Читаем без скачивания Гаур (СИ) - Николаева Елена

— В три часа ночи? — ошарашенная смотрю на табло электронных часов, стоящих на прикроватной тумбочке и не могу решить, чего мне в этот момент больше хочется: задвинуть кулаком в пах этому кретину или же в бедро, расшитое «крестиком». — Жрать в это время вредно для здоровья! Превратишься в борца сумо. Тебе нужна женская грудь с индюшачьей висюлькой под необъятным пузом?

— Хахааа… Ой, да ладно тебе, малышка. Мне это не грозит. А вот тебе прийдется выбирать: либо ты накормишь меня приличным ужином, чтобы успокоить взвинченные нервы, либо расслабишься с помощью собственных пальчиков.

— Сукин сын! — подхватив близлежащую подушку, запустила в самодовольную рожу. — Предупреждаю — повар из меня так себе! Могу нечаянно отравить.

— Не посмеешь. Влюблённая женщина не может навредить любимому мужчине. Я прав?

— Иди ты на х… хутор бабочек ловить, Гаур! — возмутилась в сердцах, неохотно поднимаясь с кровати.

Глава 17. Долбаный кулинарный шедевр!

Артём.

— В жизни не поверю, что у тебя нет личного повара, — недовольно бормочет Елена, спускаясь вниз по лестнице босиком. Глядя на её прихрамывающую походку, я только сейчас воспроизвожу в памяти картинку с размазанной кровью на подоконнике в ванной. Эмоции затуманили разум, напрочь вытеснив это происшествие из моей головы.

— Она взяла небольшой отпуск, уладить кое-какие домашние хлопоты, — инстинктивно отвечаю, и следом интересуюсь со всей серьёзностью:

— Что с ногой?

— Да так. Ничего особенного. «Ногострадальческая» эпидемия настигла. Проявляется после однократного контакта с вирусом, — съязвила. — Я одолжила у твоей родственницы немного телесного пластыря и капельку спирта.

— На кой черт ты устроила это представление? — завожусь в очередной раз, желая рассмотреть степень повреждения её конечности.

— Это я то устроила? — сойдя с последней ступени, возмутилась, резко обернувшись в мою сторону. Не медля ни секунды, подхватываю её на руки и начинаю жалеть о своём глупом поступке, о том, что не доглядел дурочку, позволив ей травмироваться. Но деваться некуда. Нужно проучить девчонку так, чтобы на всю оставшуюся жизнь запомнила этот урок. И я вместе с ней.

— Совершенно верно! — подтверждаю, сохраняя на лице невозмутимость.

— Ах ты ж… — зашипела в ярости, сжав в кулачках мою густую шевелюру. Осталось только проредить. — Нужно было сразу признаться, что эта девушка — твоя двоюродная сестра! На что ты надеялся, Артём?

— Значит ты всё слышала? И молчала? — м-мда…

— Не всё.

— Ладно, — упускаю этот момент, возвращаясь к нашему разговору о Рите. — Я надеялся… — ухмыляюсь, прищуривая правое око, — думал, ты выцарапаешь ей глаза из-за меня. В порыве ревности выглядишь сногсшибательно-сексуальной, — не сдерживаю грудной смех. — Заводишь мощнее любых вспомогательных средств.

— Надо же? Не знала, что ты в них нуждался? Выходит, благодаря мне, ты повысил свою потенцию в трое больше? Настоящий, дикий бык!

— Благодаря тебе, у меня появится бесплатный повар на несколько дней. Удивишь меня кулинарными шедеврами, детка?

Елена, придав своему лицу хмурое выражение, предупреждающе сверкнула взбешённым взглядом, оттянув мою голову назад. Разбудила в моём животе странный холодок. Её насыщенным зелёным глазам даже кошки позавидуют. Он в состоянии поднять каждый волосок на спине мужчины, окутать таинственностью, заставить сердце замереть, чего со мной давно не случалось. Прежде я не испытывал сильного трепета, глядя на женщину. Такого, чтобы не хотелось её от себя отпускать ни на шаг. Она, будто стала моим вторым дыханием, моим спокойствием, даже если с ней рядом жизнь бушует, как бескрайний океан. Стала моим наваждением…

«Так, Артём! Держать себя в руках! Никакого желания её трахнуть в твоём мозгу возникать не может! Совсем! С этой минуты секс с безумной Багирой воспрещён! Пока девчонка не прекратит совершать глупости одна за другой — не смей даже думать об этом!» — напомнило о себе моё второе «Я».

