«Даже поглядев на них всего пару мгновений через чудесную трубу Древних?» – но проявлять вслух свой скептицизм я не стал.
Наконец, в густом лесу по курсу показалась плешь.
– Рианель, скажите, чем это место вам так запомнилось? – пришло мне в голову поинтересоваться.
– Парадокс, но оно мне очень напомнило один рассказ, слышанный мною еще в глубоком детстве. Вернее, не рассказ, но сейчас эти воспоминания будут не к месту. Может быть, когда-нибудь позже, – довольно туманно пояснил он.
«И верно, времени на это нет, – взглянул я на высокое полуденное солнце, на небо, затем, прищурившись и расслабив зрение, на воздушные потоки в нем. – Пора действовать».
Лететь приходилось почти против ветра. Чего уж проще было бы задействовать привод Аднера, но наглеть тоже не стоило: корабли не могут двигаться в небе без помощи парусов, об этом знает даже Амсей.
«Главное, чтобы мы не опоздали, – проклинал я свою нерешительность, позволившую нам уйти от поляны в лесу достаточно далеко, потеряв тем самым кучу времени. – Иначе мы застанет бездыханное тело девушки, либо еще свежий холмик, и мне очень долго будет вспоминаться ее затравленный, полный ужаса взгляд. И то, с какой надеждой она посмотрела на проплывающий в небесах корабль».
Ныряльщики дружно высыпали на палубу и, обступив оба борта, что-то высматривали внизу.
«Уж не пропавшую кружку высматривают, боясь потерять время в пути? Сезон сбора жемчуга не безграничен, и недалеко то время, когда начнутся шторма и погружаться в воду станет невозможно».
– Подходим.
– Вижу Рианель, вижу. Энди, оборот влево. Родриг, приспусти парус до половины. Гвен, возьми немного правее. На палубе! Приготовиться!
Хотя последняя команда относилась только к Аделарду. Лард в полном боевом снаряжении – в кирасе, шлеме и с мечами в обеих руках – был моей единственной надеждой на то, что, если все пойдет не так, мы сможем унести ноги.
«Опускать корабль на землю не буду, поляна слишком мала, – твердо решил я. – Зависнем на необходимой высоте и спустимся по штормтрапу, хоть на такой малой высоте для л’хассов будет огромная нагрузка. Спустимся – я, естественно Аделард, Родриг и Гвенаэль. Конечно, лучше бы взять вместо Гвена Энди: при всей его безалаберности, от него было бы больше толку. Да, еще потребуется Амсей, без переводчика не обойтись».
– Родриг, убрать парус! Энди, еще оборот!
«Мастерство мне не изменило, – самодовольно подумал я: мы зависли точно над плешью в лесу. – И девушка жива. В чем же она так провинилась, что ее привели именно сюда? Причем кроме нее все остальные мужчины. А где же ее мать, на коленях умоляющая оставить любимую дочь в живых?»
Селение паури попадалось нам незадолго до этого – дюжина расположенных в полном беспорядке хижин, больше похожих на шалаши. Хотя при здешнем климате защита нужна только от дождя.
– Ансельм, пол-оборота и не спеши.
«Небесный странник» вздрогнул и неожиданно провалился. Внутри тревожно екнуло: бывает и так, что корабли падают вниз до самой земли. С такой высоты нам не убиться насмерть, но корабль будет безнадежно загублен без всякой надежды на восстановление. С палубы донеслись крики ныряльщиков, и все они отпрянули от бортов, как будто это могло им хоть чем-нибудь помочь.
Я облегченно перевел дух, когда «Небесный странник» застыл над землей и закачался, как будто на волнах, – пронесло. Выглянул с одной стороны, с другой: мы зависли точно над поляной, и потому оставалось только приземлить корабль, так будет даже лучше. Главное, чтобы под днищем корабля не оказалось большого пня, иначе он под массой корабля продавит днище.
– Энди, четверть оборота, спускаемся. Хотя стоп, лучше я сам.
Скользнув по поручням (подумав при этом, что капитану так поступать не солидно), я оказался возле кабестана. Все-таки у расположенного на мостике рычага не такая чувствительность, да и мне самому так намного привычнее. Ага, немного влево, еще чуть-чуть и еще самую малость. Все, «Небесный странник» мягко коснулся земли.
– Родриг, спускай трап. Господин Амсей, вы мне понадобитесь, – сообщил я таким тоном, как будто услышанное стало для него новостью, а не заранее было обговорено.
– Николь, обещай мне, что ты останешься на корабле, что бы там ни случилось. Пойми, так будет лучше, иначе ты лишь создашь всем проблемы.
– Хорошо, Люк, обещаю, – не стала перечить мне она, хотя данное ею слово совсем ни о чем не говорило.
Вздохнув, заранее смиряясь с неизбежным, я вступил на трап. Вообще-то я собирался спуститься по нему первым, но так уж получилось, что меня обогнали Аделард с Родом. Род держал в руках не совсем уместную в данных обстоятельствах алебарду, но смотрелся он очень внушительно – огромный, ростом и статью мало уступающий Ларду, с иссиня-черной бородой до самой груди. Они встали по обе стороны, как бы подчеркивая мой статус, и молча вперились взглядами в притихших паури. Ну что ж, соответствовать так соответствовать, и я вальяжно спустился по трапу. На боку на перевязи висела абордажная сабля – так, на всякий случай, с ней я чувствовал себя увереннее. Вслед за мной на землю спустились один за другим Гвенаэль, Амбруаз и Амсей.
С борта за всем этим наблюдали люди Амсея, и некоторые из них даже пытались поговорить с паури на их языке, но те угрюмо молчали.
«По крайней мере, паури видят, что нас много. И это нам только на руку».
Девушку не было видно, для этого необходимо было зайти за корму «Небесного странника» и потому я скомандовал:
– Пошли.
Сверху над головами раздались легкие шаги: к нам решила присоединиться Николь. Я едва зубами не скрипнул: «Снова она это платье надела! Подол на целую ладонь, а то и все две, не достает до земли. Как в Банглу – так в балахоне, а здесь, когда вокруг полно мужиков, которые и без того на нее постоянно заглядываются!.. И когда только переодеться успела».
– Люк, я передумала, – как ни в чем не бывало, сообщила девушка. – Вдруг этой несчастной пленнице потребуется моя помощь.
– Пошли, Люк, – подхватила она меня под руку. Затем, взглянув на мое лицо, добавила: – И не беспокойся ты: все будет хорошо, я чувствую.
Мы прошли к дереву, где по-прежнему стояла привязанная девушка. Паури – не каннибалы, это еще первооткрыватель архипелага Иоахим Габстел утверждал. Но некоторые обычаи у них очень жестокие, и им ничего не стоит оставить привязанной девушку и спокойно уйти, обрекая ее на мучительную смерть.
– Лард, – указал я глазами на Николь: мол, следи за ней. На твоей совести будет, если с девушкой что-нибудь случится.
Меня, практически однорукого, не хватит, чтобы ее защитить, да и задача у меня другая – вести переговоры. А они должны пройти гладко, меньше всего в мои намерения входит поссориться с паури. Иначе – промолчат о приближении тайфуна, слова не скажут, что, если сорвать этот листик, хорошенько размять его и втереть в десны, то яд нейтрализуется, и так далее. Аделард кивнул: «Сделаю» – и единственным мягким, со стороны кажущимся мелким шагом, вдруг оказался рядом с Николь, стоявшей довольно далеко от него.
