Прижал крепко к груди, наплевав на любопытные взгляды из машины, прохожих, напарников автосалона. Вдыхал цветочный теплый аромат ее волос, фарфоровой кожи. Гладил спину, наслаждаясь изгибами фигуры, что вжимал в себя.
— Селим, — нежно проворковала Люция.
Он отстранился, посмотрел в глаза, ища ответ.
— Селим, я — согласна!
— Вəli(Да)! — восторженно крикнул мужчина.
Анна не могла сдвинуться с места. По обычаю дерзкая, вдруг растеряла пыл. То ли другая страна, то ли взрослый мужчина рядом парализовал ее волю и призывал к стыдливости. Сестра находилась в эйфории от встречи с возлюбленным и на время забыла о ней. А водитель поглядывал в обзорное стекло, лишь молча ждал развязки. Смотреть на обнимающуюся пару — чистый вуайеризм.
— Анна, Вы надолго сами?
Девушка отвела взгляд от окна и повернулась на голос Джафара.
— Еще не знаю. Дома меня ничего пока не ждет. Я только получила диплом и работу еще не нашла. Кошку мы отправили к родителям. Так что пробуду здесь неопределенное время. Ведь эти, — тут она ткнула большим пальцем в сторону парочки на тротуаре, — еще не решили, где будут жить. Да и на торжестве церемонии обязана присутствовать. Родители не смогут приехать. Так что я за них сойду.
И гордо выпятила грудь, становясь в прежнюю позицию нахальной девчонки.
Джафар лишь усмехнулся, поднял брови, покачал головой, ощущая, как темноволосая славянка осваивается и выпускает свою царевну на волю. Как там в фойе аэропорта с его служащим. Что-то вспомнил про царевну? — А, Селим ее однажды так назвал, когда делился своими первыми впечатлениями о сестре Люции. Уж очень эпично у них произошло знакомство с новой родственницей.
— А Вы, — обратилась уважительно, — тоже на свадьбе будете?
— Я? Пока не получал приглашения, но приму с радостью. Мне очень нравится эта парочка. Долгий путь они прошли к своему счастью.
И в этот момент дверь в салон открылась, впуская полуденный зной и голову Селима.
— Анна, привет, ты чего не выходишь? Заколдовал тебя Джафар что ли? — и насмешливо посмотрел на друга.
Тот в ответ скривил лицо.
Забрали багаж, переложив его в багажник внедорожника Селима, попрощались с Джафаром и забрались в салон сами.
Лишь Анна молча кивнула новому знакомому, не глядя в лицо, захлопнула дверцу, ощущая как прожигает ее профиль их эпизодический водитель.
Дом Селима встретил, как и четыре года назад, обилием зелени, ухоженным двориком и теплом хозяев. Люция окунулась в воспоминания и ощущения повторения, возвращения домой. От умиления чуть не расплакалась.
Али Фарид оглы отсутствовал. А вот хозяйка и младший сын Мансуровых, как будто специально ждущий приезда гостей, были дома. Сулейман выбежал на ступеньки крыльца, едва автомобиль заглушил мотор.
Люция вышла из кроссовера, любовно оглядела калитку и дворик, пока Селим доставал их багаж.
— Ты рада, что вернулась сюда? — подошёл Селим, протянул руку, положив на шею спутнице. — Изменилось что-то за несколько лет? — продолжая поглаживать шею, часть спины.
— Мне здесь комфортно было и сейчас воспоминания оживились, — повернула голову, подарив улыбку взглядом.
— Пошли в дом, а то превратимся в хамон[18] под жаром солнца, — хватая за руку, подтолкнул к порогу. — Анна, ты где потерялась, идём, — вернулся за младшей сестрой.
— Люция! Сестра моя! — крикнул Сулейман, преодолевая несколько ступеней и спеша к девушке.
Обнял по-родственному и даже позволил себе чмокнуть гостью в щеку, на что Люция рассмеялась. А Селим, заметив выходку брата, изобразил злого мстителя.
Подошла и Анна, взирающая на все с высоты самой королевы Анны Иоановны. Чемоданчик свой не выпускала из рук, боясь потерять свой гардероб. Откуда в ней присутствовали эти надменные оттенки, родители лишь пожимали плечами. О подмене в роддоме не намекали, чтобы не вызвать долгую дискуссию о генетике, привычках и прочем сходстве.
