Он показал ей, где находится ванная комната, и Кейла заперлась внутри. Быстрая проверка из окна (такой же невероятный спуск и дерево на недосягаемом расстоянии) исключила возможность побега и этим путем. В отчаянии Кейла мерила шагами комнату; в голове у нее царил хаос.
Спустя десять минут Мэт постучал в дверь.
– Ты готова, Кейла?
– Я остаюсь здесь, – объявила она.
За дверью раздалось женское хихиканье.
– Я не виню тебя за это, Кейла, – прозвучал незнакомый женский голос. – Я тоже, бывало, закрывалась в ванной комнате, спасаясь от своих родственников.
– Здесь Тиффани, – объяснил Мэт через дверь. – Выйди и познакомься с ней, Кейла. Она поедет с нами в госпиталь.
– Притащил ее, чтобы подстраховаться? – рявкнула Кейла. – Это не поможет, Мэт. Все, что мне нужно тебе сказать, я с радостью выскажу при твоей сестричке.
– Можете назвать меня экстрасенсом, но мне кажется, я чувствую какую-то натянутость между вами, – сказала Тиффани. – Вы поссорились, да? Предсвадебная лихорадка или что-то в этом роде?
– Что-то в этом роде, – отозвался Мэт. – Кейла, я выбью дверь, если ты не откроешь. Хочешь?
Нет, этого Кейла не хотела. Ей живо представилась огромная толпа Минтиров, сгрудившихся вокруг него и старающихся его утешить, пока она отсиживается в ванной. Она распахнула дверь. Мэт с праздным видом стоял у стены. С ним рядом, раскачиваясь на каблуках, стояла худощавая молодая женщина с длинными руками и ногами, почти шести футов ростом, в джинсах и водолазке.
Мэт улыбнулся Кейле.
– Я рад, что ты решила проявить благоразумие, дорогая. Познакомься с Тиффани, моей маленькой сестричкой. Тиф, это Кейла.
– Привет, Кейла. Добро пожаловать в нашу семью, – с готовностью откликнулась Тиффани. – Я вызвалась отвезти вас обоих в госпиталь на анализ крови, чтобы вы, сидя на заднем сиденье, смогли пообниматься по пути.
Прежде чем Кейла успела ответить, Мэт одной рукой обнял за плечи ее, а другой – Тиффани.
– Давайте улизнем через черный ход и избежим всей этой кутерьмы.
Кейла была так рада убежать от толпы на первом этаже, что не стала возражать.
Неудивительно, что Мэт и Кейла не обнимались по пути в госпиталь. Но и не спорили. Вместо этого они сидели на заднем сиденье, сохраняя вежливую сдержанность, в то время как Тиффани говорила и говорила на всевозможные темы. Ее словоохотливость вызвала у Кейлы даже какой-то благоговейный ужас. Она работала с политиками, которые относились к категории людей, не отличающихся сдержанностью, и тем не менее она никогда не слышала, чтобы кто-то говорил так же, не смолкая ни на минуту, как это делала Тиффани Минтир.
– Все в семье были потрясены, когда ты вчера позвонил и попросил подготовить бракосочетание, – продолжала Тиффани, пока они трое брели в лабораторию госпиталя, – Они не могли представить, что именно с Мэтом мог приключиться такой, подобный урагану, роман, но лично я верю в любовь с первого взгляда. Мне кажется, что это каким-то образом связано с нашей прошлой жизнью.
– Опять! – тяжко вздохнул Мэт. – Тиффани считает, что мы все живем на свете не в первый раз. Она твердо уверена, что мы жили в Джонстауне в 1889 году и нас унесло во время Потопа.
– Это правда, я действительно в это верю. – серьезно сказала Тиффани. – Я никогда не любила плавать. А помнишь, маленькой я терпеть не могла, когда меня умывали? Ведь даже шампунь травмировал меня как напоминание о моей трагической кончине в прошлой жизни.
– Это, конечно, не могло быть вызвано тем, что тебе в глаза попало мыло, а, Тиф? – спросил Мэт, посмеиваясь.
Тиффани не сдавалась.
– Ну а как насчет мгновенно возникшей между тобой и Кейлой связи? – настаивала она. – Ты сказал маме, что, едва встретив ее, ты тут же понял, что хочешь на ней жениться, и как можно скорее. Для меня очевидно, что вы вашу прошлую жизнь прожили вместе. Возможно, вы были возлюбленными, которые утонули во время Потопа, вцепившись друг в друга, когда их смыло волной.
Мэт вздохнул.
– Ты слишком часто смотрела эти фильмы о Потопе, Тиф.
Кейла молчала. Теория Тиффани о перевоплощении показалась ей не более эксцентричной, чем все остальное в этот странный день.
Она безучастно наблюдала, как лаборант наполнил пробирку ее кровью, хотя анализ был скорее формальностью, чем необходимостью, поскольку разрешение на брак было получено в порядке особой любезности со стороны судьи. Какая-то часть ее существа удивлялась собственной странной пассивности. Не собиралась ли она просто позволить Минтирам заставить себя пойти к алтарю? Время истекало, до четырех оставалось всего несколько часов.
Кристина уже прибыла в дом Минтиров, когда Мэт, Кейла и Тиффани вернулись из госпиталя. Едва Кейла взглянула на сестру, сидящую в столовой с горой еды на тарелке, как внезапно вышла из состояния оцепенения и инертности.
– Кристина, можно поговорить с тобой наедине? – спросила она очень милым тоном. – Может быть, наверху?
– Собираетесь обсудить стратегию? – Тон Люка был таким же сладеньким, как и ее. – Вы хорошие сестры, работаете, как слаженная команда. И у вас явно полоса везения.
– Всегда есть победители и побежденные, – с улыбкой сказала Кристина, глядя на него в упор. – К какой группе относишься ты, Люк?
Мэт, которого похитила одна из его тетушек, был на кухне, поэтому наверх близнецов проводил его брат Джон. Все трое пришли в спальню для гостей на третьем этаже, где был оставлен багаж Кристины. Женский костюм цвета слоновой кости, в пакете из химчистки, висел на наружной стороне дверцы стенного шкафа; на полу, в открытой обувной коробке, была пара туфель-лодочёк на высоких каблуках, в тон костюму.
– Кристина говорит, что ты наденешь это на церемонию бракосочетания, – любезно сказал Джон, кивая в сторону костюма. – Он действительно прелестный, Кейла.
– Я не знала, какого цвета блузку ты захочешь с ним надеть, поэтому привезла пять на выбор, Кейла, – нервно сказала Кристина, открывая дверцу стенного шкафа. – Здесь ярко-розовая, ярко-синяя, ярко-желтая, цвета тыквы и оливковая.
Джон удалился, оставив сестер наедине.
– Ну, так какой же цвет ты выбираешь? – спросила Кристина. Она все возилась с блузками, продолжая нервно болтать и избегая взгляда Кейлы. – А что ты скажешь о Минтирах? Мне все они нравятся, кроме его брата Люка. О, не правда ли, он противный? С тех пор, как я приехала, он постоянно отпускает шпильки в мой адрес.
– Я не хочу обсуждать Люка. Меня волнуешь ты. Кристина! Как ты могла?..
– Пожалуйста, не сердись, Кейла, – быстро перебила Кристина. – Хотя бы не слишком сердись. Ты понимаешь, что я сделала это только ради тебя… И ради ребенка тоже, конечно. Ведь это будет мой самый первый племенник или племянница.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
