— Не может быть!
На соседней кровати коротко вскрикнул и проснулся Трей.
— Демиан, — испуганно проговорил он, заметив, что друг тоже не спит, — мне приснилось, что Кри…
— Знаю, — бросил Демиан, вскакивая с кровати и швыряя растерявшемуся Трею одежду и оружие. Заметил его неуместное замешательство и рассерженно прикрикнул: — Шевелись быстрее!
— Куда мы? — робко спросил Трей, стараясь поспеть за другом. Демиан вихрем несся по спящим замковым коридорам; по его виду Трею было ясно, что он что-то затеял, вот только что? Надеется на то, что они успеют в Кри, находящуюся в полусотне лиг пути к юго-западу от Теллариона?
— Сейчас увидишь, — мрачно пообещал товарищ, не сбавляя темпа. Трею почудилось, будто глаза друга светятся красным в кромешной темноте. Волшебник умолк и решил не задавать больше вопросов.
Вскоре намеченная цель стала слишком очевидной. После очередного поворота на горизонте обозначился тупик с одинокой окованной железными скобами дверью и стражей по обе стороны от нее. Трей схватил Демиана за рукав и лихорадочно зашептал:
— Дем, ты что, совсем спятил? Ведь сюда без особого разрешения Магистра никому нельзя соваться!
— А ты на что надеялся? — зло прошипел друг. — Я что же, по твоему мнению, на своих двоих в Кри собрался? Или верхом на метле? Да пока мы сами туда доберемся, ничего, кроме костей, не найдем! Если хотя бы кости останутся. — Сверкнув глазами, выдернул рукав из пальцев Трея и решительно направился к запретной двери.
— Мы же обещали учителю, — простонал Трей, уже не надеясь даже, что Демиан его не то, что послушает, хотя бы услышит. Внутри всё противилось этой невиданной дерзости, но мысль о том, что где-то там, далеко, этой немой ночью гибнут от когтей и зубов нечисти беззащитные люди, гнала вперед. Валента… Она там одна, и ее совсем некому защитить. Как поступить: нарушить Закон и поплатиться за это, возможно, даже жизнью своей, или оставить в беде людей, которые всё равно, что слепые котята против Антариесских хищников? «Да о чем я тут рассуждаю! — внутренне ужаснулся Трей. — Неужели я такой трус? Вот у Демиана, похоже, даже мысли такой не было, никаких сомнений! Пусть делают с нами, что хотят, но мы обязаны попасть в Кри, пока не стало слишком поздно!»
— Стоять! — раздался приказ дежурного мага. Но Демиан не собирался ему подчиняться и не сбавил шагу. — Ты что, слов не понимаешь? Тебе доступно объяснить? — Сухой воздух сгустился, в нем стали пробегать потрескивающие электрические разряды, когда в руке стражника заиграла «Пляшущая молния».
— Пропустите по хорошему, — миролюбиво предложил Демиан.
— А если нет? — прищурился маг, делая незаметный знак трем своим товарищам. Трей кожей почувствовал новые заклинания, все были далеко не слабого уровня. Волшебник подобрался, в свою очередь бесшумно творя колдовство. Если уж они решились нарушить телларионский устав, то нужно идти до конца. В ту же самую секунду на Демиана обрушилось сразу четыре заклятья. Колдун вскинул руки, и «Искрящийся дождь», отброшенный выставленным «Щитом», веером брызнул во все стороны, но никого не задел. Владельцу «Багрового марева» повезло гораздо меньше остальных — его собственное заклинание вернулось к нему бумерангом, с дикой силой отшвырнув мага. Мгновение он провисел, прижатый к стене, затем медленно сполз на пол и остался там лежать без сознания. Трей понял, что били их крепко, но не до смерти. Его «Пляшущая молния» врезалась в «Молнию» противника, и оба заклинания, соединившись, свечкой ушли вверх. Спустя секунду, на головы волшебников посыпались искры, а на потолке, на память о потасовке, осталось огромное пятно сажи. Под занавес заклятье четвертого мага, обязанное какому-то местному шутнику веселеньким названьицем «Тушите свет!», поменяв свое первоначальное направление на прямо противоположное, мгновенно вырубило троих оставшихся на ногах защитников Комнаты Перемещений. Трей потрясенно замер, обозревая картину разрушений, которую они ухитрились учинить за считанные секунды.
