— Серьезно? — спросила она, бросив взгляд на его окровавленную руку.
— Ерунда! — ответил мужчина, тяжело выдохнув. — Слава Создателю, что с вами все в порядке! Видимо, Мерзт предупредил наемников, что такое может случиться. Наверняка они хотели взять Локу в заложники, а Керих, конечно, даже и не подумал бы пойти против Дориана… Туда ему и дорога!
— Где остальные маги? — спросила Гайя, сняв с пояса каждого из мертвецов по короткому кинжалу.
— Пять минут назад были в главном здании. Сейчас… не знаю. За последние пару недель Дориан сменил почти половину охраны, а еще маги… Все смешалось…
— Ты видел Цорка или Хага?
— Нет.
— Грию?
— Тоже. Я же говорю…
— Ясно. Идти сможешь?
— Да. Я же говорю, ерунда.
— Хорошо, тогда… Лока, ты куда?!
Он не стал отвечать, а продолжил молча толкать коляску вперед. Попеременно: левое колесо, правое колесо, левое колесо, правое колесо… Возможно, и стоило задать Номену все эти вопросы, но Лока–то знал, что в данный момент важнее!
Когда Гайя догнала его, он уже примеривался, с какого бока будет сподручней начинать скатываться вниз по лестнице.
— Да что ты…
— Быстрее, Гайя. Быстрее.
Спустя минуту они выбрались на улицу. Внутренний двор был пуст: от трехэтажного корпуса, где со времени операции, проведенной над ним Кубицей, располагалась его комната, до внешней стены. Огни световых шаров, падавшие преимущественно со стороны центрального особняка, резали пространство перед ними на части, создавая впечатление некоего препятствия, но в реальности дорогу не преграждая. Более того, калитка рядом с воротами была открыта. На мгновение Гайя остановилась в нерешительности.
— Вперед, — вновь поторопил Лока.
— А остальные? — спросила она. Как раз в этот момент их догнал очередной громкий вопль. На самом деле звон оружия и хлопки срабатывания амулетов сопровождали все последние минуты, но толстые стены и расстояние порядком приглушали их.
— Потом, Гайя! — прикрикнул он. — Ну же!
Явно недовольная, она все же покатила кресло в сторону калитки. Лока был на взводе. Он чувствовал: то, что должно произойти, случится в ближайшие минуты. Возможно, даже раньше. Из окружающих их вечерних теней одна вдруг дернулась в сторону, прилепив к себе еще несколько кусочков мрака, и прыгнула к Локе на колени. В следующую секунду сгусток темноты оформился в небольшого человекообразного паучка.
— Ну что? — произнес Лока негромко.
Вместо ответа Ларри вновь сделался тенью. У него даже не осталось сил, чтобы поддерживать свой облик. Он не сумел ничего найти.
— Смотрите!
Возглас Номена заставил их обернуться. Стражник указывал на стену особняка. На уровне второго этажа, на несколько метров ниже ближайшего к земле окна, темная облицовочная плитка стала наливаться красным. Всего за пару секунд она поменяла цвет с черного на багровый, а после с багрового на слепяще–белый — и потом стена взорвалась. В воздух взметнулась тысяча гранитных глыб, Локино кресло резко развернулась, и Гайя обняла его за голову, спасая от камнепада.
— С ума сошла?! — Он попытался оттолкнуть ее, но потом вспомнил об обереге и перестал сопротивляться.
Пара булыжников разбилась о спину девушки, не причинив вреда, Номену повезло еще больше — не настолько, как тем людям, на которых камни вообще не падают, но все же его удачи хватило на то, чтобы не получить новых ранений. А когда Гайя отпустила Локу, они увидели одновременно пугающую и великолепную картину.
Из образовавшейся в стене дыры, весь в блестках разноцветного пламени, явился великан. Вряд ли он превосходил ростом Цорка, человека, выше и шире которого сложно было даже представить, но у Локи сложилось полное впечатление, что гигант не спрыгнул с высоты пяти метров, а просто шагнул вниз. Могучую фигуру окружали огненные кольца: ярко–желтое, темно–синее, красное. Они переливались, искрили, менялись местами, обращая в прах все, до чего им удавалось дотронуться. В руке маг–великан сжимал посох, который мог бы казаться игрушечным в ладони размером с пехотный щит, если бы один его конец не источал непроглядную тьму, а другой не блистал нестерпимым светом.
Ступив на землю, он развернулся, устремив взгляд на особняк. Через секунду стало ясно, чего он ждал. Одно из стекол на высоте третьего этажа разбилось, и из проема выпрыгнули двое. Очевидно, они оба также были магами, поскольку сумели опуститься на землю плавно, несмотря на высоту, с которой прыгали. Выпрямившись, они замерли в нерешительности. Сразу стало понятно, кто от кого убегал. Один из наемников бросился влево, другой — вправо.
Маг–великан хлестнул посохом. Его темный конец мгновенно удлинился, превратившись в окончание боевой плети. Хвостик из шевелящихся темных крючьев вгрызся в брошенный наемником себе за спину энергетический щит, проделал в нем дыру и, не замедлившись, настиг беглеца и воткнулся ему в поясницу. Окутав человека магической паутиной, заклятье перестало существовать. Тело, утратившее целостность, развеяло по ветру. Второй к тому времени почти успел добежать до стены. Именно тогда блеснул белый конец посоха. Запнувшись, наемник распластался на земле. Лока не понял, была ли это просто подножка или печень беглеца неожиданно обратилась парой литров прокисшего майонеза, но на ноги он больше не поднялся.
А потом великан повернулся к ним: огненные кольца все еще защищали его, в посохе, очевидно, оставалось достаточно энергии. И даже если он не выступал на стороне Мерзта, им его взгляд говорил вовсе не «я так рад вас видеть!», а скорее «они что–то замышляют против меня, непременно нужно их убить».
— Номен, тебе придется катить Локу, — сказала Гайя.
— Ты с ним не справишься! — тут же возразил стражник.
— Ты справишься?! — рявкнула она в ответ, взмахивая трофейным мечом, чтобы примериться к его балансу. — Не спорь. Меня будет защищать амулет, но много времени он все равно не даст, так что не медли. Увози его.
— Но куда…
— Куда угодно!
Гайя сделала шаг по направлению к великану, Номен взялся за ручки кресла. Лока ничего не говорил. Великан в этот момент не имел никакого значения, потому что оставалось лишь несколько секунд.
Одна…
Гайя и Номен стали расходиться в стороны. Маг внимательно следил за их передвижениями.
Две…
— Кравен, стой! — раздался вдруг крик. Локе сложно было определить, откуда доносится голос. Он потерял власть над собственными ощущениями. Гайю и Номена он видел с трудом и только потому, что помнил примерно, где они должны находиться. Колдун представлялся прообразом солнечного диска: сколько ни вглядывайся, не получится разглядеть его в деталях. — Стой, это они!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
