Несколько тигров каждого цвета остались с нами. Теперь у нас достаточно доноров крови, так что большинство наших вампиров может питаться оборотнями. Мы — единственный Поцелуй Вампиров в стране, который может похвастаться такой богатой пищей для всех наших кровопийц.
Я все еще тоскую по окнам, свету и воздуху, но пока мы не найдем и не освободим Любовника Смерти, Цирк Проклятых — самое безопасное место для нашего проживания. Мы делаем все возможное, чтобы превратить его в свой дом.
Я перестроила свое расписание так, чтобы у меня оставалось три дня в неделю свободными от клиентов, таким образом, я могу тренироваться с охранниками. Натаниэль пытается встречать меня готовым кофе на кухне, когда я прихожу домой, и у нас находится несколько минут на болтовню.
Однажды я обнаружила сидящего за кухонным столом Мэтью, который пил молоко и ел свежеприготовленные бутерброды с арахисовым маслом и желе.
— Привет, Мэтью, — окликнула я, убедившись, что мой пиджак надежно прикрывает пистолет, и я не сверкну им ненароком.
— Привет, Нита, — отозвался он, с набитым бутербродом ртом. Малыш встал на своем стуле и протянул ко мне руки, чтобы я подняла его. Он вытянул губы для поцелуя, и я разок поцеловала его. Он оказался вознагражден помадой, а я — виноградным желе.
Я подошла к Натаниэлю и хотела поцеловать его, но потом вспомнила комментарий Мэтью на танцевальном концерте "все большие мальчики целуют тебя, Нита".
Натаниэль взглянул на меня с недоумением, а затем поцеловал, и я поцеловала его в ответ, потому что не знала, что еще можно сделать в этой ситуации. Кроме того, запах его кожи заставил меня в большей мере почувствовать себя лучше, чем запах кофе, который он мне вручил.
Натаниэль сел за стол рядом с Мэтью.
— Моника снимает показания за пределами штата. Это, по-видимому, свидетель, которого они искали по делу о мошенничестве.
Я села за стол и понюхала кофе. Пахло хорошо.
— Надолго она уехала?
— На ночь. Завтра мы отведем его в садик, и она заберет его, как обычно.
Охранники вошли на кухню. Это была пересменка. Они брали кофе, иногда перекусывали, и потом мы все шли тренироваться.
Охранники бросили на ходу:
— Привет, малыш!
Лисандро, у которого было двое своих мелких спиногрызов, взъерошил каштановые кудри Мэтью. Мальчик, как обычно, оживленно болтал с ними. Я сняла пиджак, потому что мне этого давно хотелось, а каждый охранник был вооружен до зубов и не скрывал этого. Мой маленький пистолет на их фоне не казался таким уж страшным.
Мэтью обратился к Дьяволу.
— Могу я понаблюдать за вашей тренировкой?
— Конечно, — ответил тот, наклонился и поцеловал меня в знак приветствия. Так же поступил и Никки. Все большие мальчики целуют Ниту.
Когда все выпили кофе или воды или просто отдохнули несколько минут, все встали и пошли в спортзал. Мы двигались в окружении накачанных, вооруженных и опасных мужчин. Мэтью взял меня и Натаниэля за руки.
— Что мы будем читать сегодня вечером, Натти? — спросил мальчик.
— "Спокойной ночи, луна"?
— Нет, эта книжка для маленьких детей. А я уже большой.
Натаниэль улыбнулся и спросил:
— Как насчет Питера Пэна?
— В смысле, как мультик?
Он улыбнулся шире.
— Да, как мультик.
— Мне нравится Питер Пэн, он может летать!
"Питер Пэн" был первой книгой, которую мы с Микой и Натаниэлем читали друг другу, и теперь мы будем читать ее Мэтью. Не уверена, что меня устраивало все, что Мэтью видел и узнавал от нас, но его мать не возражала. Так кто я такая, чтобы жаловаться?
Что беспокоит меня больше всего в том, что мы присматриваем за Мэтью, так это то, что Натаниэль начинает намекать, что, может быть, мы могли бы завести своего собственного малыша. Я — мама? Невозможно. Но если он продолжит свои намеки, то сможет уговорить меня на щенка, которого давно хотел.
Я могу представить нас со щенком, но с ребенком? Не просто "нет", но, "черт возьми, нет". Я — Маршал США, легальная истребительница вампиров, и я зарабатываю на жизнь тем, что поднимаю мертвых. Ни одна из этих работ не сочетается с ребенком, и даже мысли о том, что кудрявый малыш будет глядеть на меня лавандовыми глазами Натаниэля недостаточно, чтобы это изменить. Кроме того, карий цвет генетически перебивает светлые глаза. Больше шансов, что на меня будет глядеть пара моих собственных темно-карих глаз, а я их и так вижу каждый раз, когда смотрюсь в зеркало. И я не настолько сильно люблю свои глаза, чтобы мне не терпелось увидеть их еще на чьем-то лице.
Перевод:
Д.Доминга http://zhurnal.lib.ru/d/dylda_d/
Мирошниченко И.А. http://zhurnal.lib.ru/m/miroshnichenko_i_a/
Валерия
Редактирование:
Елена
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
