вернулся. Случилось чего? — обеспокоился Валерон.
— Случилось. Но и набрали все нужное, затарились по полной. Я заодно и на зиму запасы сделал, купил у деминского брата.
— Запасы — это хорошо, — одобрил Валерон, заинтересованно обнюхал бочонок и признал: — Годный мед. Михайлов приходил, перелез от соседей, подходил к стене от огорода, осматривал. Я Мите скомандовал на окно вспрыгнуть и лапами поводить. Драпал Михайлов — только пятки сверкали. Впечатлил его наш Митя. Нам бы еще кого во двор, покрупнее…
— Подумаю, — вздохнул я.
Вот ведь привязалась ко мне эта полицейская сволочь. Как бы его отвадить?
— Подумай. Так что случилось-то, что вы сегодня вернулись?
— Я ж говорил — собрали все нужное, я на зелье целительское тоже набрал. — Я указал на единственный контейнер, который не оставил у Демина. — А потом на нас вышла музыкантша, хотя я был под незаметностью.
Валерон тоже сообразил, что вышла тварь на меня.
— Уровень твоего навыка для нее низковат, похоже.
— Демин то же самое сказал. Что пока незаметность десяткой не будет, в походы с ночевкой он меня не возьмет. Погоди, сейчас остальные продукты перегружу и расскажу все.
Первоначально оттащил в подпол и высыпал мешки с картошкой и морковкой, там же развесил вязанки лука и чеснока, выставил солидный бочонок соленых груздей и два поменьше — с медом. Эти мешки я обещал вернуть, а вот небольшие полотняные с сушеными яблоками, грушами, вишнями и малиной — нет, поэтому и выгружать оттуда ничего не стал, но и в погреб не отнес, оставил в клети наверху. Как и мешок муки и бочонок подсолнечного масла, тоже купленные у Макара Ильича. Теперь на рынок разве что за молоком буду ходить. Ну и яйцами, когда куры у Валерона закончатся.
Закончив размещать припасы, я почистил оружие и отправился в баню. Хорошо было бы ее прогреть и пропариться, но я чувствовал такую усталость, что заниматься этим просто не смог бы, поэтому лишь помылся, радуясь возможности использовать артефактное нагревание воды. Так что я прекрасно понимал нежелание Демина расставаться со скандальной Манькой: когда есть кому тебя накормить и кому для тебя приготовить баню — это дорогого стоит.
Готовить тоже не хотелось, но жевать безвкусные плитки, предназначенные для зоны, хотелось еще меньше, так что я влез в стратегический яичный запас Валерона и пожарил яишенку с лучком. С салом, чесноком и вкуснющим хлебом она пошла на ура. Запивал я какао, причем Валерон скромно придвинул и свою чашку, когда я заваривал порцию. Ему я тоже сделал.
Митя тоже терся рядом, но не чтобы попросить порцию и себе, а потому, что главной его функцией продолжала оставаться охранная.
— Нам кто-то нужен на хозяйство, — неожиданно сказал Валерон. — С едой у нас просто беда в последнее время. Питаться в трактире не выход, туда тоже должен кто-то ходить. Теперь все знают, что ты дворянин, а им положены слуги.
— И как в это укладывается необходимость держать твое пребывание в секрете?
— Отдельно слугу отсели.
— Куда? В баню? — хмыкнул я.
— Да, — печально сказал Валерон, — это я не продумал. У нас слишком маленький дом. Конечно, есть еще клеть, но там прямой путь к нашим запасам.
— И холодно зимой будет, — напомнил я.
Валерон погрустнел и даже не стал предлагать достроить еще одну комнату из подручного материала — понимал, что поддержку идея не получит. Хотя осматривался задумчиво. Прикидывал, в какую сторону можно дом расширить.
Пока он осматривался, я решил, что достаточно отдохнул, чтобы сосредоточиться на своих изменениях. Поход был сложный, многое должно было повыситься. Например, модифицированная удача. Она и вправду взяла уровень, как и ощущение чужого внимания — оба навыка теперь стали седьмого уровня.
Столь нужная мне незаметность взяла единичку и доросла до шестого уровня. Мимикрия скакнула аж на три уровня и стала до шестого. Понять бы еще, где я ее цеплял — похоже, там просто можно бегать кругами и повышать навык. Судя по всему, существа там находились мелкие и хорошо прячущиеся. Ради интереса я проверил навык, попросив Валерона проконтролировать изменения. Он критически осмотрел и заявил, что визуально особой разницы с прошлым использованием нет, возможно, прорыв будет на десятом уровне. То есть еще пару раз побегать по нужным местам — и прорыв у меня в кармане…
Ментальные навыки приросли на единичку. Воздействие на разум стало третьего уровня, а иммунитет к воздействию на разум — седьмого. Похоже, именно это и прилетело с музыкантши. Не зря считается,что она успешно пудрит мозги своим паучкам.
Я почему-то думал, что шар Света возьмет уровень — в пещере паучихи я активно использовал это заклинание, но нет, оно так и осталось шестого уровня. Зато хорошо подросли Искра — до восемнадцатого и теневая стрела — до шестнадцатого уровней.
На уровень подросла природная регенерация — она теперь была пятого.
Появилось два новых навыка — очищение, которое относилось к целительским и чистило организм (свой или чужой) от всякой дряни. Не исцеление, конечно, но тоже неплохо. А вторым новым заклинанием у меня оказался теневой кинжал, кристаллов с которым у меня уже лежало пять штук, значит, как видящий в норму придет, добью сразу до шестого уровня.
Из физических навыков подросли: гибкость до шестого, меткость до четвертого и ловкость до пятого уровней.
— Я же говорил: так цепанешь, — радостно тявкнул Валерон, когда я ему показал крошечное миллиметровое лезвие. — Теперь осталось таким же образом сегодня заполучить алхимию.
— Какую алхимию? Я устал как собака.
— Что за гнусные намеки на собак? — взвился Валерон. — Это твоими стараниями я заперт в этом теле и этом месте. А что устал, даже хорошо — в граничном состоянии иногда случаются прорывы.
В отличие от меня, Валерон был полон энергии, поэтому я решил, что проще будет один раз что-то приготовить, а потом, пока помощник будет это выливать, быстро лечь спать. В том, что я усну сразу же, я даже не сомневался — у меня уже сейчас глаза слипались.
Я сдвинул артефакторские приблуды и выставил поближе горелку с колбами. Совсем было уж собрался зажечь спиртовку под горелкой, как Валерон заполошно заорал:
— Стой!
Заорал он так громко, что Митя подпрыгнул на всех восьми лапах и принялся крутиться как пропеллер, пытаясь выявить источник угрозы.
— Что такое?
— Я, когда осматривал вещи
