затаилась. Я ей позвонила, и она сказала, что временно не принимает приглашений – ее замучили бесконечные парижские вечеринки. Она якобы хочет немного пожить затворницей и адаптироваться к разнице во времени. Разница во времени! Она уже по меньшей мере неделю как приехала.
– Добрых две недели, Сьюзен. Как ты полагаешь, они не сойдутся снова с Вито?
– Брось, пожалуйста. На сколько, по-твоему, может хватить чистой похоти, Линн?
– В случае с Вито, по моим расчетам, ее хватило бы года на три-четыре – это при том, что на обычного мужика ушло бы полгода от силы. В нем есть что-то темное, соблазнительное, что-то такое…
– Дешевое и показное? – презрительно подсказала Сьюзен Арви.
– А что, возможно, дело и в этом. Мне раньше не приходило в голову такое простое объяснение, – ядовито отозвалась Линн. – Не будь я счастлива замужем…
– Боже правый, Линн, тогда тебе, наверное, лучше просто пересесть к Вито, а Файфи Хилла прислать ко мне. Не хочется тебе мешать.
– Звучит соблазнительно, но я, к сожалению, договорилась с Марио и после ленча отправляюсь приводить в порядок голову. Могу поспорить, что на Вито ушло бы побольше времени… чем на шампунь и укладку.
– И можешь проиграть спор. Если ты уже не проверила, конечно.
– Ну разумеется, нет, милочка! Я вне подозрений, как жена Цезаря. А любопытно, правда ведь, что имя Вито никогда не связывали ни с чьим другим, кроме Мэгги Макгрегор? И у них все было в открытую, они ничего не скрывали. Он не афиширует то, что делает и чего не делает, и это мне очень нравится. Мужчины, пользующиеся самым большим успехом у женщин, как-то не склонны об этом распространяться, не так ли? А ведь любую из нас при случае Вито не надо было бы долго упрашивать! Думаю, Билли не вышла бы за него, если бы он не был великолепен в постели. Он обладает такой физической привлекательностью… ну просто молодой Витторио де Сика!
– Линн, ну право же…
– Ох, Сьюзен, где твое воображение? – поддразнила Линн. – Выше нос, лапочка! Не стоит приходить в отчаяние только от того, что Керт уже три месяца вставляет зубы и требует от тебя сочувствия и постоянного внимания. – Она рассмеялась, увидев, как вспыхнула от ярости Сьюзен, и добавила: – Официант, примите заказ.
Когда они заканчивали ленч, у их столика остановились поздороваться проходившие мимо Файфи и Вито.
– Присаживайтесь, – пригласила Линн. – Выпьете с нами кофе?
– К сожалению, не могу, Линн, – ответил Файфи. – Мне необходимо через полчаса быть на собрании в Бербанке.
– А я с удовольствием, – сказал Вито. «Поло Лондж» был все еще полон посетителей,
и предложение присоединиться к женам владельцев двух студий не стоило отклонять. Он сел рядом со Сьюзен, хотя приглашение исходило от Линн. Как он и ожидал, Сьюзен чуть отодвинулась. Отъявленная сучка! Снисходительная дрянь, которая то и дело его унижает, считает его недостойным Билли и откровенно радуется провалу «Стопроцентного американца». Но рано или поздно она получит свое!
– Что у тебя новенького, Вито? – с любопытством спросила Линн.
– Купил сногсшибательную книжку под названием «Честная игра».
– Ага! Мне она понравилась. Эли прислали гранки его английские ребята. Здесь она пока не вышла.
– Если бы я ждал ее выхода у нас, лучше было бы сразу о ней забыть.
– И ты действительно думаешь, что из нее получится фильм?
– Я знаю это наверняка.
– Надеюсь, ты прав, Вито. Уж очень книга хороша, написана так изящно и забавно!
«И при этом, – добавила она про себя, – если верно, что шутка, родившаяся в понедельник, умирает в субботу вечером, то срок, отпущенный английской комедии нравов, должен быть еще на два дня короче. Разве что ему удастся заполучить Стрейзанд и Клинта Иствуда, но даже у Вито это вряд ли выйдет».
– Если бы Голливудом правили жены, – заметил Орсини, – мы могли бы заключить сделку прямо за столиком.
– Но это, увы, не так. Черт, мне пора бежать! У Марио все расписано по минутам, и я не могу заставлять его ждать. Как насчет ленча на той неделе, Сьюзен? Я позвоню.
Линн нацарапала свою подпись на чеке и упорхнула, одарив их ослепительной улыбкой, насмешливой и немного злорадной. Она решила, что Сьюзен Арви пойдет на пользу светская беседа с Вито Орсини.
– А ты, Вито, прекрасно выглядишь, – сказала Сьюзен. – Как тебе Европа?
– Я прямо слышу, как ты перешла на тон хозяйки официального приема, Сьюзен. Не стоит, право. Самое интересное, что мы знакомы уже лет десять, если не больше, и сколько я с тобой ни разговаривал, ни разу не уловил в твоем голосе ни единой искренней ноты. Ты меня одного так не жалуешь или это твоя манера держаться со всеми? – Вито говорил с веселым дружелюбием, излучая свое неповторимое обаяние. Остолбеневшая Сьюзен приоткрыла рот, но промолчала. – Ты всегда разводила со мной церемонии, – продолжал тем временем Вито. – Ты не оттаяла даже после того, как я принес студии Керта три «Оскара». По моей теории, женщина обычно ведет себя так с мужчиной, который откровенно ею восторгается, таким образом давая ему понять, что тут ловить нечего. Только непонятно, почему ты снова и снова даешь это понять мне – ведь я никогда на тебя не покушался.
