Читаем без скачивания Таня Гроттер и колодец Посейдона - Дмитрий Емец

Итак, друзья мои, сборная солянка Тибидохса. Номер первый… нет, вообразите, не Жора Жикин. В последний момент он отказался от участия, заявив, что утратил мастерство. Номер первый – Глеб Бейбарсов! Да-да, вы не ошиблись! С ним рядом самая настоящая ступа! Если кто-то пытается усмехнуться, то вскоре усмешка прилипнет у него к зубам!

Глеб Бейбарсов сухо оглядел многочисленных зрителей, разом уставившихся на него с трибун, и запрыгнул в ступу. Кроме метелки, с ним была бамбуковая тросточка, с которой он не пожелал расстаться даже на поле.

Таня поглядывала на Глеба с беспокойством. Летать-то он умеет, что да, то да, а вот справится ли он с заговоренными пасами? «Хоть бы невидимки не пронюхали, что Глеб впервые услышал о драконболе лишь несколько дней назад, а правила узнал только вчера», – прикидывала она.

– Номер второй, разумеется, Демьян Горьянов, наша тибидохская достопримечательность. Обычно с того, кто хочет посмотреть на Демьянова, мы берем деньги, однако сегодня вы можете глазеть на него совершенно бесплатно! – продолжал бойко тарахтеть Ягун. – Пылесос у Демьяна все тот же – бестолковая и мощная машина «Буран», склонная к таранам. Маневренность у Демушки как у быка. Вправо и влево ни метра – зато все, что перед ним, сносит до основания… Кстати, хотите сенсацию?.. Кто не знает, Демьян наше секретное оружие против грозной Кэрилин Курло! Если она снова попытается кого-то сглазить… Демьян, ну ты, короче, просто улыбнись ей, как мы договорились. Лады? Поочаровательнее улыбнись, как только ты умеешь! Но очень прошу, убедись, что между тобой и Кэрилин не пролетает никто из наших!..

Горьянов, водружавший на пылесос свое костистое тело, уставился на Ягуна с таким раздражением, что у того затрещала жилетка. Играющий комментатор поспешно набрал высоту.

– Утихомирься, Горьянов! Прибереги один патрон для себя! Если ты меня сглазишь, мои потомки тебе этого не простят! И зрители, кстати, тоже. Зачем им прокисший комментатор? Это, наконец, просто неэстетично. Номер третий, защита Гоярына, – Катюшечка, Катюшенька, Кэт… кхгм… простите, увлекся… Екатерина Лоткова! Ровный, результативный, стабильный игрок! Перехватывает опасные мячи, управляет огнем дракона. Не девушка, а сокровище! Кстати, ей, как и мне, уже семнадцать. Кто знает, в лопухоидном мире в этом возрасте браки разрешены или меня глючит?

– ЯГУН! – сердито завопила Лоткова.

– Разве я сказал что-то лишнее? – удивился Ягун. – По-моему, я просто наводил справки о законодательстве. Среди зрителей наверняка полно тех, что маскируется в лопухоидном мире под юристов. Самая любимая профессия темных магов.

Ягун заложил на пылесосе крутой вираж и пронесся мимо судейской трибуны, откуда за ним с раздражением наблюдали Тиштря, Графин Калиостров и Кощеев.

– Номер четвертый – Семь-Пень-Дыр, нападение! За Пня я спокоен – у него неплохие заговоренные пасы, да и с маневрированием все в порядке… Последний инструктаж! Дыр, когда пойдешь в атаку на дракона, подключи воображение. Представь, что Кенг-Кинг взял у тебя деньги в долг и не отдает! Во-во, и на него с такой же яростью смотри! Он от страха выроет в песке нору и спрячет голову, как страус!

Номер пятый – Рита Шито-Крыто. Гитара с прицепом. Универсальный игрок. Абсолютно непредсказуема для противника и для своей команды. Появляется там, где ее не ждут, и исчезает оттуда, где нужна. И на гитаре, кстати, недурно играет, особенно романсы. Правда, прицеп приходится отстегивать, чтобы не бил по коленкам и не мешал творческому процессу.

Номер шестой – Кузя Тузиков. Реактивный веник в полузащите! Насколько я помню, Кузя всегда летал на этом венике, хотя его летные качества не блеск, будем откровенны. Но, увы, нет ничего более постоянного, чем временное. Зато постоянное имеет привычку выкидывать подлянки и становиться временным. Запишите кто-нибудь, я вставлю это в свои мемуары! Спорю, их издадут на Лысой Горе за милую душу, а в других местах и без милой души! Это я так, о птичках, пчелках и прочих аксессуарах человеческого житья-бытья. Я смутно понял, что сказал, но сказано хорошо!.. Давай, Тузя, короче, покажи кузикам, где зимуют раки и ночуют мышки!

Академика на трибунах не было. Играющего комментатора никто не останавливал и не грозил отнять рупор. Судьи тихо нянчились с бомбочкой, англичане все равно не понимали по-русски, а своим говорить можно было все, что угодно. В результате Ягуна влекло по мистической реке многословия, колотя обо все ораторские камни имени легендарного мага под прикрытием Д.Е. Мосфена.

