чтобы по-быстрому «освежиться», когда выпитый сок совсем уже «подпер».
«Надо ж было так надуться! И именно в тот момент, когда появилась очень милая и симпатичная девушка, которая станцевала с ним уже два танца!» — подумал Лессент, быстро перебирая ногами.
Нельзя сказать, что девушки его чурались. Нет. Но как-то ему с ними не везло. Как он думал, причиной тому были его рыжие волосы и яркие веснушки, обильно покрывавшие его щеки и нос. И сколько бы он ни заучивал анекдоты, стараясь быть остроумным, сколько ни организовывал бы гулянок и веселых сборищ — ничего не помогало! Все девушки проходили мимо. А от гулянок были одни проблемы. Что это за веселье, да без вина? А вино магам нельзя… Особенно студентам. В результате в университете за ним закрепилась слава весьма легкомысленного и недисциплинированного молодого человека, склонного к нарушениям. Даже был весьма неприятный разговор с ректором, и Лессент пообещал, «что он впредь — ни-ни, и даже в мыслях — никогда!»
Баронет поморщился, вспомнив этот совершенно некстати всплывший в памяти разговор. Не на маскараде же такое вспоминать!
Внезапно сильный рывок вырвал его из воспоминаний.
— Рыжий! Выпить есть?
Принцесса Эриэлла, зажав на его груди в кулаки мантию, притянула баронета к себе.
— Ва-ва-ва, — пролепетал обалдевший Лессент, увидев чуть ли не вплотную прекрасное лицо с огромными зелеными глазами. Левая щека эльфийки была розовее правой.
— Не прикидывайся. У тебя есть.
— Нету! Нету у меня! — испуганно воскликнул Лессент, подаваясь назад.
— Да? — разочарованно отозвалась принцесса, отпуская его. — Нету? Ну что вы за люди такие? Скучные! Выпить даже нет! Пфф!
— Как нет? — обиделся Лессент за всех людей сразу. — Есть!
— Где? — требовательно прозвучало в ответ, и перед его носом оказалась тонкая ручка, повернутая ладонью вверх.
— Здесь нет. Есть в городе. Хотите, я могу показать?
Принцесса на секунду задумалась, наклонив голову к плечу.
— В городе? А что, пошли! — сказала она. — Все равно нас тут никто не любит… Покинем юдоль этой скорби!
И тут Лессент вспомнил про ждущую его девушку!
— Э… э… прошу простить… Ваше высочество… Но я сейчас не могу…
— Как не можешь?! Ты что, хочешь, чтобы я разочаровалась в людях? Хочешь?
Принцесса близко-близко заглянула ему в глаза.
— Н… нет, — ответил баронет, внезапно почувствовав охватившее его волнение, и подумал о том, что наверняка нельзя допустить, чтобы эльфы разочаровались в людях. Ведь не зря же император их так встречает!
— Тогда пошли, — толкнула его рукой в плечо Эриэлла, — трубы горят!
«Опять мне не повезло, — с сожалением подумал о девушке Лессент, разворачиваясь на выход… — да что же это такое!»
Примерно четверть часа спустя, за стенами университета.
— «Шах-тер-ский фо-на-рик», — задрав голову, по слогам прочитала Эриэлла вывеску.
— Госпожа, госпожа, — заволновался стоящий рядом Лессент, — сюда лучше не ходить… Тут гномы…
— Гномы? Ну и что?
— У них тут… несколько… своеобразно… И они не очень любят посторонних… Которые ничего не понимают в горном деле…
— Горном деле? Это я-то ничего не понимаю в горном деле? Да будет тебе известно, что эльфы лучше всех разбираются в горном деле! А ну-ка! Пойдем, зайдем, выпьем! Заодно и выясним, чьи горы круче…
— Мне пить нельзя, — слабым голосом ответил баронет, чувствуя, как от нехорошего предчувствия у него холодеет в животе.
— Сегодня можно! Ты со мной! Если будут приставать, скажешь — налаживал дипломатические отношения с эльфами! Я подтвержу! Пошли!
— Ну… если только так…
— Па-а-ашли!
Эльфийка решительно пихнула в спину неуверенно мнущегося студента.
— Нуте-с, господин ректор, где же ваша гостья? Мы все приехали, чтобы ее увидеть. Итак, где она? Мы ждем!
В недовольном голосе императора слышался легкий сарказм и издевка.
— Прошу меня простить, ваше величество, — развел руками Мотэдиус, делая небольшой поклон, — но между отправкой мною письма и вашим прибытием в университете произошел весьма неприятный инцидент…
— Что за инцидент? Говорите!
— Принцесса Эриэлла получила пощечину и покинула бал… Последний раз ее видели, когда она выбегала из ворот университета…
Мотэдиус глубоко вздохнул и понуро опустил плечи.
— Ничего себе! — с неподдельным изумлением в голосе вскрикнул Хайме, вскидывая брови и оглядывая окружающую его публику так, словно призывая ее в свидетели. — Пощечину?! И кто же тот наглец, посмевший поднять руку на столь высокородную особу?!
— Это сделала… баронесса Терская, ваше величество!
— Терская? Ха! — выдохнул император, вскинув вверх брови. — Ха! Терская! Снова Терская! Где она?! Я хочу ее видеть!
— Ваше императорское величество…
Сбоку, из-за спин присутствующих, показалась Стефания и, выйдя на свободное от людей пространство перед императором, присела в глубоком реверансе.
— А, вот и вы, госпожа Терская! Вот и вы! Становится уже неприятным правилом, что если где-то происходит что-то из рук вон выходящее, то вы в этом участвуете!
В голосе императора звучал неприкрытый сарказм.
— Прошу меня простить, ваше величество…
— Простить? Для начала объяснитесь, сударыня! Что это такое вам вдруг взбрело в голову? Пощечина! Ха!
— Ваше величество… простите меня. Но… но она оскорбила меня! Прилюдно унизила, поцеловав в губы, как… как какую-то фейку!
Властитель империи вытаращил глаза.
— Что? Что она сделала? — не веря ушам своим, переспросил Хайме, поворачивая голову и выставляя вперед правое ухо.
— Поцеловала в губы… при всех… — тихо произнесла Стефания, глядя в пол.
Хайме перевел взгляд на Мотэдиуса. Тот чуть заметно наклонил голову, подтверждая. В зале воцарилась тишина. Все смотрели на императора, ожидая его решения.
— Ну… — начал он, поняв, что молчать дальше нельзя и нужно что-то уже говорить, — вполне возможно, что вы несколько неправильно ее поняли… Возможно, это старинный эльфийский обычай…
— Обычай? — неожиданно громко возмутилась Стефи, перестав смотреть в пол. — Это не обычай, а извращение! Эта эльфийка — гнусная извращенка!
— Думайте, что вы несете, баронесса! — резко отреагировал Хайме, ощущая прямо всей своей спиной стоящих за ней гостей Вечного леса.
