Похоже, почесав пару месяцев в затылках, советские руководители пришли к мысли о правильности предложенной им во время поездки в Москву идеи. Впрочем, это все же дело десятое… Программистом Михаил все равно не был, так что вряд ли смог бы подсказать что путное. Его основные идеи – по «железу» и применению ЭВМ.
Было еще интересно, что тут решили с микропроцессорами – но на этот счет ничего выяснить не удалось. Что ж, время покажет… Так что, подробно изложив все свои мысли, Михаил отправил ответное письмо в Совет Министров и, можно сказать, успокоился. На данный момент от него все равно ничего больше не зависело. Интересно, правда, было, что же думают на счет его и всех его мыслей в СовМине и Политбюро, но как про то узнаешь?
В остальном же жизнь шла своим путем… И, откровенно говоря, как же ему надоела эта учеба! Все то, что он там изучал, Михаил либо и без того уже помнил, либо достаточно было повторить, быстренько пролистав учебник. И, в принципе, можно было бы попытаться сдать все экстерном, но… Возникало сразу две проблемы. Во-первых – он и так уж обратил на себя особое внимание советских властей и спецслужб. И как они к такому отнесутся? Тут уж не факт, что получится отбрехаться! А, во-вторых, Вика… Когда они учатся вместе – ей будут всяко легче, чем одной. Тут он и объяснит чего нужно прямо на месте, и с семинарскими теми же поможет, и те же лабораторные вместе сделают… Да и просто она себя будет уверенней чувствовать когда они вместе. Так что нечего и высовываться! Доучится в обычном порядке…
А потом вдруг настал момент перебираться на новое место… В середине октября более-менее закончили подготовку «конторы» Сарсельмаша. Первыми на новое место перебирались те, кто непосредственно должен был участвовать в подготовке производства – и ничего, что на завод еще только начали прибывать первые партии оборудования. Частично его везли с Сибсельмаша, откуда должна была прибыть и часть рабочих с инженерами, частично монтировали подходящее оборудование с других эвакуированных заводов, частично даже привозили новое – среди которого, к некоторому удивлению Михаила, часть была сделана в ГДР и Чехословакии. Работают, значит, еще их заводы! Впрочем, самым удивительным стало увидеть первые станки с ЧПУ – правда, на этот счет Михаилу пояснили, что изначально те были предназначены для того самого авиазавода, но в новых условиях посчитали, что тут они нужнее. Дескать, у мотористов и так хватает всего нужного оборудования и оснастки – вот пусть с ними и работают! А самолеты выпускать еще долго не придется.
Впрочем, КБ перебиралось на новое место едва ли не последним – вскоре после праздника Революции, когда в один день им сообщили, что со следующей неделе им выходить на работу на новое место. Те же помещения, что последний год занимало КБ сельскохозяйственных машин, отдавали под рабочие общежития, что нынче было практически обычной практикой. Многие заводские конторы изрядно «уплотнили», отдав целые этажи по проживание эвакуированных. И пусть эвакуация практически уже закончилась, но во многих местах до сих пор рабочие ютились по комнатушкам с полуторным-двойным превышением их нормативной вместимости. Так что скоро кому-то повезет… Уже в последний день их работы на старом месте рабочие-трудармейцы затаскивали в их комнату деревяшки и листы «сухой штукатурки», советского гипсокартона – планировалось разделить здоровенное помещение на несколько более мелких комнат.
- Ну вот и все, - вечером собирая вещи, усмехнулся начальник КБ. – Вот и пора нам на новое место…
Последний раз закрыв и опечатав дверь, он сдал печать – и все. Быстренько заскочив домой и завезя вещи, Михаил с Викой на «девятке» поехали в университет на учебу. На улице была уже зима – снег лег еще двадцатого октября и с тех пор больше не сходил. Хотя пару раз оттепели еще были. И все же зима и впрямь начиналась теплее двух прежних… И снегопады были слабее прошлых лет. Впрочем, движению это не мешало – а еще теперь трамваям было откровенно наплевать на дожди, после переукладки путей лужи воды на рельсах больше не скапливались. Во всяком случае, на центральных маршрутах, где за лето успели рельсы поменять. Да и подвижной состав получше стал по своему состоянию – как-никак два депо работают.
- Уже появились, - неожиданно окликнула Михаила.
- Что появилось? – в первый миг не понял парень.
- Завалы, - пояснила девушка. – Сейчас проехали дорогу, где уже снежный вал отсыпать начали.
- Ну это понятно, - согласился Михаил. – Лучше перебдеть…
- Интересно, какой будет эта зима? – глядя куда-то вдаль, на заснеженный город, задумчиво произнесла Вика.
- Говорят, что чуть теплее прошлой, - вспомнил недавно прочитанную статью в газете Михаил.
И вот он, еще один типичный вечер с учебой, дорогой домой по ночному городу, ужином в кругу тех членов семьи, кто в этот момент не на работе. Немного посмотреть телевизор, где будут передавать новости о происходящем в стране и за ее пределами. А потом опять спать, утром снова на работу… И так изо дня в день! Разве что в выходные посмотреть какой-нибудь фильм по телевизору, где стали часто показывать кино про сталинское время, про стройки пятилеток, послевоенное восстановление народного хозяйства, многих из которых, к удивлению Михаила, в его реальности в принципе не существовало. Показывали различные приключенческие фильмы и даже сказки – и, как вскоре понял Михаил, общий посыл всего этого был в том, что «не надо бояться с трудностями», как вон те герои из фильмов… Но при этом, что любопытное, явно избегали показывать фильмы про войну, словно не желая будить воспоминаний… Добавилось и еще пару новых фильмов, отснятых в 1968 году – и они вновь были посвящены Долгой зиме. Один из них под простым названием «Заполярье» показывал, как выживали в первую зиму люди неназванного «северного поселка» - и что даже в тех суровых условиях
