Тщательно приведя себя в порядок и собрав на всякий случай в мешок еще не совсем высохшие вещи, девушка решила позавтракать в гостиничном ресторане. Ей никогда не нравилась гоблинская кухня, но вчера армейский суп и пирожок были ее единственной едой. Сегодня же она не рискнула лишний раз выходить на улицу. А пользоваться защитным амулетом следовало экономно – Дора знала, что резервы древних артефактов не бесконечны. Эту уловку следовало придержать на крайний случай.
К счастью, в гостинице жизнь кипела ключом с раннего утра. В холле уже во всю суетились подавальщики. Выбрав в меню недорогое блюдо под названием «похлебка с мясом и грибами» и заплатив распорядительнице две серебрушки, Дора прошла в один из увитых зеленью «отдельных кабинетов». Похлебка оказалась почти несъедобной: редкие кусочки мяса явственно отдавали тухлятиной, тонко нарезанные овощи обгорели по краям, но были совершенно сырыми в середине, а грибы – невыносимо кислыми.
Дора, давясь и морщась, пыталась впихнуть в себя хоть что-то, чтобы не остаться голодной. Она жалела выброшенные деньги и упрямо продолжала жевать, мрачно глядя в окошко, выходящее в переулок, ведущий к гостинице «Вань, да!». И вдруг замерла, не донеся ложку до рта. В переулке, равнодушно разглядывая навязчивых «путан», стоял эльф. Он повернулся в профиль, и девушка вздрогнула, пролив похлебку на стол. Дора знала этого эльфа. Именно его она видела вчера с Сабуром! Ее нашли! Надо было бежать.
Девушка попыталась взять себя в руки и успокоиться. Ничего страшного еще не произошло. Но, встав из-за стола и направляясь, в свой номер, она услышала жизнерадостный голосок распорядительницы, беседующей с незнакомым гномом:
-Молодая гномка? Да, есть. Приехала вчера, одна, без багажа. Кажется, ушла на завтрак!
Вот он, крайний случай! Дора повернула камень артефакта и метнулась в комнату. Схватив мешок и деньги, она осторожно прикрыла дверь и медленно проскользнула по коридору к выходу из гостиницы. Ни администраторша, ни гном, направлявшийся вдоль холла к ресторану, ее, разумеется, не увидели. Ничего не заметил и эльф. И Дора со всех ног бросилась прочь. Улица привела ее к морю.
Дора любила море. Но ранним осенним утром оно вовсе не казалось теплым и приветливым. Зеленоватые, почти серые волны бились о прибрежные камни, разбрызгивая белую пену. С моря дул холодный пронизывающий ветер, и девушка, плотнее укутавшись в накидку, прошла вдоль берега к нагромождению крупных камней. Укрывшись за скалой, она уселась на плоский камень, укуталась в накидку и в отчаяньи разревелась. Вот тебе и «Лучший мир»!
Долго жалеть себя ей не дали. Неподалеку послышались звонкие мальчишеские голоса:
-А я тебе говорю, это она была! – настаивал один из невидимых собеседников.
-Да не может быть, – возражал другой. – Ее по всему Огдейлу ищут. Уже давно бы поймали. Как можно не заметить гномку, еще и такую толстую!
Слезы мгновенно высохли, и на смену отчаянью пришел гнев. Это что, про нее болтают такие гадости? Дориана насторожилась, прислушиваясь.
-Я ее хорошо запомнил, – продолжал первый мальчишка. – Она у господина Авреля с отцом была. Смешной такой, бородатый. Он у гномов главный. Потому за нее так много платят. Эльф сказал, кто первый увидит, получит пять золотых.
-Нужны тебе эти деньги, – печально ответил второй. – Все равно отберут. Да и врет он всё. Вот если бы она могла помочь…
-Да…. – прозвучал в унисон тяжелый вздох.
Говорили, безусловно, о ней. Дора не выдержала и осторожно выглянула из-за скалы. На камнях устроились двое тощих мальчишек. Чистокровные люди, без всякой примеси гоблинской крови. Старшему, довольно высокому и темноволосому, было не больше двенадцати, младшему, совсем белобрысому, – лет семь-восемь. Даже если она когда-то их видела мельком, сейчас дети казались девушке совершенно незнакомыми. Но они знали судью Авреля, лучшего друга отца! И не хотели ее выдавать. И девушка решилась.
Она вышла из-за скалы и резко нажала на камень артефакта. Мальчишки ее узнали:
-Госпожа Дориана! – пискнул младший, но старший сразу закрыл ему рот ладонью:
-Молчи! – приказал он угрожающим шепотом.
-Кто вы? – тоже шепотом спросила Дориана. – Кто обещал вам деньги? За что?
-Меня зовут Хаск, а его Тиль, – сказал старший мальчишка, протягивая для пожатия руку. Его примеру последовал младший. – А тебя зовут госпожа Дориана. Тебя здесь все ищут. А как ты это сделала? – он явно имел в виду невидимость. Внезапное появление Дорианы должно было показаться мальчишкам настоящим чудом.
-Секрет, – ответила Дориана, торжественно пожала обе протянутые руки и поинтересовалась:
-А откуда вы меня знаете?
-Мы племянники господина Лена, он служит у господина Авреля.– объяснил старший мальчишка
Лен? Дора с трудом припомнила старого гоблина, подававшего гостям чай во время их визита к авалонскому владыке. Так это его племянники! Вот почему у старшего мальчишки гоблинское имя! На вид дети совсем не походили на гоблинов. Братья были не слишком похожи. В стройной фигурке и тонких чертах лица старшего угадывалось что-то эльфийское, младший, светловолосый крепыш с простецкой крестьянской мордашкой, курносый и немного лопоухий, был явно чистокровным человеком.
-Конечно, я знаю Лена, – обрадованно сказала девушка. – Но что вы здесь делаете?
-Давай пойдем к нам, и мы тебе все расскажем! – предложил Хаск.
-А где вы живете? – Дора почувствовала себя почти счастливой. Незнакомые мальчишки, которым она уже почти безоговорочно верила, могли дать ей убежище.
-Здесь неподалеку, – уклончиво ответил Хаск. – Пойдем с нами, сама увидишь. – И он побежал вперед, не оглядываясь.
Дора невольно насторожилась, но последовала за проводником. Тиль пошел рядом с девушкой, вцепившись в ее руку, как в спасительный якорь. Через несколько минут они добрались до цели, и Дориана разочарованно вздохнула. Обещанным укрытием оказалась полуразвалившаяся хижина почти у самого подножия башни пророчеств, рядом с которой теснилось еще несколько подобных развалюх.
У нас есть деньги, сорок золотых, – безрадостно сказал Хаск. – Дело все в том, что мы невзрослые и нездешние. Тиль пошел за едой, у него забрали золотой и чуть не побили за воровство. Мне удалось купить еду, но на обратном пути меня чуть не выследили. Пришлось пробегать весь день, прятаться. Так и живем.
Сорок золотых! Немалые деньги. У самой Доры оставалось едва ли семь монет.
-И в чем же я могу для вас сделать? – поинтересовалась она, устраиваясь на колоченогой табуретке – единственной, имеющейся в лачуге мебели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
