гуманитарной миссии в Нигере. Четвертая изучает юриспруденцию. У нее богатый опыт воспитания хороших женщин.
Миз Руссо уносит куклу Лукреции в комнату оборудования, чтобы привести ее в плаксивое состояние. Фрида, Бет и мать-подросток желают удачи Лукреции, которая садится в центре круга.
Фрида сообщает Эммануэль, что сегодня особенный день.
— Не бойся, — успокаивает она ее.
После прорыва на прошлой неделе она думает об Эмммануэль как о своем маленьком друге. Сиротке. Найденыше. Может быть, не как о мнимой дочери, а как о временной. Эммануэль попала к ней из-за войны.
Она хочет сказать Эммануэль, что думает о здоровье. Гарриет в прошлое воскресенье была слишком больна и не могла говорить. Вся семья заболела. Прививку от гриппа они так и не сделали. Гаст сказал, что эффективность вакцин этого года составляет всего двадцать процентов. А Сюзанна считает, что сопротивление вирусам усилит иммунную систему Гарриет. Ей не нравится, когда Гарриет слишком часто моет руки, ведь так Гарриет избавляется от полезной кишечной флоры. В школе осталась запись того разговора Фриды — она повышает голос, называет Гаста безответственным, а Сюзанну сумасшедшей, имея в виду нежелание Сюзанны делать противогриппозные прививки, что, по мнению Фриды, настоящий «натуропатический бред».
Инструкторы просят миз Найт вызвать следующую экзаменующуюся. На диагностику причины слез уходят драгоценные минуты. Ожидающие матери криками подбадривают экзаменующихся. «У тебя получится!» — «Подними ее!» — «Давай-давай!»
Лукреция укладывается в девять минут и тридцать семь секунд. Робин — в девять минут пятьдесят пять секунд. Бет и мать-подросток выходят за пределы десяти минут.
Миз Руссо берет Эммануэль. Фрида выходит в середину круга. Она пытается собрать в себе всю любовь, которую должна будет отдать, любовь, которую она должна отдать Гарриет. Она прогоняет морщины со лба. Слышит плач Эммануэль. Присаживается на корточки. Когда они будут просматривать запись, на ее лице под лбом, купающимся в лучах света, должно быть выражение блаженства, как у итальянских мадонн, прижимающих к себе младенца.
* * *
Группы разделят на подгруппы — на тех, кто прошел экзамен, и тех, кто не прошел. Фрида проскочила, показав время девять минут и пятьдесят три секунды. Линда легко заняла первое место. Шесть минут и двадцать девять секунд, говорит она всем, кто спрашивает. В обмен на добавку за обедом и туалетные принадлежности Линда раздает советы и объясняет стратегию перед сном. Иногда перед дверями ее комнаты выстраивается очередь.
В середине обеденного зала устанавливают неукрашенную рождественскую елку. Пол под ней усыпан иголками — сердитые матери ощипывали ветки.
Наступающие зимние каникулы дают материал для уроков по материнскому языку промежуточного и продвинутого уровней. Фрида рассказывает Эммануэль о чикагских зимах. Об озерном эффекте, случающемся при снегопадах. Там климат не похож на тот, что в Филли, где вся жизнь останавливается, если выпадает два дюйма снега.
— Когда я была маленькой, снег выпадал мне по плечи. У меня есть фотографии, на которых мой папа тащит меня по снегу в детской ванночке. А нужно было купить санки.
— Санки?
— Это такая штука, на которой съезжают с горок. Люди садятся в них со своими детьми или одни и едут вниз быстро-быстро.
Она подражает движению с помощью рук.
Фрида рассказывает Эммануэль про Рождество, про то, как наряжают елку и дарят подарки. Она не знает, как в школе относятся к Санта-Клаусу, так что эту часть опускает.
— Моя семья устраивает застолье в канун Рождества. Никто не объяснял моим родителям, что подарки нужно открывать в утро Рождества, а потому на следующий день нам нечего было делать, и обычно в Рождество мы отправлялись посмотреть кино.
— Ки-но?
— Кино — это история. Ее смотрят на экране. Выдумка. Люди смотрят кино, чтобы забыться. Не беспокойся, я думаю, тебе это никогда не понадобится. Твоя мамочка будет тебя развлекать.
* * *
На следующей неделе возникает ощущение нормальной жизни. Матери читают вслух книжки про Рождество, Кванзу[13] и Хануку. Фрида читает Эммануэль про олениху Риту[14].
— Следите за изменениями голоса, — говорит миз Каури. — У вас Рита, ее друзья, Санта и миссис Клаус говорят одинаковыми голосами. Вы, Фрида, должны каждую фразу осенить искоркой света.
Она предлагает Фриде называть всех людей и предметы на картинке, указывать на форму и цвет. Фрида должна просить Эммануэль повторять слова. Она должна стимулировать любопытство Эммануэль развивающими, познавательными вопросами и задавать эти вопросы с любовью.
— Помните, что вы формируете ее разум, — говорит миз Каури.
Заставить кукол сидеть спокойно во время чтения — нелегкая задача. Как их и предупреждали, слишком большое количество «нельзя» приводит к тому, что куклы начинают пищать, как сигнализация на машине. Эти звуки доносятся изо всех углов здания, в особенности оттуда, где куклы-младенцы.
Фрида просит Эммануэль показать на картинке предметы красного цвета. Носы оленей. Одежду Санты. Полоски на фантике. Она хотела бы рассказать Эммануэль, что Гарриет сейчас в Маклине, штат Виргиния, что в доме родителей Сюзанны Гарриет наденет красное платьице.
На последний звонок ответила Сюзанна с заднего сиденья машины, где сидела вместе с Гарриет, за рулем был Гаст. Связь была плохая. Лицо Гарриет все время исчезало. Сюзанна подсказывала ей, что нужно говорить: как она скучает по мамочке, как любит мамочку. Гарриет не стала говорить ничего такого, но один раз коротко ей улыбнулась.
Никто не поставил Фриду в известность об этом путешествии. Никто не спрашивал ее разрешения. Они никогда не говорили, что собираются показать Гарриет родителям Сюзанны. Она бы на это никогда не согласилась. Если бы они спросили, она бы сказала Гасту, что и одной европейской семьи вполне достаточно.
* * *
По мере приближения Рождества куклы мрачнеют. Дурное настроение одной куклы, передается всем остальным, как вирус. Эммануэль вырывает целую страничку из своей книжки-раскладушки. Когда Фрида напоминает ей, что к игрушкам и книжкам нужно относиться бережно, Эммануэль встречается с ней взглядом и говорит безразличным тоном: «Ненавижу тебя». Она ударяет гласные с небывалым напором. Это ее первое предложение из двух слов.
Хотя Фрида знает, что в этих словах нет ничего личного и Эммануэль не человек, оскорбление обжигает. «Неужели так и было?» — спрашивают у нее за обедом.
Лукреция считает, что куклы с приближением праздников были запрограммированы капризничать. «Как настоящие дети», — говорит она, но, кроме Линды, никто из них не знает, как ведут себя дети годовалого-полуторагодовалого возраста на праздники. В прошлом году их дочери были легко унимаемыми младенцами.
Матери уже четыре недели носят форму. Менструальный цикл у всех сбивается. Женщины в розовых халатах выдают им всего по две гигиенические прокладки, а потому матерям приходится постоянно просить
