— Дубина! – радостно воскликнула Феола.
Гатар вовремя вспомнил, что это прозвище героя, а не ругательство. Рядом появлялись еще живые, усталые, измученные, доспехи на некоторых напоминали колоды для рубки мяса. Раны, кровь, тяжелое дыхание, наваливающееся тяжелое ощущение подземной маны.
Снова свистнуло бревно, падающий с небес изломанный демон улетел прочь.
— Прямо в шахту! Хо-хо-хо! – захохотал Дубина, продвигаясь вперед.
Только теперь Гатар увидел, что герой-великан тоже покрыт ранами, а левый глаз его заплыл. Но жизнерадостный смех не стихал, а дубина в руке вертелась, гвоздила демонов, словно и не было никаких ран и усталости. Дубина моментом расчистил пространство вокруг, подоспевшие живые сомкнули стену щитов, двинули, скидывая демонов вниз, в ущелья и проходы.
Копейщики и лучники двинули следом, привычно гвоздя сверху вниз, добивая и закалывая. Выпало несколько мгновений передышки и Гатар остановился, чуть не уронил секиру. Еще мгновение назад он даже не ощущал ее, а теперь верное оружие словно налилось свинцом, стало неподъемным. Тело тоже болело, жаловалось, стонало и Гатар увидел, что где-то растерял половину жизни.
— Мы побеждаем? – крикнул он в спину подоспевшим на выручку.
— Только в скорости отступления! – весело выкрикнул Дубина, орудуя дубиной. – Иначе бы нас здесь не было!
Гатар встревоженно посмотрел по сторонам, с удивлением обнаружив, что у Ираниэль в руках кинжал, а Марена восседает на детеныше древона. Небольшом, Гатару по грудь.
— Берегись!!
В этот раз Гатара все же уронило и он несколько секунд трясся вместе со скалой под спиной, словно бился в лихорадке или танцевал диковинный танец. Скалы вокруг дрожали и тряслись, а возможно, просто взгляд Гатара прыгал в такт судорогам земли под ним. Но даже так, Гатар видел, что свалка в воздухе закончилась победой живых, летающих демонов сбрасывали с небес, загоняли обратно в Провал и все монастыри продолжали стрелять, а туман уже был почти полностью уничтожен.
— Что происходит?
— Заваливайте выходы из туннелей!
— Лучников сюда!
— Во славу Теруна! Сбросим их обратно в Провал!
— Ордалия, зовите жрецов Ордалии, нам нужно массовое исцеление!
Терун, подумал Гатар, надеюсь я не посрамил тебя в этой битве. Выщербины в камне, ручейки маны, так и не прорвавшиеся дальше демоны – знаки воинской доблести, но, сколько из этого было делом рук Гатара?
— Эй, - Феола поймала за руку пробегавшего мимо человека-дарнийца, - что там внизу?
Тот хотел уже отмахнуться, вырваться, но увидел, кто его схватил.
— Мы отбросили демонов, но внизу Провала началось какое-то страшное сражение! – выдохнул тут. – Извините, славнейшая Феола Три Глаза, я не знаю подробностей! Туннели начали рушиться, Валеуса рядом со мной расплющило в момент, даже спасти не успели! Командующие прислали магов и мы начали отступать, пока маги камня, воздуха и воды держали камень, не давая ему обрушиться! Демоны попробовали преследовать нас, пытались затопить туннели водой и маной, но их тоже заваливало!
Рука Феолы разжалась, словно сама собой, упала безжизненно. Дарниец поклонился ей в пояс и помчался дальше выполнять какой-то свой приказ.
— Дед, - выдохнула Марена обессилено, соскальзывая с древона.
Тот тут же замычал, потянулся к ней хоботом и клыками, попробовал закрыть ушами.
— Это же мастер Бран, - произнес Гатар немеющим от осознания случившегося языком, - он же в таких передрягах бывал сто раз.
Словно отвечая на его слова, скалу вокруг скрутило судорогой уже по-настоящему. Камни рушились, скалы тряслись, пыль столбом до небес, кровавая пыль, и Гатара оглушило, кидало, трясло. В какой-то момент все стихло, зато звон в ушах и голове Гатара стал громче. Он поднялся кое-как, скорее из упрямства и желания доказать самому себе, что он не слаб.