— Потом полюбуешься, — прервал его размышления Демиан. Похоже, результаты собственной противоправной деятельности совсем не впечатлили молодого волшебника.
— Но у нас есть одна небольшая проблема, — заметил Трей.
— Какая еще проблема? — Трей выразительно указал глазами на дверь. На первый взгляд, высадить ее можно было как минимум тараном, даже при условии, что на нее не наложены никакие запирающие заклинания, призванные защитить Комнату от возможных желающих без спросу воспользоваться ею. Неужели эта драка была напрасной, и Комната все же окажется недосягаемой для них?
— Дверь, Дем! Или ты умеешь проходить сквозь стены?
— Отойди в сторону, Трей, — уверенно скомандовал друг, и Трей на автомате подчинился приказу. Между сдвинутых ладоней Демиана проскочила багровая искра, которая принялась стремительно расти, превращаясь в клубок лилового марева. Вскоре шар в диаметре достиг полуметра; Трей на всякий случай вжался в стену и зажмурился. Демиан размахнулся и зашвырнул заклятье прямо в центр казавшейся неприступной двери. Раздался ужасный треск и грохот, гулом разнесшийся по коридору. Разлетевшиеся щепки рассыпались во все стороны. Трей осторожно раскрыл глаза: на месте двери зияла огромная дыра, по краям провала было обуглившееся дерево, даже стальные петли здорово покорежило и оплавило. Парень присвистнул, но, опомнившись, что время дорого, следом за Демианом поспешил в комнату.
В помещении царил полумрак, кромешную темноту разгоняли лишь непонятные, начертанные прямо на каменных плитах, светящиеся символы, которые, причудливо и без видимой логики переплетаясь, образовывали нечто вроде картины. И вся комната таинственно мерцала тем же синеватым магическим светом.
— И что нам с этим делать? — поинтересовался Трей. — Ты имеешь хоть какое-нибудь представление, как им пользоваться?
— Нет, но стоять и ждать помощи не от кого. Так что пошли.
— Куда?
— Сюда. — И, прежде чем Трей успел возразить, Демиан схватил его за руку и потянул за собой за границу пентаграммы. Начертанные внутри нее символы потекли, как рисунок на песке под порывами ветра, изменились, пентаграмма вспыхнула, выбросив вверх столб яркого света, и оба волшебника закружились в бешеном водовороте, вне времени и пространства.
Звуки, как обычно, появились раньше изображения. Откуда-то издалека, вроде как с огромного расстояния, донесся непонятный шум. Шум постепенно превратился в нечеловеческие вопли и стоны. Многоголосое причитание перекрывал отвратительно знакомый рев, который уж точно не принадлежал людям. Вскоре стали проявляться образы, кошмарнее которых Трею еще не доводилось видеть в своей жизни. Волной накатило отчаяние — вряд ли кто сумел выжить в этом аду. Но крики повторились снова, и парень, наконец, четко увидел, как мимо пробежала женщина с лицом, обезображенным ужасом. Для нее двое друзей появились прямо из ниоткуда, но она этого даже не заметила. Следом за женщиной гигантскими скачками неслась проклятая чешуйчатая тварь, мерзкий нарлаг. Жертва споткнулась о чье-то истерзанное, явно неживое тело и осталась лежать на земле, вытаращив на настигающую ее нечисть безумные глаза. «Ну, нет, мразь, — с холодной яростью подумал Трей, — ты больше никого не лишишь жизни! Хватит!» В нарлага врезался пылающий шар, разорвав взревевшую тварь на мелкие кусочки. Только тут женщина, наконец, увидела Трея. Парень с ужасом узнал в спасенной мать Валенты и бросился к ней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
