— Бабуля, ты такая умная! — прижав руки к щекам, тихо восхитилась Оля, переводившая слова бабы Веры рыцарю, не владеющему русским.
— Так! — Сейфар вскинул руку, призывая к тишине, и почему-то пристально глядя куда-то в сторону левого плеча девушки, потребовал: — Коренус, попробуй сотворить сейчас любое заклятие!
Маг печально поглядел на недоступную бутылочку-утешительницу, вздохнул и сделал что-то типа художественной фиги все еще измазанными в порошке пальцами. Здоровенный, с хороший арбуз, ярко-желтый шар завис над столом, перекрывая свет кухонной люстры, рассеивающий утренний сумрак.
— Получилось! — взвизгнул Коренус, и счастливые слезы потекли по щекам человека, убедившегося в своей полноценности.
— У вас возникла какая-то идея, молодой человек? — проницательно поинтересовалась бабушка Вера.
— Перстень вашей внучки, почтенная леди, — привычно поймав руку Оли в свою, помахал ею в воздухе Аш. — В нем божественная сила, как сказал маг, а значит, и сила нашего мира. Когда Коренус колдовал в первый раз, Оля тоже была рядом, как сейчас.
Осчастливленный сознанием никуда не исчезавшего дара, магистр только умиротворенно вздохнул и принялся цветисто (сразу стало понятно, что в риторике старичок знаток) благодарить бабушку Веру. Добрые слова достались и на долю сейфара, но поскольку он не был очаровательной пожилой леди, Ашу благодарностей выпало на порядок меньше.
Баба Вера засмущалась, очаровательно зарозовела, убрала прядь волос за ушко и предложила:
— Я вам сейчас оладушек на завтрак напеку! Тесто-то уже готово! И яишенку с ветчинкой поджарю!
Оля даже мечтательно сожмурилась при словах «оладушки» и в продолжение кулинарной темы сказала:
— Бабуля, а давай еще гренок сделаем, у нас целых полтора батона в сумках. А я за свежим хлебом схожу в «Ниву». Куплю тамошних булочек! Они вкуснее спаровских!
— Вот и ладушки! Сходи, Олюля, только мои сапоги и дубленку надень, в куртяшке до попы не выскакивай, — согласилась бабушка Вера и с усмешкой объяснила таравердийцам: — Любит она мои гренки с детства. Еще под стол пешком ходила, а уж как приедет в гости, так просит: «Ба-веа, геночки, геночки»!
Оля смутилась, как смущалась всякий раз, когда родственники начинали вспоминать о ее детских годах при друзьях и знакомых. Но замолчать бабусю не попросила, знала, как приятно старушке делиться добрыми воспоминаниями. Только потихоньку выбралась из-за стола и пошла собираться в магазин, а Коренус коротко переводил Ламару про завтрак и хлеб.
Рыцарь с удовольствием составил бы невесте компанию, но маскарадный костюм Арагорна для прогулки по морозцу минус двадцать не годился так же, как спортивный костюм. А ширина плеч таравердийца лишала его возможности нацепить верхнюю одежду с плеча какого-нибудь из родственников девы Оли. Обо всем этом тоже поведал ретивому рыцарю магистр, давеча за чашкой коньяка просвещенный бабушкой Верой касательно погодных условий в новогодней России. В самой Таравердии снег зимой выпадал крайне редко, и таких дичайших морозов не бывало уж почитай тысячу лет, с годины Ледяного мора, когда на земли людей вторглись ледяные великаны. А тут без всяких великанов народ в холода жить пообвык.
— Да-да, — на глазок уважительно оценив размах плеча драконоборца, согласилась Олина бабушка, помешивающая тесто, чтобы оно отстало от стенок кастрюльки. — В шкафу только на Аша что-то подобрать можно, вон, хотя бы дубленку Васькину и ушанку.
— Не страдай, я присмотрю за твоей невестой, — коротко усмехнулся сейфар, принимая завуалированное предложение не оставлять девушку без надзора, поднялся со стула и пригрозил: — Только оладьи все без нас не сожрите, и гренки.
— Я вам сразу отложу на отдельное блюдо, — пообещала предусмотрительная бабушка Вера и крикнула в коридор, чтобы внучка подыскала одежду своему провожатому.
Обрадовавшаяся компании девушка быстро нашарила во встроенном коридорном шкафу Васькину длинную дубленку с широким воротником, прикупленную заботливой тетей Лизой на время мороза и успешно игнорируемую сыном. Непоседа Васька предпочитал всю зиму бегать в кожанке и вязаной шапке, сунув руки в карманы. И ведь не болел! Небось бегал так быстро, что инфекция просто не могла угнаться за прытким юнцом.
Вот сейчас предусмотрительность тети Лизы пришлась как нельзя более кстати. Оля разворошила коридорные запасы и выдала Ашу дубленку, ушанку и высокие ботинки на меху. В рукаве дубленки нашлись даже скомканные кальсоны нежно-голубого цвета. Их туда точно запихнул Васька, скорее всего собирался по-тихому выбросить, да позабыл.
Только что просвещенная насчет того, что ее друзья к настоящим морозам не привыкли, Оля позаботилась, чтобы Аш натянул на себя весь комплект одежды, исключая кальсоны дедушкиного фасона. Вместо них в шкафу отыскались висящие на одной вешалке с дубленкой, а значит столь же упорно игнорируемые плотные джинсы на флисе, вполне молодежные с виду.
Так что Аш оказался упакован если не по последней моде, то вполне прилично, настолько, чтобы его хотя бы со спины не приняли за бракованного Леголаса, занимающегося закаливанием, или сбежавшего из дурдома пациента. Сама Оля, будучи одного размера с бабулей, тоже не испытывала затруднений с зимним нарядом. Унты с этническим узором, меховая шапочка и золотистая, с коричневыми декоративными строчками дубленка — баба Вера любила одеваться красиво — были так же привычно-уютны, как одежда самой девушки.
Еще в лифте Оля, одержимая гласом не вовремя проснувшейся совести, задумчиво вздохнула:
— Зря ты все-таки пошел, Аш, оладушки самые вкусные, когда горячие, а магазин в соседнем доме, ничего интересного.
— Не переживай, если пошел, значит, мне так захотелось, — фыркнул сейфар, изучая серебристую кабину лифта с сакраментальными надписями на доске с кнопками. «Леха — лох» и то ли незаконченной, то ли полуоттертой, оттого ставшей почти ребусом «козе…».
Лифт громыхнул створками, раскрываясь, Оля и Аш вышли из подъезда во двор. Сейфар на несколько мгновений замер на высоком крыльце. Пока решали проблему магического бессилия и подбирали одежду, рассвело. Снег, нападавший за ночь, искрился под солнцем прямо-таки с садистским удовольствием: «Вот сколько меня! Получите и распишитесь! Ах, дворник в праздники не работает? Ничего-ничего, так чапайте, голубчики, авось по макушку не провалитесь!» Но ранние пташки из местных, большей частью из племени собаководов, привычно наплевали на эти угрозы и уже успели протоптать во дворе паутину узеньких тропинок.
Сейфар сошел с крыльца, зачерпнул и сжал горсть снега, вдохнул морозный воздух и с удивлением повернул голову в сторону громких веселых голосов. На горке в центре двора вовсю веселилась ребятня с санками, снегоходами и ледянками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