«Да ну нахрен! Ты хорошо подумал? Не засунешь свою железную логику псу под хвост, как только она красноречиво вильнёт бёдрами у тебя под носом?» — оспариваю самого себя, занося Елену на кухню. — «Может всё-таки расслабишься и пересмотришь установленные правила, глупец? Зачем же так издеваться над организмом?»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Ну уж нет! Вряд ли. Железобетонное решение!»

«Ну тогда и нечего её жалеть! Отпускай, пусть покажет свой мастер-класс».

— Готова сотворить для меня «Чудо»?

— Отпускай на пол, тогда и посмотрим, или ты решил носить меня на руках до окончания готовки?

— Вот ещё! — ставлю Елену рядом с холодильником, — Выбирай. — предоставляю права полноценной хозяйки, сам же направляюсь к кухонному островку, на котором стоит бутылка красного вина с бокалами, корзинка с крекерами и сухариками, блюдце с черешневым джемом, цилиндрической формы обожаемый мною сыр, мягкий как крем и божественный на вкус, хоть и самый вонючий по запаху, и непревзойдённый сыровяленый свиной окорок на подставке. Всё что нужно для утоления голода холостяку. Лицо растягивается в довольной улыбке, в то время, пока любуюсь озадаченной девчонкой, изучающей недельный запас продуктов в огромной холодильной камере. Хахааа… Что же она мне приготовит?

Елена.

«Значит, секса не будет? Ну-ну…» — считывая информацию с содержимого холодильника, перебираю в голове разнообразные варианты блюд легкого приготовления.

«На кой черт я должна заморачиваться, чтобы потешить самолюбие паршивца?! Тем более он уже пристроился возле «островка» и нехило налегает на «Райскую еду» со специфическим запахом, попутно смакуя красное вино.

«Хм… Яичница?»

«Нет, не вариант».

«Тёртая морковка с йогуртом?»

«Вряд ли. Гаур у нас настоящий лесной бык, пусть и рогатый, но не крупный представитель семейства оленевых, так уж точно! Черт! Ему приспичило, а я не желаю падать в грязь лицом. Лучше бы послала его на тот самый орган, которого он меня лишил пару минут назад», — всей своей напряженной позой даю понять, что буря во мне ещё не улеглась и сдаваться я пока не собираюсь.

Втягиваю в себя свежий, арктический воздух, смешанный с запахами разнообразных съестных припасов, загромождающих широкие полки огромной холодильной камеры. Холод как раз необходим остудить не только мою горячую голову, переполненную вереницей идей, но и пылающие от гнева щёки. Охреневший сукин сын решил «омонашиться» после того, как разбудил во мне вулкан бушующей страсти. Сделал дело и умыл руки, черт бы его побрал! Оставил мои плотские желания неудовлетворёнными! Спрашивается: какого лешего он меня разбудил посреди глубокой ночи? Ведь даже ежу понятно, что мой будущий кулинарный шедевр его желудок мало волнует!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Взгляд останавливается на птице. Пялюсь на утку, перебирая варианты её приготовления и тут меня будто молнией прошивает идея фикс. Слишком сумасшедшая идея, которая в состоянии задвинуть его ультиматумы в самую широкую задницу павиана!

— Ты мне не поможешь, Артём? — пытаюсь подключить нахала к процессу. Тянусь вверх, вставая на цыпочки для того, чтобы ему на зло оголить ягодицы, едва прикрытые краем футболки.

«Получи, Адольф Гаурович, гранату, чтобы жизнь малиной не казалась!»

— С удовольствием, — ухмыляется «жертва» целибата.

— Достань с верхней полки утку, пока я соберу нужные ингредиенты.

— Утку? — изумился, подходя ко мне из-за спины. Ею я до сих пор чувствую жгучий, блуждающий взгляд цвета кофе. Особенно жжёт в районе голой задницы и бёдер.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он стоит так близко с обнаженным торсом, чуть склонившись, опаляет затылок учащённым дыханием. Контраст холодного и горячего сводит с ума. Спину охватывает невыносимый жар, накатывающий волнами одна за другой, разбивающимися о позвоночник. Моё тело покрывается острыми мурашками. Покалывает кожу, как если бы её касается раскалённый песок, гонимый в пустыне порывами ветра. Приятное тепло плавно расходится по венам. Дышать становится труднее. Я пытаюсь глубже втягивать прохладу из холодильника, задерживая её ненадолго в себе. Это единственный способ, не позволяющий рассудку окончательно помутится. Мне нужно выстроить свои бастионы, ну кровь из носу, а его разрушить в пух и прах!