кивнул. Конечно, я помнил слова того самого Ганца. Но выбора не было.
— Придется рискнуть, — ответил я. — Нас ждет встреча с Дамианом. Я должен узнать, почему он так поступил. Зачем освободил Мельхиора и хотел ценой всех жителей на острове переместить его. Как выбраться с девяносто четвертого будем решать потом. Тем более у меня неплохо удается найти выход с острова.
Тео и Лина хором шумно сглотнули.
— Только не опять, — мотнул головой пиромант, явно вспоминая то, как мы покидали Айрен-6.
Эдельвейс хмыкнул в ответ.
— Ну, коль ты так решил, я не стану возражать.
С этими словами мы ступили на каменный круг, который понес нас к Ирису-94.
Глава 15
Ирису-94. Если бы меня попросили описать этот остров одним словом, то я бы сказал гнетущий.
Перед нами раскинулся мрачный ландшафт из черных скал и мертвых деревьев. Небо затянули тяжелые тучи, и казалось, сюда уже давно не заглядывал луч света.
Холодный ветер трепал полы моего плаща. Тяжесть Анафемы давила на плечи невидимым грузом. Девяносто четвертый Ирису был поистине огромен, и чувствовалось, что эта земля давно мертва.
Вдруг Лина пошатнулась и упала на одно колено, хватая ртом воздух. Я тут же подбежал к ней вместе с Хель и Тео. Морда лисы было бледным, а глаза словно затянуло пеленой.
— Что с тобой? — встревоженно спросил я.
— Не знаю… вдруг стало плохо… голова кружится… — прошептала Лина.
Я быстро открыл справку и нахмурился. Параметры темновника изменились: время действия сократилось, а также резко возросла усваиваемость.
— Переедание ягод, — констатировал я. — Мы слишком часто их использовали в последнее время. Организм приспосабливается и они теряют эффект.
Достал горсть темновника и применил коррекцию, вернув прежние свойства ягодам, увеличив время защиты от Анафемы. После чего Лина, Хель и Тео быстро съели по нескольку штук. Вскоре им стало легче, но я понимал — это лишь временное решение.
— Нам нужно побыстрее убираться отсюда, — сказал я решительно. — Иначе действие Анафемы скоро подавит нас окончательно.
Эдельвейс кивнул с невеселой усмешкой:
— Верно. Чем ниже спускаешься по Темным островам, тем сильнее Анафема влияет на чужаков.
Мы двинулись вглубь острова, пробираясь сквозь мертвый лес. Сатока и Эдельвейс шли впереди, тщательно высматривая любые опасности.
— Надеюсь, остров сильно задержит механистов, иначе с такой форой во времени, они точно найдут солнечного раньше.
— Насчёт этого можешь не волноваться. Этот остров не позволит чужакам забраться слишком далеко за столь малый срок. Возможно, они ещё ищут вход, — сказал кот, будто это было очевидно.
Вот только мне это ни о чём не говорило.
— Но ты же знаешь, как его найти, верно?
— Разумеется. Им нужно найти и прикончить минимум пятерых личей. Они здесь гости. А мы — нет. Поэтому мы сразу пройдём в долину, — пояснил кот. — Я знаю тайные тропы.
Значит, нужное место скрыто?
— Поясни, — я уже не стал скрывать, что не в теме. Сейчас важнее было понять, о чём он говорит.
— Эта часть Ирису до прихода тёмных, принадлежала одному из домов тари. Они не захотели покидать свой дом. Это было уже в самом конце войны. Сразу после исчезновения мастера Смерти. Регент главной ветви не придумал ничего лучше, чем послать против кошачьего города таких, как я.
— Ты участвовал в захвате Ирису?
— Конечно. И в той позорной битве тоже участвовал. Родственные виды сражаются друг с другом ради чужих идеалов и по чужой указке… какой позор!
— А не исполнять приказ?
— Ну, тактически это был верный ход. Неверными были средства. Мряф! Маджере бы никогда не допустил такой глупости! Позже я узнал, что это была подстава от ветви Отчаянья. Как же иначе? Всё дерьмо от этих ублюдков! Даже солнечные лучше!
— Помнится, недавно ты говорил, что хуже солнечных никого нет, — поддел я его, чтобы немного отвлечь.
— Правда? — удивился кот. — Солнечных я презираю, Альтаир. Это трусливый, лживый самодовольный мусор. А ветвь Отчаянья — именно ненавижу. Это очень большая разница.
— Почему же вы тогда до сих пор в союзе? — спросил Тео.
— Очень скоро союз распадётся, — мрачно сказал кот. — Нас объединял патриарх Маджере. А Тишь и Отчаянье были врагами с самого раскола.
— Ладно, Эдельвейс, давай ближе к делу. Веди. И по пути обрисуй, что здесь произошло двести лет назад. В общих чертах, без подробностей. Только факты.
— Нечего рассказывать. Самый большой позор армии мрака. Хорошо, что светлые об этом не знают. Анклав взял что хотел, но потери были ужасны. За всю историю не было столько повального дезертирства. У трети бойцов рейда были там друзья или родственники. А после поражения тот клан оставил в напоминание проклятие долины, чтобы сделать свои земли непригодными.
— Чем этот остров так отличается от других?
— Увидишь.
Вскоре мы услышали вдали звуки боя. Я жестом приказал всем замереть и прислушаться. До нас долетали крики, лязг металла и вспышки заклятий.
Мы осторожно двинулись на звуки через заросли. И вскоре сквозь деревья открылась обширная поляна, где разворачивалось ожесточенное сражение.
Я увидел, как шестеро механистов в красно-оранжевых доспехах отчаянно отбиваются от полчищ нежити. Высокие худые личи, облаченные в рваные робы, наслали со всех сторон толпы нежити. Над полем кружили зловещие банши, издавая пронзительные вопли.
Один из механистов выскочил вперед и метнул тяжелый грозовой разряд в одного из личей, тому буквально выжгло половину тела, но он продолжал творить заклинания, насылая мор на своих противников.
Дамиан, мой старый знакомый. Меч в одной его руке гудел и искрился электричеством, а в другой уже появлялся второй грозовой разряд.
— Держать строй! — орал Дамиан, разя очередного мертвеца. — Где этот чертов солнечный⁈ Он должен был ждать спасения!
Его отряд держал круговую оборону, прикрывая друг друга. Но нежить наседала всё сильнее, тесня механистов к центру поляны.
Один из воинов в броне не успел закрыться от удара лича. Ржавое лезвие пробило щель в доспехах, и механист начал медленно покрываться струпьями и гниющими язвами. Они разрывались, источая гниющую жижу.
Парень задрожал и рухнул замертво.
— Черт! Ещё одного потеряли! — выругался Дамиан. — Держитесь, долина уже совсем рядом!
— Когитат, если мы не найдем солнечного в ближайшие пятнадцать минут, то нас убьет Анафема! — заорал бравый механист, что