– Номер семь – Маша Феклищева. Когда природа раздавала людям страх, Маше ничего не досталось, так что я, признаться, сам боюсь смотреть, как она атакует дракона… Подсказка для близоруких – если вы не видите Машу, высматривайте ее крокодила. Учтите, это очень буйное пресмыкающееся. А уж удар хвостом у него – на это мало посмотреть! Это надо ощутить на своих ребрах!

Баб-Ягун, ваш покорный слуга, номер восемь. Ну что тут еще скажешь? Баб-Ягун он и на Буяне набуянит. Надеюсь, никто не видит, как я краснею, представляя самого себя? А краснею я не от скромности, а от раздражения. Потому что где восторженные вопли? И чепчики в воздух никто не бросает… Ладно, шут с вами, золотые рыбки! Плавайте дальше, пока у старика шнур на динамите не догорел!

Номер девять – Лиза Зализина. Часы с кукушкой. У кукушки можно чего-нибудь спросить. Например: «Кукушка-кукушка, сколько я лет проживу?» Молчит! Сдается мне, она взяла рекламную паузу. Признаться, я даже не знаю, что мне добавить про Лизу, потому как, что я ни вякни, Лизка все равно обидится. И промолчишь – обидится. А обидевшись, скажет сахарным голосом: «А, Ягунчик, птенчик мой! Проснулся, родненький!» В общем, страдания в данном случае – это вам не какое-нибудь хобби, это призвание! Эх, Лизка, если б не твои вечные терзания – в тебя весь Магфорд бы влюбился. Пуппер бы и тот рухнул с гремучей ивы! А так тоска зеленая.

И, наконец, десятый номер! ТАТЬЯНА ЛЕОПОЛЬДОВНА ГРОТТЕP!.. Почему так официально? А почему бы и нет? Я в замешательстве, что можно сказать о Таньке такого, чего вы не знаете. На чем она летает? Да уж не на тумбочке с пропеллером! В общем, Танька – это Танька. Она и награда, и диагноз, и образ жизни, и вообще все, что угодно. Она ухитряется оставаться сама собой даже там, где люди и все прочие человеки становятся ничем. Для тех, кто склонен рассматривать мои слова как шутку – намекну: я чудовищно серьезен!.. А вон того типа с пятого ряда я попрошу немедленно заткнуться!..

– Ягун, прекрати! Только драки нам на поле не хватало! – возмутилась Катя Лоткова.

– Ладно, так и быть, для первого раза прощаю! – согласился Ягун. – И учти, парень, я все слышу! Кролики – это не только ценный мех, но и большие уши!

Ангар, в котором был заперт Кенг-Кинг, окутался гремучим темным дымом. Тотчас Гоярын – свежий и решительный, которому недавний трехдневный перелет вернул всю силу и волю к жизни, – отозвался из противоположного ангара грозным ревом.

– Эй! – крикнул Ягун. – Что-то я не слышу синего свистка! Бессмертник никак не соберется выпустить сигнальную искру. Чего, интересно, он ждет? Пока тетя Настурция доест котлету и обратит внимание на поле? Еще немного – и матч начнется сам собой. Драконы разломают ангары и съедят друг друга, арбитры в полосатых штанишках заиграют мячики и загонят их мелким оптом, а Глеб Бейбарсов сцепится с Пуппером. У меня стойкое ощущение, что они друг другу не понравились.

В общем, пока все тихо и мирно, пора представлять команду невидимок. Номер первый – Глинт, капитан команды, играет в нападении. Если Глинт подросток, я готов ложкой съесть всю чешую из своего пылесоса, и не просто съесть, а еще и ложку облизать! На вид Глинту лет тридцать как минимум. Весь зарос колючей щетиной, и плечи, как у гориллы. Летает Глинт, разумеется, на метле, как и все невидимки. Уверен, что набалдашник на конце метлы предназначен для таранов. Получишь таким с разгона, и можно сразу заняться сочинением некролога.

Намба ту, О-Фея-Ли-Я, защита Кенг-Кинга. Ее мама была феей, а папа лесником. Или, возможно, фей был именно папа… Кстати, никак не уясню для себя, фея – это национальность или род занятий? На бедре у О-Феи-Ли-И узкий кожаный чехол с флейтой. Я бы предпочел, чтобы в меня кинули кирпичом, чем выпустили горстку нот из этого милого инструмента. Эй, О-Фея-Ли-Ты, ты в курсе, что в пианистов и комментаторов не стреляют? Они, как белые лебеди, в Красной книге с серебряными тесемочками! Да и вообще, между нами, использовать флейты – почерк стражей света, хотя, конечно, О-Феи-Ли-И до уровня светлого стража, как мне до Монблана.

Намба… извиняюсь… по-русски это лучше не озвучивать… В общем, третий нумер невидимок – Шейх Спиря! Вот уж универмаг, так универмаг! Ну в смысле, универсальный маг. Играет обычно в полузащите, а затем резко прорывается к дракону противника. Метла у Шейха, который Спиря, уникальная. Покрыта мелкой вязью, имеющей магические свойства. Сама же… как бы это назвать?.. подметалка связана из ветвей Иудина дерева. Разумеется, Шейх Спиря, не отрываясь, смотрит на зрительские трибуны. Готов поручиться, что там окажется Гробыня Склепова! Так и есть! Роковая мадемуазель со своей свитой магфиозных купидонов тут как тут!