Корделия чуть было не подавилась куском омлета и отложила в сторону вилку. Аппетит у нее внезапно пропал. На следующей неделе должна была состояться премьера спектакля с участием Офелии. После этого их жизнь существенно усложнится и превратится в настоящий фарс, запутанная интрига которого окажется, пожалуй, посложнее сюжета любой трагикомедии. По дороге в театр Корделия попыталась было убедить свою сестру в необходимости носить маску, которая закрывала бы ей все лицо.
Офелия наотрез отказалась, заявив, что ей и в полумаске трудно отчетливо произносить слова и хорошо видеть все происходящее на сцене.
Корделия была вынуждена с ней согласиться, но тотчас же выдвинула новое предложение – надеть парик.
– Ты хочешь сделать из меня посмешище? – возмутилась Офелия. – А вдруг он свалится у меня с головы во время танца?
Этот довод тоже показался Корделии резонным: некоторые актеры уже оконфузились подобным образом. Сестры сошлись на широкополой шляпе. И Корделия немедленно приступила к ее изготовлению. Офелия же отправилась на репетицию. День прошел спокойно, обошлось даже без ссоры с мистером Неттлсом. Офелия так вошла в роль, что забыла о собственных обидах и тревогах. Корделия была поражена ее терпением и сдержанностью.
В субботу вечером, вернувшись после репетиции домой, девушки быстренько умылись, переоделись в нарядные платья и вместе с Марианной отправились на бал. Маркиз уклонился от этого развлечения, поскольку большим любителем танцев не являлся.
Огромный дом устроительницы танцевального вечера был полон вальяжной публики в роскошных атласных и шелковых нарядах. Гул голосов стоял на всех этажах, освещенных сотнями свечей. Девушки и маркиза вместе с несколькими другими опоздавшими задержались у дверей бального зала, чтобы дворецкий объявил об их прибытии. На них тотчас же устремились любопытные взоры.
Хозяйка дома, миловидная пухленькая дама, одарила близнецов ослепительной улыбкой и, взяв под руку Марианну, проворковала:
– Ах, как я рада, что вы приехали, маркиза! Давайте для начала присядем и выпьем шампанского! Дворецкий заверил меня, что оно отменного качества.
Марианна улыбнулась сестрам и сказала:
– А вам, девушки, очевидно, не терпится пуститься в пляс. Уверена, что кавалеры не оставят вас без внимания. Увидимся позже! – И она позволила Анджеле увлечь ее в буфет.
Оставшись одни, двойняшки растерянно переглянулись.
– Лучше бы я осталась дома и выучила несколько новых строк своей роли, – пробурчала Офелия.
– Не надо было придумывать очередное дополнение к тексту, – заметила Корделия. – И прекрати говорить здесь об этом, нас могут случайно услышать! Взгляни-ка вон туда! Это же мистер Шеффилд! Он идет к нам! Любопытно, как он здесь очутился?
Обернувшись, Офелия с удивлением увидела приближающегося к ним Рэнсома и побледнела.
– Я вижу, вы не ожидали встретить меня здесь, – промолвил он кланяясь. – Тогда кто же прислал мне приглашение на этот бал?
– Возможно, сама леди Роберсон, ведь она была на званом ужине у маркизы в прошлый четверг и видела там вас. Может быть, Марианна. В любом случае мы рады снова видеть знакомое лицо. Не правда ли, сестра?
– Да, конечно! Вы здесь все втроем?
– Нет, приглашение получили, к счастью, только мы с Джайлзом. Но в самый последний момент брату стало известно, что одну из его прихожанок, бедную многодетную вдову, домовладелец выгнал на улицу за неуплату. Джайлз забрал у меня все мои карманные деньги и помчался выручать бедняжку. Так что домой сегодня мне придется возвращаться пешком.
– Ах, как это благородно со стороны викария! – восторженно воскликнула Корделия.
Офелия же только огорченно вздохнула.
Негромкая мелодичная музыка в зале стихла. Музыканты решили сделать паузу перед началом бала. Воспользовавшись временным затишьем, Рэнсом поклонился Корделии и спросил:
– Вы позволите мне пригласить вас на танец?
Корделия посмотрела на сестру, та кивнула. Рэнсом предложил своей партнерше взять его под руку. Она сделала это не колеблясь. Двое молодых джентльменов уже направлялись к Офелии, так что одиночество в этот вечер ей не угрожало. Корделия наслаждалась моментом, впитывая в себя силу и энергию Рэнсома, которые, как ей казалось, переполняли этого необыкновенного мужчину.
Теперь ей стало понятно, почему Джулиан и ее новый муж привезли из своего свадебного путешествия по Африке и Азии несколько экзотических зверей. Их, очевидно, тоже привлекала скрытая сила этих заморских тварей и заинтриговывала таинственная натура необычных животных.
В определенном смысле Рэнсом Шеффилд тоже был опасен. Его глаза могли внезапно стать из ледяных и равнодушных пламенными и страстными. Он легко мог воздвигнуть между ними невидимую стену отчуждения и тотчас же заключить ее в свои жаркие объятия. Другого такого мужчину она еще никогда не встречала и не допускала даже мысли о том, что они когда-нибудь навеки разлучатся.
Но вот снова заиграл оркестр, и они были вынуждены на время разойтись и занять свои позиции в соответствующих шеренгах, мужской и дамской. Он отвесил ей поклон, она сделала реверанс, и танец начался.
Все его па были хорошо знакомы Корделии еще, в Йоркшире, где иногда тоже устраивались танцевальные вечера. Старшие сестры позволяли близняшкам надевать их праздничные платья, чтобы девочки могли чуточку повеселиться и научиться танцевать. Лорин рано вышла замуж и ходила на вечеринки с мужем. А Джулиан вообще всех переплюнула, уехала в Лондон и там нашла себе мужа. Одна только Мэдлин, самая старшая из всех сестер Эпплгейт, поклялась посвятить себя уходу за больным отцом и стала фактически хозяйкой в их доме. На танцы Мэдди никогда не ходила. И теперь Корделия чувствовала себя виноватой перед ней.
Корделия и Рэнсом шагнули навстречу друг другу, он взял ее за руку, и ее словно бы ударило молнией. Его мощная мужская энергия передалась ей даже сквозь ткань перчатки и растеклась приятным теплом по груди и животу. Выполнив незамысловатую фигуру, они вновь разошлись. У Корделии перехватило дыхание, когда она выпустила его руку и заняла исходную позицию. Внутри у нее все вибрировало. Он действительно был опасным хищником!
Стараясь не смотреть на Рэнсома, Корделия стала убеждать себя в том, что она танцует не со зверем, а с галантным мужчиной, почти ничем не отличающимся от других кавалеров, выстроившихся в ряд напротив прекрасных дам.
Джентльмены и леди снова сошлись, и опять она затрепетала, почувствовав прикосновение его сильных рук. Нет, подумалось ей, это особенный человек, не такой, как все!
