Читаем без скачивания Клич Айсмарка - Стюарт Хилл

— Они и до сих пор служат Айсмарку. Много лет белые ведьмы наблюдают за нашими границами: не забывай, что не все порождения тьмы подчиняются их вампирским величествам. Тут водятся духи и злые феи, и только могущество ведьм не дает им наводнить Айсмарк.

— Слышала, как крестьяне говорили о всяких гоблинах и других ночных тварях. Но если ведьмы так хорошо с ними справляются, то почему те до сих пор крадут младенцев и наводят порчу на скот?

Оскан с досадой посмотрел на нее.

— Хотя армия Айсмарка и сильнейшая в мире, если, конечно, не считать имперской, но твой отец вел беспрерывные войны, чтобы защитить свои границы. Вот и представь, что я спрошу: почему твоя армия не может остановить набеги пиратов на рыбацкие деревни или предотвратить вылазки вампиров? Всякой силе есть предел.

Фиррине пришлось признать его правоту, и она примирительно улыбнулась.

— Ну, тогда надеюсь, что ведьмы знают, как мы им благодарны.

— Не беспокойся. Крестьяне умеют их благодарить. Только благородные господа о них забывают.

— Впредь постараюсь помнить, — серьезно ответила Фиррина.

Остаток пути ехали молча. Перевал уже был ясно виден и зиял впереди, будто разверстая рана. Фиррина вздрогнула, надеясь, что ее солдаты этого не заметили. Они не должны знать, что ей страшно. На самом деле она зря волновалась: солдаты были слишком заняты своими страхами, чтобы обращать внимание на чужие.

Меньше чем через час тропа пошла круто вверх, и, с трудом заставив лошадей одолеть крутой подъем, отряд вышел к перевалу. Слева и справа нависали вершины Волчьих скал, острые и обледенелые, непроницаемо черные на фоне небесной синевы, а впереди ждал зев перевала. Проход был таким широким, что по нему могли проехать в ряд сразу двадцать всадников. Дорога быстро исчезала из виду, прячась за многочисленными утесами и каменными выступами. Хорошее место для засады, подумала Фиррина, но приказала солдатам не прикасаться к оружию. Надо показать, что они явились с миром.

Вервольфы вышли вперед и дружно завыли. Их вой несколько раз эхом отразился от горных склонов. Лошади пугливо шарахнулись и заржали, однако всадники удержали их. Сотня глаз уставилась на перевал. Если жители Призрачных земель замыслили предать людей, то сейчас для этого было самое время. Но Фиррина, догадавшись, что у солдат на уме, пришпорила лошадь и велела трубачам трубить фанфары королевского дома Айсмарка. Возвестив о своем прибытии, королева двинулась дальше.

Уже через несколько метров оставшийся позади зев перевала скрылся из виду. Над ними выросли тесные стены скал. За каждым валуном людям мерещились наблюдатели. По уступам то и дело скатывались мелкие камешки, будто кто-то нечаянно потревожил их. Среди каменных глыб протяжно завыл ветер, словно чтобы заглушить хриплые голоса…

Спустя несколько минут в небе над отрядом появились темные летящие силуэты. Трудно было сказать, насколько они велики, но уж точно больше птиц. Фиррина подозвала капитана-вервольфа и спросила, кто это.

— Вампиры, госпожа, — ответил тот, подтвердив ее опасения. — Вампиры в своем крылатом обличье следят за всем происходящим и сразу докладывают их вампирским величествам.

— Не сомневаюсь, — кивнула королева.

Один из вампиров опустился так низко, что люди увидели его перепончатые крылья и морду летучей мыши. Остальные вампиры черной тучей парили высоко над отрядом.

Несколько солдат доложили, что краем глаза замечали странных созданий, которые перепархивают с одной скалы на другую, но стоит посмотреть на них в упор, как тут же исчезают.

Услышав это, Оскан пожал плечами.

— В Призрачных землях живут призраки. И что в этом удивительного?

На полпути через перевал дорогу им заступил огромный каменный тролль. Сначала всем показалось, будто с утеса впереди сошел небольшой обвал, но люди быстро поняли, что это не так. Фиррина приказала остановиться, однако солдаты тут же обнажили мечи и образовали стену из щитов, и она сердито велела им отставить. Воины неохотно убрали оружие и стали ждать, что будет. Тролль взревел и, подняв над головой огромный валун, шагнул вперед. Но навстречу ему уже шли вервольфы, выстроившись для боя, оскалив клыки и рыча. Чудовище некоторое время тупо таращилось на них крошечными глазами, потом сердито бросило валун на землю и убралось восвояси, слившись со скалой. Капитан вервольфов махнул Фиррине, и отряд продолжил путь.

