увы, его больше нет, ведь Дракон Бездны выжил.
Встав на краю носа корабля и распустив волосы, я наблюдал за рассветом. На горизонте уже маячил невероятных размеров пустынный остров — там то и находилось то, что мне нужно. Одев свою скрывающую личность накидку, я пошел будить Вивьен.
* * *
К рассвету мы наконец смогли договориться с островом, и пристыковаться к песчаному порту Целестиана. Спрыгнув на полу-засыпанный деревянный причал, я осмотрелся: народу тут была тьма тьмущая, а вот инфраструктуры никакой: только множество караванов, ожидающих отправки. Вдоль всего берега плотными рядами стояли корабли самых разных видов и фасонов, начиная от совершенно безвкусных и не вписывающихся НЛО-подобных тарелок, и заканчивая галеонами вроде моего.
— Пропускной контроль, предъявите статус, — ко мне подошел мужчина в желтой форме и фуражке, с мечом на поясе.
— Мы уже кажется, разговаривали с вами через «локальное поле», я прав? — я показал статус.
— Да. Вы ПУ4? — мужчина насупил черные брови, — будьте осторожны. Как и говорил, неделю назад я видел в этом порту шестое место, и возможно, он всё ещё тут.
— Спасибо, — я понимающе кивнул, не отводя взгляда. Человек похоже, был честный, и глаз не прятал.
— Учиииитееель! — бежавшая по трапу корабля Вивьен во всю пыталась докричаться до меня, мотая головой в разные стороны.
— Это она? — мужчина отвёл взгляд.
— Ну да…
— Что ж, тогда я удаляюсь. Удачи вам в дороге, — он дружески похлопал меня по плечу, после чего развернулся, и пошел проверять следующий корабль, рядом с которым стояла целая эльфийская семья. Приятный однако человек — у меня с ним накануне был развернутый диалог на полчаса, о том, стоит ли нам вообще появляться в Целестиане.
— Куда мы теперь? Тут же совсем ничего нет, — Вивьен осмотрелась по сторонам. Она была права: только песчаные дюны и корабли.
— За мной, — я махнул ей рукой, подходя к месту, где стояло множество караванщиков. Моё внимание сразу привлёк невысокий, сухой старик в синем восточном халате. У него насколько я мог судить, были неплохого уровня лошади запряженные в крытую телегу с навесом.
— День добрый, подбросите до Целестина двоих?
— Хм, — старик прищурился, поглаживая длинную бороду, — 450 золотых.
— Вот, — я передал ему 500.
— Залезайте. Или можете тут постоять. Поедем только когда народ наберется, — он кивнул головой в сторону телеги.
— Спасибо, — я забрался внутрь, после чего помог Вивьен.
Текучка тут была большая, так что долго ждать не пришлось. Уже через 20 минут мы сидели вчетвером: я с Вивьен, и пара молчаливых эльфов-близнецов в одинаковой серой одежде, боязливо переглядывающихся друг с другом.
«На выезде из порта будет немного трясти, потерпите уж,» — предупредил старик, садясь во главу каравана, и трогаясь с места.
Глава 14 — Битва бессмертных
— Почему остановились? — я обратился к старику, выглядывая из повозки: вокруг только трущобы.
— Приехали, дальше вы сами, — пробурчал старик.
— Но это как то не похоже на Целестиан, нет? — я посмотрел на правого эльфа.
— Дальше он не поедет, по этой дороге слишком опасно, — эльф развел руками, вытягивая из повозки своего близнеца.
— А почему именно эта дорога? — я почесал затылок.
— Ты что, не читал табличку? — старик ткнул пальцем в нацарапанную мелом надпись: «Экспресс» висящую на каркасе повозки.
— Я думал о другом, но ладно. Как попасть в Целестиан? — я снова выглянул из за повозки: впереди виднелась полуразрушенная дорога, с двух сторон обставленная деревянными и каменными лачугами.
— Просто идите прямо, но осторожно. Если не будете шуметь, вас не тронут, — подсказал мне эльф, вытаскивая из повозки какую то сумку. Сразу после, он направился с этой сумкой и товарищем вглубь трущоб.
— Понял, спасибо, — я кивнул, наблюдая, как повозка медленно разворачивается, и стремительно набирая обороты, уезжает прочь. Мы остались вдвоем, у порога огромных трущоб.
Прежде чем идти дальше, я решил проверить локальный чат. Это такое окно интерфейса, которое есть у каждого крупного острова. Дело в том, что сама по себе система бездны, чата или «интернета» как такового не имеет. Однако, на некоторых островах есть свои локальные сети, и Целестиан — один из таких островов.
Открыв локальный чат самого города, который тут уже "ловил", я увидел только старые сообщения. Последнее датировано вчерашним днём:
[Harbor: Осторожно.] — за этим сообщением следовала тишина. Для такого огромного города, как Целестиан, это было просто невозможно. Видимо, у них сломался чат.
* * *
Идя по центральной дороге под палящим солнцем, я наблюдал тотальную нищету, разруху и лень. Дома по большей части из самана, многие уже занесло песком. Люди лежат прямо вдоль дороги, кто группами, кто один, зарывая себя в песок.
— Что с ними? — шепнула мне Вивьен на ухо.
— Смирились с участью. Этот остров довольно безопасен, так что не удивительно, что они собираются тут, — я посмотрел на мужчину лет двадцати-пяти: он сидел облокотившись на саманный дом, и ему на голову медленно сыпался песок вперемешку с кусками стены. Ещё немного, и крыша этого дома упадет.
— Неужели они не хотят ничего поменять? — ужаснулась Вивьен, крепче хватаясь за мой рукав.
— Хм, не знаю. Может быть это гедонистическая адаптация так на них влияет, лень, или же они просто давно выжили из ума, — я встретился глазами с мужчиной у дома, и тот сразу отвел взгляд.
— Гедонистическая адаптация? Это как то связано с удовольствием? — Вивьен задумчиво посмотрела на небо.
— Скорее со счастьем. Так называют свойство нашего мозга уравнивать уровень счастья. Например, инвалид который остался без руки, и человек с кучей денег, в определенный момент будут находиться на одном уровне счастья. Всё потому что инвалид в итоге привыкнет к жизни без руки, и вновь сможет ощущать радость, в то время как богач устанет от денег и они перестанут его радовать. В конечном счете, они будут примерно равны по уровню счастья. Это причина, по которой люди устают от всего, что обычно приносит им удовольствие, и наоборот, привыкают к тому, что им неприятно.
— Это всегда работает? — девушка виновато опустила взгляд.
— Я не знаю, это просто статистика некоторых исследований. Мы не изучили мозг настолько, чтобы делать утверждения.
— Понятно… — Вивьен прикусила губу.
— Думаешь о том, что смирилась с рабством?
— Угу.
— Тут всё куда сложнее, и случай не совсем тот, хоть и похоже. Радуйся лучше что вообще выбралась, и живи здесь и сейчас, не то станешь как вот эти, — я показал пальцем на кучу людей, которые сражались за нечто в песке, катаясь в мусоре, на руинах большого дома. Один