Но все равно страшно было представить, что творится в битвах героев. Гатар то и в обычной стычке на ногах не устоял! Рядом оказалась Ираниэль, обняла, прижалась, неожиданно поцеловала Гатара. Не страсть, просто радость, что он остался жив. Все это было странно, не отвечало прежнему поведению боевой подруги, но Гатар не стал забивать себе голову.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Все они изменились, столкнувшись с миром героев, почему Ираниэль должна была стать исключением?
— Бз-з-з-з-з! Бз-з-з-з!
Гатар потряс головой, указывая на уши, но затем увидел, куда указывает Ираниэль. Поймал краем взгляда лицо Феолы Три Глаза, искаженное страхом и мукой, горечью. Заваленная напрочь шахта Провала, ущелья и тупики рукотворных преград, превратившиеся в одну огромную равнину, забитую камнями. Из-под них сочились кровь и багровая мана, виднелись остатки тел, но в остальном – никаких признаков демонов.
Похоже, Провал и туннели вокруг завалило, вместе с демонами, уничтожив их всех. Всех, вместе с героями, которые остались под завалами и, похоже, вызвали его в первую очередь. Наверняка дали страшный бой самому королю демонов и согнули его в демонический рог!
— Слава!!! – заорал Гатар, вскидывая секиру, надсаживаясь в крике и ощущая, как кружится голова.
Он должен верить, что наставник Бранд выжил, должен! Так твердил себе Гатар, но и сам не верил и потому надсаживался в крике, скрывая за ним свой страх, бессилие и отчаяние.
Глава 24
Бран на лету извернулся, ударил перчаткой в пол, вцепился в камень, прерывая полет.
Вы ранены! Жизнь -2!
Вы ранены! Жизнь -1!
Вы ранены! Жизнь -3!
Поток сообщений о мелких ранах замелькал перед глазами Брана в такт льющемся по ногам потоку. В лицо бил сильнейший ветер, наверняка вонючий, сносил и пытался опрокинуть. Бран упрямо наклонил голову, еще попробовал пробиться обратно, закрыть портал, но тут же услышал хруст.
Пускай в алмазном теле не было внутренних органов (как у демонов, мелькнула ненужная мысль), но оно отражало состояние настоящего тела Брана, чуть ранее раненого все тем же Бальбазаром. Тоньше ноги и руки, впавшие бока, повышенная хрупкость, а ведь алмаз и без того не отличался огромной твердостью.
— Сегодня! - проревел Бальбазар.
Из портала словно высунулись огромные руки с когтями, непропорционально огромные по сравнению с мелкой головой. Бран вынужденно пригнулся, быстро отступил назад на несколько шагов, уклоняясь от удара когтя. Он не мог сейчас получить недостаток сломанной конечности, никак не мог, такое вполне могло погубить его и всю группу.
— Бранд!
Он вынужденно отпрыгнул, совершил кульбит в воздухе, пропуская заклинание Бальбазара мимо себя. Ручищи с когтями продолжали раздвигать портал, и первые гвардейцы-демоны начали протискиваться мимо. Камень пола пещеры неожиданно словно поплыл, затем вспучился гребнями и волнами, образуя нечто вроде маностока. Весь поток демонической маны устремился к кристаллу подземелья, снося защитные круги, словно тех и не было. Бран прыгнул еще раз и приземлился на верхушку кристалла.
Едва не скатился, вбил перчатку в кристалл, зацепился и активировал карман.
Взлетевший Гвидо ухватил трубу шахты с небесной маной, развернул и атаковал, свет, ветер и молнии обрушились на портал и голову Бальбазара. Камень пола продолжал ходить волнами, то и дело пытаясь захлестнуть демолорда и его подручных, не дать им прорваться внутрь. Бальбазар рычал в ответ, стонал и кряхтел, бил заклинаниями.
— Бран, пробей кристалл! - крикнул Ролло, объявляясь неподалеку.
Два пустых флакона с зельями исцеления покатились по боку кристалла, Бран немедленно подпрыгнул и обрушился сверху, вбивая перчатку в бок кристалла. Побежали трещины по первым слоям брони и Ролло немедленно взрезал их клинком.
Прыжок - удар - клинок - удар!
Маносток направил весь поток жидкой лавы, хлестнувшей из рта Бальбазара к кристаллу, и сейчас багровая мана заливала внутренности кристалла. Бран и Ролло отпрыгнули выше, оказавшись неподалеку от Гвидо и Ланы, на вспученном каменном гребне.
