— это плохо, — согласился Эдельвейс. — Я бы не хотел быть на одной стороне с безумной химерой.
Кот нервно облизнулся второй пастью и пошкрябал по земле пятой лапой.
— Что ж, ваше право, — пожал плечами Дамиан. — В таком случае, поговорим, когда ты будешь готов к переговорам. А теперь прощай, раз уж ты пока не готов.
— Даже не думай так легко свалить! — сказал я, коррекцией добавляя себе силы и скорости. Клинок запылал фрактальным светом. Над головой пронеслось чёрное пламя Тео.
Тень и кот тоже присоединились к веселью. Но его оказалось совсем немного.
Эпического боя снова не вышло — Дамиан вдруг подпрыгнул, и из-за его спины вырвалось пламя. Одновременно с этим он пнул своего товарища в нашу сторону, накладывая какую-то печать, а следом — начали взлетать и остальные из четвёрки.
[Коррекция: снижение скорости]
[Коррекция: повышение веса]
[Коррекция: износ мотора]
Но впервые любимый навык подвёл — ни один не сработал на механиста, и он благополучно ускоряясь, уже летел ввысь. Следом за ним на чёрных пылающих крыльях летел Тео, но уже было понятно, что магии за движком механиста не успеть.
Тем временем его товарищ упал на землю под действием тройной коррекции. Похоже, навык механиста позволял передать предназначавшиеся ему проклятия жертве, и он не задумываясь пожертвовал своим подчинённым.
Я выругался сквозь зубы, глядя вслед удаляющемуся дирижаблю Дамиана. Этот подлец сумел улизнуть! Но тут же мой взгляд упал на механиста, который упал на землю рядом со мной после того, как его предал собственный командир.
Я мгновенно подскочил к нему. Это был мужчина лет тридцати, с коротким ежиком темных волос. Его лицо, перечеркнутое шрамом через левую бровь, выражало смесь гнева и растерянности. Доспехи на нем были вполне обычные — красно-оранжевая броня с символикой Ордена Механистов. По подсказке системы — имел механист сто пятидесятый уровень.
Он попытался вскочить на ноги и броситься в бой, но я тут же применил Коррекцию, снизив его силу и выносливость. Одним точным ударом я опрокинул его на землю, прижав к стволу мертвого дерева. Затем присел перед ним на корточки и зловеще улыбнулся:
— Ну что, кинул тебя твой командир. Какая досада, а?
Парень нахмурился, оглядывая весь мой отряд. Он понял, что бежать некуда, да и сражаться он с нами явно не сможет, потому в ярости вскинул руку, поднося ее ко рту.
— Во имя Святой Омниссии! — заорал он и попытался что-то проглотить.
Но я вовремя перехватил его руку и прижал к дереву. Из неё выпала маленькая пилюля, которую механист явно хотел принять как яд.
Сатока, не дожидаясь моей просьбы, тут же протянула мне специальные антимагические цепи. Я надел их на пленника, крепко приковав к дереву.
Тем временем Лина подняла выпавшую пилюлю и пристально её осмотрела.
— Это цианид, — констатировала она. — Смертельный яд мгновенного действия. Что ж за люди у Церкви Стали.
— Фанатики… — презрительно фыркнул Эдельвейс. — Видели, знаем. Есть такие в Анклаве. Увы.
Я вновь повернулся к механисту и посмотрел ему в глаза:
— Нет, друг мой, ты так просто не умрешь. Сначала мы с тобой поболтаем.
Парень попытался плюнуть мне в лицо, но я легко уклонился.
— Не трать силы, — усмехнулся я. — Лучше расскажи, какие цели преследует Дамиан, откуда ему известно, о планах солнечных и о моем острове. Как он понял, что я пойду за солнечным?
— Я ничего не скажу еретику! — выкрикнул механист. — Да пребудет со мной Святая Омниссия!
Я вздохнул. Этот фанатик явно был готов умереть, но не выдать тайны своего ордена.
Приблизился к его лицу и улыбнулся.
— Я тебе обещаю, через пару минут ты сам будешь молить о том, чтобы я тебя выслушал, — обернулся к отряду и сказал уже им. — Лучше бы вам не смотреть.
Лина и Хель кивнули и отошли подальше, Тео некоторое время сомневался, но тоже последовал их примеру. Эдельвейс буквально приказал Сатоке пойти с остальными, а сам же уселся неподалеку от меня.
— Я предпочту остаться и посмотреть. Ни разу не видел, чтобы пытали без особых инструментов.
Механист все также хмурил брови и смотрел на меня исподлобья. Я пожал плечами на такое желание кота и применил коррекцию.
[Болевой порог снижен до 5%]
[Противостояние обморочному состоянию увеличено до 100%]
Немного подумав посмотрел на Эдельвейса.
— Ты ведь последователь Тиши. У тебя есть что-то, ограничивающее слышимость?
— Обижаешь, Альтаир. Метров десять сойдет? Вне этого купола никто нас не услышит.
Я кивнул, и следом вокруг развернулся едва видный черно-бирюзовый пузырь.
Только после этого медленно взял руку механиста и крепко обхватил указательный палец.
— Ты думаешь один сломанный палец заставит меня говорить⁈ Тренировки механистов ЫАААААААААААА!!!
Раздался хруст, а следом за ним душераздирающий крик, который был настолько громким и мучительным, что явно мог пронзить несколько километров леса. Но я это предусмотрел.
Механист вопил так, что его голос хрипел и был на грани срыва. Он дергал ногами и извивался, а изо рта потекла слюна.
Он не потеряет сознание от болевого шока, но при этом будет чувствовать боль настолько остро, что любые другие мучения покажутся ему полевыми цветочками.
— КАКОГО ХЕРА⁈ ПОЧЕМУ ТАК БОЛЬНО⁈ — орал механист, но был не способен даже схватиться за свою руку, ведь был связан.
— И правда, почему? — с интересом спросил Эдельвейс, но его голоса почти не было слышно среди воплей подопечного Дамиана.
— Секрет производства, — улыбнулся я уголком рта и вернулся к своему новому «другу», обхватив безымянный палец. — Ну так что? Пальцев у тебя много, мы тут надолго. Сознание ты не потеряешь, так что предлагаю тебе хорошенько подумать, прежде чем снова мне отказывать.
— ДА ПОШЕЛ ТЫ… ААААААА!!! С-С-СУКА!!!
Снова раздался хруст, в этот раз механист орал куда громче, он дрыгался так, что даже дерево слегка пошатывалось. Из его рта пошла пена. Он судорожно моргал и пытался вдохнуть побольше воздуха, так, словно задыхался.
— Прошу… ПРОШУ! Пожалуйста… Больше не нужно. Не нужно!
— Да я не против. Думаешь мне в удовольствие? Но ты меня вынудил. Пойми, на моем острове очень много людей, которые ценят свободу. Ценю ее и я. Очень много сил было вложено в его развитие. И если кто-то собирается эту идиллию нарушить, поверь мне, я стану самим посланником Днища в этом мире и уничтожу любого.
