Читаем без скачивания Доказательство любви - Кортни Милан

Единственная проблема заключалась в том, что она будет скомпрометирована не тем мужчиной.

Глава 10

Церковные колокола едва пробили половину восьмого, когда раздался стук в дверь. Дженни задержалась на минуту около двери, раздумывая, стоит ли ее открывать. Следующий сеанс был назначен на завтрашнее утро, а она еще не решила, как вести себя с клиентами. Теперь, когда она отправила в камин все лживые мистические тряпки из своей комнаты, приобретшей строгий и деловой вид, что она могла сказать?

Ей следовало что-то придумать.

Дженни приоткрыла дверь. Однако на пороге стоял совсем не ее клиент.

– Послушайте, – быстро произнес лорд Блейкли. – Я знаю, вы намереваетесь захлопнуть дверь прямо перед моим носом. Пожалуйста, не делайте этого.

Дженни глотнула свежего вечернего воздуха. Наряд лорда Блейкли выглядел еще более небрежно, чем обычно. Свой галстук он сжимал в кулаке, а жилет оставил незастегнутым. Его волосы растрепались на ветру. Лучи заходящего солнца осветили лихорадочный блеск его глаз. От него волнами исходило мужское обаяние, он казался чертовски соблазнительным, и Дженни невольно мысленно ощутила грубое прикосновение его губ.

Воспоминания всколыхнули ее. Даже воздух вокруг него был пропитан неким напряжением. Находясь от него всего в двух футах [10], она явственно ощутила едва уловимый запах его одеколона, почувствовала жар, исходящий от его тела. Иллюзия, порожденная, скорее всего, ее жаждущим, истомившимся сердцем.

Но Дженни также вспомнила и холодное неуважение, которое он выказал ей во время их последней встречи.

– У вас одно предложение, чтобы объяснить, почему я должна вас выслушать.

Он согласился с этим с гораздо большей учтивостью, чем Дженни могла от него ожидать.

– Справедливо. – Лорд Блейкли поднял глаза к небу, его губы зашевелились, а глаза сузились. Он застыл в позе напряженного раздумья, словно подыскивая аргументы, которые бы изменили ее настроение.

Поцелуй – настоящий, нежный, совсем не похожий на ту грубую похоть, с которой он накинулся на нее в последний раз, мог спасти положение. В конечном итоге он покачал головой.

– Мне приходит на ум только ложь, – со вздохом признался он. – Правда, вы должны бы закрыть дверь. Я бы на вашем месте так и поступил.

Дженни повернула ручку.

– Я чувствую себя потрясающе щедрой сегодня вечером, милорд.

Он облегченно выдохнул и вошел в дом.

– У вас три предложения.

Сперва ей показалось, что застывшее выражение его глаз является предупреждением ей не высказывать неподобающих шуток. Однако случилось чудо, и он улыбнулся. Это была маленькая улыбка, немного неловкая, будто его лицо совсем не привыкло к подобным упражнениям. Но она была настоящей. И на этот раз он не сделал попытку скрыть это выражение за холодным презрением. Лорд Блейкли не стал отворачиваться от нее. Он выглядел не совсем как далекий греческий бог, а скорее как потрясающе симпатичный и очень даже близкий смертный.

У Дженни перехватило дыхание.

Это было так похоже на него. Лорду Блейкли не понадобилось ни одного предложения вообще.

Однако он все же попытался.

Блейкли стоял, опустив взгляд и смущенно перебирая пальцами пуговицы своего фрака.

– Я… – начал он и стремительно выпалил заготовленную речь: – Я приношу глубочайшие извинения за свое поведение той ночью. Я вел себя неподобающе. Ваша пощечина – лишь малая доля того, что я заслужил.

Дженни ожидала все, что угодно, но не это. Она удивленно открыла рот.

– А с какой стати вы передо мной извиняетесь? Я полагала, мои чувства ниже вашего рассмотрения.

– Я извиняюсь перед вами не для того, чтобы уважить ваши чувства. – Эта ледяная сентенция более напоминала прежнего лорда Блейкли. – Я извиняюсь перед вами потому, что я, черт возьми, задолжал вам извинение. – Он кивнул, будто бы это все объясняло.

– Лорд Блейкли, – спросила Дженни, – а вы вообще представляете себе, как выглядит извинение?

Блейкли надменно поднял бровь.

– У меня есть некоторые представления об этой концепции, – заявил он своим самым холодным тоном. А потом испортил всю свою гордую и выверенную сентенцию, добавив: – Я спросил Уайта.

Дженни недоверчиво вытянула голову:

– Кого?

– Моего поверенного. – Он скрестил руки на груди, будто стремясь защитить себя от ее насмешки. – Я не жду ничего в ответ.

Однако его взгляд, прикованный к ее губам, свидетельствовал об обратном.

– Помимо всего прочего, я должен встретиться с Недом ровно в восемь, и я не могу задерживаться. Я просто хотел сказать вам это. – Он отвел глаза в сторону. – Теперь я должен…

Этот взгляд, подумала Дженни, ее погубит.

– У вас есть еще пять минут? – услышала она свой голос. – Я только что поставила чайник. – Дженни едва не прикусила язык. Чай – это обычно, буднично, смертно. Никому не пришло бы в голову пригласить маркиза Блейкли на чашку чая.

Он взглянул на нее с очевидной опаской. А потом, о чудо, кивнул.

Минуту спустя лорд Блейкли уже сидел за столом в ее маленькой комнате, а перед ним стояла глиняная чашка с чаем. Едва войдя в дом, он задумчиво обвел взглядом лишенную магического антуража переднюю, ветхий деревянный столик, освободившийся от тяжелых черных драпировок. Однако он не задал Дженни ни одного вопроса. И когда она провела его по узкому коридору на свою жилую половину, он даже не поморщил носа при виде тесноты ее более чем скромного жилища. Он уселся на расшатанный стул за стол, который служил Дженни обеденным. Лорд Блейкли тихо дожидался, пока она приготовит заварку. После того как Дженни разлила чай, он взял в руки чашку и принялся внимательно ее рассматривать. Ей казалось, что он мысленно подсчитывает каждую щербинку и неровность глиняной посудины.

– У меня нет сахара, чтобы предложить вам, – наконец нарушила она тишину.

– Сахар. – Ноздри лорда Блейкли расширились. – Мне не нужен сахар, – отметил он презрительным голосом.

Примерно с таким отвращением на лице, подумала Дженни, кровавый пират произносит: «Мне не нужны пленники».

Лорд Блейкли действительно не брал пленников. Вместо последних он сделал осторожный глоток чая.

– Уайт, – произнес он довольно сухо, – сказал, что приносимые женщине извинения должны, как минимум, сопровождаться цветами. Он также предупредил меня, что вы можете спросить, за что я прошу прощения, и что у меня не будет хорошего ответа на этот вопрос. – Он быстро взглянул на нее и опять принялся за изучение глиняной чашки. – Уайт очень компетентен. Мне странно обнаружить, что он бывает не во всем прав.