Невероятная, абсурдная, противоречащая логике и разуму мысль о том, что Летучий Голландец действительно существует, постепенно доходила до сознания Сони. «Не зря же мы слышим о клинической смерти, снежном человеке, летающих тарелках, полтергейсте, экстрасенсах и множестве подобных сверх естественных вещей, – думала она. – Ведь не бывает же дыма без огня, видимо, вышеуказанные явления или хотя бы часть из них имеют под собой какое-то реальное основание. Сказать, что я удивлена и шокирована открывшейся правдой значит не сказать ничего. Но сознание человека так устроено, что, к сожалению, даже миллион долларов через какое-то время перестает вызывать восторг и поражать до глубины души. Я, как это ни странно звучит, за несколько дней немного привыкла к тому, что мы переносимся на Летучем Голландце в разные точки мирового океана».
Соню все равно волновал вопрос о том, что сказал ангел. Интуиция подсказывала ей, что это единственный способ снять проклятие, но их предок обходил эту тему. Она перестала искать встречи с Элаем, ей почему-то снова стало казаться, что ничего кроме новых страданий это не принесет. София пришла к мысли, что она уже не сможет встречаться с мужчинами, если не дождется момента, когда будет чувствовать всем сердцем, что поступает правильно.
Капитан старался как можно реже общаться с командой, так как его ненавидели и делали все назло, он передавал свои решения через Дирка и Питера Ван Гольфа. Матросы перестали приставать к Соне. Хотя на корабле дисциплина была вконец расшатана и людям, доведенным до отчаяния, было на все наплевать, им все же приходилось выполнять приказы боцмана во время шторма. И он по просьбе Филиппа запретил им приставать к подопечной капитана и был готов избить любого, кто будет это делать. Но Дирк твердо решил добиться близости с Соней. Он жалел, что из-за присутствия капитана почти не имеет возможности пообщаться с ней, но не терял надежды. Элай в свою очередь почти постоянно думал о Соне и понял, что без памяти влюбился в нее.
Почти все матросы пили ром, устраивали драки, грязно ругались, и атмосфера на корабле была гнетущей. Еды почти не было, кроме лепешек очень плохого качества и консервов. Только у помощника капитана был холодильник с деликатесами, который закрывался на сейфовый замок. Дирк пытался угостить Соню, но капитан не дал ему это сделать. Чувствовалась гнетущее отчаяние и страшное, подобное до предела натянутым струнам, внутреннее напряжение всех вокруг, которое парадоксальным образом сочеталось с мрачной злой апатией. Психологически было крайне тяжело находиться на корабле. Филиппу постоянно приходилось отлучаться, чтобы заниматься спасением судна в шторм, и тогда Соня и Данила сидели или лежали на сундуке, вкрученном в пол, стараясь удержать равновесие, их укачивало, и самочувствие было ужасным. Такое иногда продолжалось по полдня или больше.
В тот день Соня проснулась от того, что постоянная сильная качка, от которой она ужасно устала, неожиданно закончилась. Она услышала радостные крики людей. Дверь гостевой каюты, где Соня пыталась спать, несмотря на шторм, отворилась, и она увидела капитана. Его волосы растрепались от ветра, и он выглядел очень взволнованным и даже радостным, следом за ним вошел довольный Данила.
Филипп с лихорадочным блеском в глазах сообщил: «Сегодня мы сойдем на берег, я не думаю, что Всевышний настолько жесток, что заставит вас остаться на корабле, это все мои нервы. Я очень надеюсь, что вы сможете уехать сегодня». У Сони радостно забилось сердце.
– Жалко, конечно, с вами расставаться, – вздохнула она. – И как же мы уедем? – забеспокоилась София. И тут она сообразила, что можно приобрести авиабилеты через систему он-лайн бронирования. Это мог сделать только Дирк. И Данила попросил штурмана об этом. Помощник капитана неожиданно согласился легко и без всяких условий. Дирк сказал, что отсутствие у ребят паспортов это не страшно, так как у него есть человек, который может залезть на внутренний сайт отеля и узнать их данные. Также он обещал помочь с посадкой на самолет. Соня не очень поверила этому, но альтернативы все равно не было.
Через несколько минут в их каюту, улыбаясь, вошел штурман.
Чтобы отдать авиабилеты, он выбрал момент, когда капитан вышел из каюты.
– Вот, возьмите, дорогие ребята. Что бы вы делали без меня, – сказал Дирк и протянул им две бумажки для предъявления в аэропорту, – и без моего несгораемого водонепроницаемого сейфа, где хранится ноутбук.
– Наверно, без вас мы бы наслаждались спокойным утром, – очаровательно улыбнулась Соня.
– И это вместо благодарности, крошка! Мы с тобой еще обязательно увидимся, и я жду не дождусь этого момента, – серьезно сказал он.
– Спасибо, что поставили меня в известность о нашем предстоящем свидании, – сказала Соня, стараясь придать голосу небрежный оттенок. – Вы так твердо верите, что сбудутся ваши мечты, наверно, вы романтик и немного не от мира сего.
Дирк криво улыбнулся:
– Говорят, что женщина не может быть умной и красивой одновременно, не пытайтесь говорить умные вещи, ведь вы так красивы.
– Не верьте тому, что говорят люди. Может, ваша главная ошибка в том, что вы доверяете мнениям других и не имеете собственного?
Тут вошел капитан и Дирк вышел, послав Соне воздушный поцелуй.
«Да, возможно, не очень удачную роль я играю, – думал он, – посмотрел несколько их фильмов и выбрал такой тип поведения современного героя, чтобы ей понравиться. Есть в этом нечто шаблонное, неживое. Похоже, она неглупая девочка надо было придумать что-то более оригинальное. Меня так возбуждает ее остроумие, надеюсь, у меня будет шанс доказать ей ни на словах, а на деле мое превосходство. Жаль, что не могу сочинить для нее красивые стихи». Он вздохнул и быстро пошел в свою каюту собирать вещи.
«Странно, похоже, он действительно уверен, что мы еще увидимся, – думала Соня, – почему-то мне хочется еще с ним пообщаться, он такой мужественный и необычный. Что я в нем такого нахожу? Что вообще находит мужчина в женщине и женщина в мужчине? По каким непонятным неписаным законам возникает тонкая эфирная рвущаяся материя взаимной симпатии, которая может перерасти во что-то большее, а может раствориться и исчезнуть, едва возникнув?»
Ее размышления прервал Филипп, вошедший в каюту.
Данила показал ему электронные авиабилеты. Капитан долго вертел их в руках и, наконец, сказал:
– Здорово, что с этими бумажками вы сможете попасть домой. Все считают меня храбрым человеком, но я ни за что не отважился бы лететь по воздуху на стальной птице, – он вздохнул, – но вы смелые, вы молодцы.
– У меня есть немного денег, надо будет купить современную одежду, – добавил он, – собирайтесь скорее, все уже уходят.
