— Но недостаточно, — произнес он.
— Согласна, — сказала я.
— Что же она сделала, чтобы сохранить себе жизнь, и как она стала сильнее? Если бы мы могли это понять, тогда мы могли бы не позволить ей стать еще сильнее, чем она уже есть на данный момент. Просто не дать ей стать сильнее, уже было бы чем-то.
— Ее точки опоры — Белль Морт и Падма. Они достаточно сильны, чтобы стать нашей основной проблемой, — возразила я.
Зазвонил телефон, и на этот раз это был просто хороший, нормальный звонок, конечно же, это был не мой телефон, поскольку я все еще разговаривала с Огги. Домино достал свой сотовый из кармана.
Я "ощутила" льва, и это был не Никки. Я чувствовала энергию, как будто стояла в середине сожженной солнцем травы под палящими лучами этого горячего света, и надо всеми был запах кошки и меха, львов.
Домино заговорил с Жан-Клодом, который указал ему на меня. Он обошел кровать и встал перед нами.
— Хейвен и большинство его львов здесь, по крайней мере, громилы. Он требует пустить их внутрь. Охранники у дверей не позволят ему войти с таким количеством громил.
— Я чувствую их. — Я вздрогнула, и Никки прижал нас крепче, рыча мне на ухо: — Если бы ты позволила мне драться с ним, я стал бы новым Рексом, а он был бы мертв.
Огги заговорил снова. Я поднесла трубку ближе, чтобы расслышать. — Я чувствую львов, Анита. Ты и Хейвен должны разобраться с этим.
— Скажи это ему, — произнесла я.
— Сказал, — ответил он.
— Какого черта ты сказал ему сделать? — спросила я.
— Я не говорил ему прийти со всеми своими людьми и бросать тебе вызов.
— Что ты ему сказал?
— Что все, что подрывает основу власти Жан-Клода, сейчас плохая идея. Что он должен найти мир между тобой и ним, и новым львом, Никки. Но тебе следует приручить Хейвена, Анита. Ты должна убедиться, что контролируешь львов, как их Мастер-Вампир.
— Я не настоящий вампир, Огги, и у меня нет всех этих сумасшедших навыков, которые нужны.
— Есть, ты просто слишком человек, чтобы ими воспользоваться.
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что тебе жаль людей. Это означает, что ты позволяешь своему сердцу становиться на пути бизнеса.
— А ты — нет? — спросила я.
— Я - нет, — сказал он.
— Я припомню это тебе в следующий раз, когда ты посетишь нас, — сказала я тихо.
— Жан-Клод помог тебе окрутить меня, Анита. Без него я бы окрутил тебя, и наша структура власти была бы пересмотрена. Он необходим тебе, чтобы помочь контролировать кошек.
— Я думаю, Хейвен убьет нас обоих, если мы попытаемся заняться с ним сексом.
— Жан-Клод пробовал новых женщин, которых Хейвен набирает в свой прайд? Они не такие пустышки, как та, что он привел в качестве Регины; я думаю, тебе и Жан-Клоду они понравятся больше.
— Ты помог их найти?
— Да.
— И ты собирался рассказать нам это… когда?
Я услышала, как он глубоко вдохнул, а затем выпустил воздух, и в этот момент я ощутила, насколько его энергия может быть горячее, чем у большинства вампиров. Его энергия была на грани тепла животных его зова, теплее, чем у любого другого мастера, которого я когда-либо встречала. — Я чувствую ее за твоей дверью, просто впусти ее. Я помогал искать женщину, с которой ты бы действительно могла ужиться, и которая на самом деле могла бы понравиться Жан-Клоду.
— Ты имеешь в виду, понравиться как…? — спросила я.
— Жан-Клод дитя Белль больше, чем я, Анита. Вся ее власть над ее животными пришла в результате секса. Пусть он попробует некоторых кошек, и посмотрите, приобретет ли он способность вызывать их. Это сделало бы его гораздо более могущественным и означало бы, что он сможет помочь тебе контролировать все кошачьи группы.
— Ты говорил с ним об этом?
— Честное слово, это будет столь же большим сюрпризом для Жан-Клода, как и для тебя.
— Не веди себя со мной, как Макиавелли, Огги, я не люблю этого.
— Скорее Амур, чем Макиавелли. Поставь на Жан-Клода и приручи ваших котят до того, как кто-то пострадает.
— Как мне укротить его? — спросила я.
— Позволь мне с ним драться, — зарычал Никки.
Огги произнес:
— Если бы ты победил, это бы осадило Хейвена, но он хорош в бою.
— Я могу это сделать, — сказал Никки, потершись лицом о мои волосы.
— Как еще? — спросила я.
— Секс будет временным решением. Он угомонит его только на ночь.
— К тому же, я награжу его за его плохое поведение, — сказала я.
— Какие у тебя планы на сегодня, Анита?
— Что ты имеешь в виду? — спросила я.
— Что ты хочешь, чтобы случилось со львами прямо сейчас?
— Я хочу, чтобы все пережили ночь. Никто не умер. — Я думала об этом. — Я бы хотела, чтобы все мы стали единым целым. Мы должны разобраться со своим дерьмом, особенно после того, что только что произошло с Дражайшей Мамочкой.
— Тогда предложи ему секс, если он отошлет большую часть львов домой. Он Рекс, так что его право оставить пару телохранителей.
— Ты на самом деле думаешь, что ради секса со мной он отправит их домой?
— Вспомни, с кем ты говоришь, Анита. Все, что я смог сделать после секса с тобой и Жан-Клодом — это не остаться в Сент-Луисе, как какое-то животное. Поверь мне, он скажет "да".
— За метафизические игры всегда отвечал Жан-Клод, Огги. Хейвен на это не пойдет.
— Спроси Жан-Клода, что он может сделать, чтобы устроить игры, не дотрагиваясь до Хейвена. Кроме того, ты полностью окрутила другого верльва. Он чертова Невеста Аниты, или, думаю, Жених, но как бы там ни было, ты можешь это сделать, если свернешь со своей дороги.
— Что ты имеешь в виду?
— То, что тебе неловко за то, что ты сделала с другим верльвом.
— Я отняла у него свободу воли, Огги, никто не имеет на это право.
— Я не буду спорить с тобой о том, что правильно, а что нет, дитя, но лишь скажу, что если Хейвен будет в таком же восторге от тебя, как Никки, тогда орды разгневанных верльвов не станут штурмовать ваши стены.
Я не знала, что на это сказать, а Никки обнял всех нас крепче.
— Черт, Анита, если бы ты только приняла его в качестве своего Рекса, как приняла Нимир-Раджа, он был бы более управляемым. Я бы не послал его к тебе, если бы думал, что ты будешь колебаться. Он слишком опасен, чтобы болтаться попусту. Тебе нужно или сберечь его или убить, Анита.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