Сулейман, завидев вторую сестру, его ровесницу, поспешил к ней, готовый подарить толику внимания. Анна, завидев его, выставила вперед подбородок и спрятала свободную руку за спину, давая понять, что с ней обжиматься не стоит.
— Э, салам…Анна, — растерялся Сулейман, не ожидавший выставленного шлагбаума.
— И тебе салам, Сулейман — кивнула, строго посмотрев в черные глаза.
— Все, режим злюки готов, — шепнул Селим на ухо Люции.
— А ты еще говорил их познакомить. Уже с порога “маманя скоропею невзлюбила”, - вспоминая фразу из мультика, расхохотались.
— Да уж, надеюсь до драки не дойдет, мама расстроится, отец будет в шоке.
— Да не, она только на язык остра, до вещей бережливая, смотри как вцепилась в чемодан, переживает. Видел бы ты как она вырывала его с рук незнакомца в зале аэропорта.
— Даже так? — Селим округлил глаза, не переставая удивляться поведению младшей.
— И долго будете мне мыть кости? Между прочим, я все слышу.
— Все, все, заходим в дом. Анна, отдай уже чемодан Сулейману, не потеряет он его.
Дом окутал прохладой, комфортом. Урсула вышла из столовой, вытирая руки о полотенце, с широкой улыбкой на устах.
— Люция, Анна, добро пожаловать в гости.
Обменялись объятиями, вспоминая первую встречу и момент расставания, опуская разговор о непонятной размолвке между молодыми людьми и долгой разлуке. Девушки кратко рассказали о дороге.
— Сын, дай девочкам отдых, отнеси вещи в комнату наверх.
— Сулейман, — позвал брата Селим. — Помоги.
Тот нахмурил брови, но молча повиновался, вспомнив о неприступной сестре Люции.
Анна завораживала своей красотой шатенки с молочной кожей, раскосыми огромными зеленено-серыми глазами. Четкие дуги бровей придавали еще больше строгости ее образу. Длинные ноги модели подчеркивались зауженными светлыми брюками. Царица подиума, не иначе. Лишь при виде хозяйки оттаяла, благодарно улыбнувшись.
— Люц, Анну поселим в той комнате, что ты занимала, а ты теперь в моей живешь.
— Да? А папа не будет против?
— Ха! Мне тридцать один год, думаю он будет даже рад, что времена целибата остались в прошлом, — и припал нежно к ее губам, пока остались наедине.
— Я соскучилась, Селим, — в перерыве между поцелуями прошептала Люция.
— Я понял твой намек, — отстранился, улыбаясь. — Повелась на “Арарат” удовольствия?
— Вот тебе надо меня поддеть, а! — и шлепнула легонько по плечу. — Разозлишь меня, уеду в Россию.
— Не-а. Не выйдет. Ты уже согласилась. Раздевайся.
— Что? — округлила в шоке глазенки. — Прям сейчас? — добавила уже шёпотом.
Селим, не сдержавшись, расхохотался. Отсмеявшись, повертел головой.
— Разыграл, да?
Славянка начинала злиться.
— Что ты! Все серьёзно. Но видела бы ты своё лицо, сама бы выпала из адекватности. Раздевайся: в смысле принимай душ и меняй одежду. Я тебя оставлю, пойду на кухню, приготовлю попить что-нибудь нам, — и, чмокнув в щёку, вышел из комнаты.
Глава 37
В КРУГУ СЕМЬИ
Вечер, как и полагалось, по жанру гостеприимства был отдан застолью в кругу семьи Мансуровых. Гостьи, отдохнув с дороги, занимались сервировкой стола. Люция с легкостью включила молодую хозяйку, как когда-то. А Анна, все еще взиравшая с любопытством и недоверием, скорее мешалась, чем помогала.
— Ань, отнеси стаканы и графин на тот угол, перестань пялится в смартфон, — отчитала ее старшая.
— А что я? Я — гостья. Пусть Сулейман накрывает, — громче обычного возмутилась та.
— Ох, Анютка, плачет по ремню твоя попка, — пошутила Люция.
На что Анна закатила глаза, отложила гаджет и выхватила из рук сестры посуду, предмет спора. Сулейман, в своей привычной манере тоже не удержался от шутки.
— Услада для глаз смотреть как женщины хлопочут, все для ублажения нас мужчин. Прям райские гурии, — и расплылся в широкой улыбке, зная что еще сильнее разозлит девушку.
— Ага, щаз такой тебе рай устрою! Указчик нашёлся, — и, подойдя к Сулейману, подцепила край его воротника рубашки потащила на кухню.