Остаток пути они прошли быстро и без происшествий, и уже через час впереди показался выход. Из жерла ущелья открывался потрясающий вид на густые сосновые леса и каменистые холмы, простирающиеся до самого туманного горизонта. Хотя стояла зима, до путников донесся приятный хвойный дух, смешиваясь с холодным запахом снега, он бодрил и вселял в сердца надежду, так что люди сразу воспрянули духом.

Но страх снова вернулся, когда они разглядели высеченную в скале сторожевую башню. Высокая и черная, она возвышалась на отвесной стене ущелья. Летающие вампиры делали круг возле башни и садились на зубцы смотровой площадки, как гигантские черные птицы.

И снова отряд вервольфов запрокинул головы и хором завыл, прежде чем пересечь рубежи Призрачных земель. Фиррина дала сигнал трубачам, чтобы тоже возвестить о своем прибытии. Чувствуя, что путешествие подошло к концу, Фиррина пришпорила лошадь и вступила в пределы земли, которой владели злейшие враги Айсмарка.

Глава 15

С тех пор как Оскан и Фиррина отправились в путь, Маггиор Тот большую часть времени занимался тем, что проверял, насколько удобно расселились жители Фростмарриса. Кто-то нашел кров в гиполитанской столице, но вместить целое население большого города в стены маленького было просто невозможно, даже если бы там и не было собственных жителей.

У самых стен Бендиса для беженцев разбили лагерь, и за его сооружением следил лично Маггиор. Он проверял, чтобы улицы были широкими, чтобы было вырыто достаточно отхожих мест, чтобы сразу убрали строительный мусор. На каждом шагу он охал и кряхтел, недовольный работой, хотя его мало кто слушал. Но в душе Маггиор только радовался. Ведь пока они на ровном месте строили и обустраивали новый город, советник пользовался случаем проверить некоторые свои теории, разработанные за годы труда, и был счастлив, что многие идеи подтверждаются на практике.

Ну, правда, не все шло гладко. Во-первых, никто не хотел петь в хорах, которые советник организовал в каждом районе для поддержания коллективного духа в жителях нового поселения. А только он смирился с этим, как между кварталами сама собой возникла футбольная лига. Но потом ученый понял, что в лагере беженцев зародилась нормальная городская жизнь, и только обрадовался, когда вдобавок появились и первые уличные лавки.

Итак, лагерь зажил собственной жизнью, и горожане выбрали среди своих тех, кто будет отвечать за разные стороны этой жизни, и Маггиор оставил пост градостроителя. Какое-то время он занимался тем, что расселял огромное количество людей, стекавшихся в город, чтобы вступить в ополчение. Но потом армия взяла дело в свои руки и добавила к лагерю еще несколько кварталов.

Иногда Маггиор жалел, что не поехал с Фирриной: все-таки его богатый жизненный опыт и хорошее воспитание очень пригодились бы в дипломатической миссии. Но в глубине души он понимал, что не смог бы выдержать тяжелое зимнее путешествие. Он мерз даже в городе, сидя у пылающего очага, так что эта поездка могла стать для него последней. К тому же он придумал, чем занять свою умную голову…

Он сидел в своей комнате за плотно закрытыми ставнями, а на городских улицах завывала снежная буря. Огонь жадно поедал поленца в очаге, на столе стоял кубок вина, а Маггиор приводил в порядок последние заметки. У него на колене удобно свернулась Фибула, и ученый рассеянно поглаживал котенка, продолжая скрипеть пером. Когда война окончится, он надеялся объединить свои записи в большой ученый трактат, посвященный истории Гиполитании. Может, этот труд и не вызовет всеобщего интереса, но, по крайней мере, Маггиору не приходилось сидеть сложа руки, дожидаясь возвращения принцессы из Призрачных земель и весенней оттепели, которая принесет продолжение войны.

Сейчас он ждал дядю Фиррины Олемемнона, чтобы тот помог ему в его изысканиях. Супруг басилисы оказался не только настоящим кладезем знаний, но и прекрасным собеседником. У великана было своеобразное грубоватое чувство юмора, и он иногда городил с невозмутимым видом совершеннейшую околесицу, а Маггиор слушал его спокойный бас и не сразу понимал, что его друг шутит. А еще Олемемнон как супруг басилисы занимал в Гиполитании высочайшее положение, о котором только мог мечтать мужчина. У него была единственная обязанность: возглавить войско, когда пробьет час сразиться с врагами Айсмарка. В остальное время он был совершенно свободен. Где найдешь лучшего компаньона, чтобы вместе переворошить архивы в поисках сведений по истории? Перед ним все двери открыты, ему доступны все документы. Стоило Маггиору упомянуть, что Олемемнон разрешил ему копаться в старых рукописях, как никто больше не смел чинить ему препятствий.