то как? Как родители? — на моих глазах выступили слезы. Как же я скучала по нему.
— Ну как тебе сказать? — неожиданно он сник.
— Что стряслось? — я чувствовала себя неловко.
— Родителей схоронил в начале года. Сперва отец ушёл, а потом и мать. Не выдержало сердце.
— Жень..., — беру его руки в свои. Как же я могла не поддержать его в этот период? А он ведь даже не позвонил и не сказал. — Прости, что меня не было рядом, — смахиваю одинокую слезу. Его родители были и моими. Они всегда относились ко мне как к дочери.
— Все в порядке. Это ты меня прости, что не сказал. Когда ты уехала я долго злился, а потом стало стыдно тебя беспокоить. Все же расстались мы с тобой не на самой дружеской ноте, — он держал мои руки в своих, даря родное тепло.
— Ты прав, — улыбаюсь одними уголкам губ.
— Ничего рассказать не хочешь? — он стрельнул своим взглядом на мой живот.
— А что тут рассказывать? Сам видишь. Сын растет с каждым днем. Скоро в двери не пройду с такими габаритами, — кладу ладонь на живот и он оживает.
— Это че сейчас было? — глаза Женьки лезут на лоб.
— Это он так толкается. Напоминает о себе, — смеюсь, наблюдая за реакцией друга детства.
— А потрогать можно? Или нельзя?
— Конечно можно. Вот, — распахиваю легкую куртку, показывая свой шарообразный живот.
— Не наврежу? Он же еще мелкий совсем да? — касаясь пальцами моей кофты он не отрывал взгляда от живота.
— Когда ты стал таким трусом? — хватаю его ладонь, устраивая на животе. — Чувствуешь? — малыш активно пинает руку Женьки.
— Ага. Капец. Это он всегда так? — подняв голову он внимательно смотрел на меня.
— Частенько. Врач говорит, что это хороший признак. Здоровеньким растет.
— Круто. А ты стала еще красивей, — он не отрывает от меня своего взгляда, отчего я густо краснею. Когда-то я питала симпатию к этому озорному мальчишке, но все изменилось, когда он начал встречаться с моей соседкой по парте.
— Спасибо, — неловкость нарастала. Убираю его руку со своего живота, запахивая куртку. — Прохладно, — отстраняюсь.
— Ты прости меня за прошлое. Я дураком был. Не понимал, что теряю. Сейчас все иначе. Ты даже не представляешь сколько раз я кусал себе локти тогда.
— Не надо, — одергиваю его. — Давай не будем о прошлом. Сейчас все это не важно.
— Ты права. Вон у тебя какое пузо уже. Замуж наверно вышла?
— Можно сказать и так, — признаваться ему в своей фальшивой свадьбе не входило в мои планы. И тем более говорить, что мой муж спит со всеми подряд. Хватит и того, что я сама себя бесконечно жалею.
— Ты о чем сейчас? Не замужем что-ли еще? — в его глазах блеснула надежда.
— Нет. Но ты не так понял. Я на днях буквально замуж выхожу. Вот в гости к родителям приехала, чтоб пригласить как положено, — нагло вру, пока в душе скребутся кошки.
— Теперь ясно. Я думал совсем вернулась, — он вмиг помрачнел.
— Не. Думаешь я вернусь сюда? Да тут же каждая собака судачит о том, кто с кем спит. Я не для этого сбегала отсюда, — о том, что сбегала я по большей части именно из-за него умалчиваю. Слишком больно мне было видеть его с той девкой. Кажется, в любви мне вообще не везёт.
— Тут ты права.
— А у тебя как? Женился наверно? — переключаюсь на него, иначе наш разговор бы себя исчерпал.
— Там все сложно было. Ты ж знаешь, что у нас здесь почитают один брак и на всю жизнь.
— Мне ли не знать, — вспоминаю слова матери.
— Ну в общем залетела она у меня. Родители заставили свадьбу сыграть, а у нас и чувств то уже не было. Но брак то выгодный. Ты ж знаешь, что её отец тут многим заведует. В общем он настоял и мы поженились. Родилась дочь. Назвали Верой, а чем старше она становилась, тем меньше общего у нас оставалось. Подумал, что не моя дочь и ночью взял её волос. Отвез в город. Сделал тест, а она и вправду не моя. В общем там такой скандал был.
— Её отец прогнал с деревни, верно? — очень уж напоминала их история мою. С одним лишь отличием. Ребенок был по-настоящему от Максима.
— Конечно. Отказался от неё. Тут шуму было столько, что деревня еще долго в себя прийти не могла.
— А ты почему остался? На тебя разве не смотрели косо?
— Не я ж налево ходил. Пошептались несколько месяцев, да забыли.
— Кажется здесь никогда не будет здравого смысла, — тихо добавляю, поглядывая в сторону дома.
Возле ворот какое-то движение. Отсюда сложно разглядеть. Просто толпа людей.
— Не знаешь сегодня кто-то приезжает сюда из важных персон? — всматриваюсь вдаль.
— Вроде нет. А чего? — он следит за моим взглядом.
— Странно.
В голове мелькает мысль, что мама решила стоять на своём до последнего и постараться выдать меня замуж за местного.
— Я пойду посмотрю, — встаю со старого бревна, но ноги затекли и подкашиваются. Женя ловко перехватывает меня и усаживает прямо к себе на колени. — Прости, — выпутываюсь из его рук.
— Давай подождем здесь, пока все уладится.
— Эм. Хорошо, но отпусти меня.
Нехотя он позволяет мне слезть с его колен. Вот так-то лучше. Устраиваюсь на нагретом месте как раз в тот момент, когда позади раздаются чьи-то тяжёлые шаги.
Сердце бросается в бешеный ритм.
Знакомый запах заполняет собой все вокруг. В горле пересыхает. Я вляпалась.
Неожиданный крик и все стихает. Поворачиваю голову на Женю, который лежит лицом вниз, а его руки заламывают два огромных бугая. И я их прекрасно знаю.
Глава 35
Максим
Это не женщина, а сплошная беда на мою голову. Да я с ней скоро с катушек слечу! Это же надо было удрать к родителям к черту на рога! За гребаное время в дороге, я успел выспаться, дважды выйти отлить, а мы все еще не приехали.
Попадись она мне на глаза! Даже не
