class="p">Глава 15
Я сидел на диване, смотрел на умиротворённо спящих сестёр и в памяти вставали воспоминания о прошедших неделях. Национальное самосознание поляков ещё до моего появления было сформировано и готово к мысли их превосходства над другими странами, так что статьи и репортажи просто легли на давно удобренную почву и дали невиданные всходы. Я сам не ожидал, что можно было пусть и стандартными политтехнологическими средствами из методички так взбудоражить народ утопичными идеями и неосуществимыми планами. Ну правда, на что они рассчитывали, серьёзно думая над тем, что Германия будет выплачивать им репарации, а Российская империя вернёт земли? Тем не менее проплаченные люди заставили не только народ, но и затем правительство воодушевится придуманными мной идеями, и реально об этом говорить, а главное требовать, выходя на улицы городов. А уж когда мы с помощью подставных людей наняли ультраправые группировки, чтобы они нападали на иностранцев, то всё закрутилось с такой скоростью, что вскоре разразилась война. Германия и Франция захотели приструнить обнаглевших поляков. Россия, которая не хотела воевать, просто втянули в неё, поскольку вскоре оказалось, что к этим трём странам, кроме Польши, есть претензии у ещё трёх других, и так внезапно половина Европы оказалась втянута в эту войну.
Когда мне пришло осознание произошедшего факта, я понял, какой отличный шанс это мне даёт, чтобы закрепиться на новом для себя месте. Я тут же отправил финансистов Коичи в Европу, чтобы они узнавали, что интересного можно там купить пока на полях сражений льётся кровь. Хотя если честно, деньги на счетах фондов, с той скоростью с которой я их тратил, скоро обещали показать дно, ведь зарабатывала пока малая часть активов, все же деньги полученные в результате аферы с муравьиными фермами неумолимо заканчивались. Огромные траты не покрывались текущим производством продукции. Всё было вложено в развитие и будущие прибыли, так что я решил ускорить план отъёма золота у Рода Воронцовых и потому сам занялся этим вопросом, благо у Кёкэ-сана уже были наработки по этой теме.
Мы стали действовать проще, с помощью Ника и французов стали похищать людей из этого рода и пускать их на энергию по методу Иеясу Токугавы, где я получал их знания и воспоминания, а алтарь энергию. Так что не удивительно, что вскоре мне удалось найти зацепку на то, где может находиться огромная сокровищница без входа с поверхности, а также людей, которые точно могли о ней знать. Никакой удачи в этом не было, только долгая и кропотливая работа по поиску нужных людей наконец позволила получить мне координаты и этой же ночью, собрав людей Диего мы туда наведались, вытащив всё до единого слитка. Добыча была крайне приятной, особенно тогда, когда я часть золота положил на счета в арабских банках, а часть продал и пополнил стремительно пустеющие личные фонды корпорации «Arasaka».
Род Воронцовых, когда обнаружил пропажу почти сорока процентов своих активов, остальные были вложены в ценные бумаги и различные акции, тут же объявил награду за любую информацию о похитителях. Мы сыграли на этом и вскоре сам князь Воронцов оказался у нас в гостях. Он был к моему большому сожалению не Бессмертным, я сильно хотел над таким типом Абсолютов провести исследования, но Абсолютом третьей ступени возвышения, что доказал тем, что убил двадцать наших Абсолютов и почти полтысячи наёмников разной степени одарённости, которые пытались его взять живым. Только невероятными совместными усилиями французов и сестёр, это получилось, так что я теперь весьма хорошо представлял себе возможности Абсолютов уже находящихся в стадиях возвышения. Особенно это охладило голову по отношению к Джине, которая находилась со мной каждый день рядом.
Но если вернуться к князю, то большая численность и слаженность наших Абсолютов, которые хоть по отдельности и уступали ему в силе, но в совокупности смогли пробить его доспех духа и обездвижить. Предприняв все меры предосторожности, чтобы он не освободился, Воронцов сначала целую неделю чувствовал на себе гостеприимство сестёр, которые выместили на нём все свои детские обиды и травмы, а затем обрубком едва шевелящейся плоти попал на алтарь ко мне, где я получил от него настолько огромное количество данных, что был вынужден на несколько дней запереться у себя в кабинете и раскладывать в голове по полочкам всё то, что узнал. Вскрылось много ранее неизвестных мне грязных подробностей императорской семьи, все эти убийства, наполнение алтаря, а также количество Бессмертных и сильных Абсолютов в Российской империи. Особой ценностью были данные о нахождении алтаря русских и поляков. Русских шпионов в Польше было очень много, поэтому князь не видел смысла в его покупке, когда предмет можно было просто выкрасть. Осознав, что мне попало в руки, я тут же созвонился с Диего и Кёкэ-саном и мы даже не стали корректировать план покинувшего этот мир князя Воронцова, просто исполнили его вместо него. Разумеется, они, как и прошлый раз не знали, что конкретно мы забираем, Ник отправил алтарь в надёжное место, которое я оборудовал для хранения таких ценных вещей.
Кража же русского алтаря прошла ещё проще. Чета французов и сестёр-близняшек проникла ночью вместе с Ником в подземное убежище и перебив не ожидающую нападение охрану, похитили второй камень. Здесь я даже не привлекал наёмников, поскольку сопротивления не ожидалось. Князь часто исчезал по собственным делам, так что его пока не хватились и точно не думали, что будет атака на подземный бункер, находящийся под озером, поскольку о его существовании знали всего несколько людей в стране. Все следующие дни, пока в Российской империи всё стояло на дыбах от этой кражи, я занимался тем, что выводил активны Рода Воронцовых из тех банков и фондов, к каким смог получить доступ и пусть их оказалось меньше, чем украденный ранее золотой запас, но зато это позволило получить весьма интересные портфели акций в российских и европейских предприятиях.
Вспомнив лицо Джины, когда она появилась у меня в квартире после того, как всё случилось и попыталась окольными путями после долгого и страстного секса выяснить, не я ли замешан в похищении алтарей, то на моём лице расплылась улыбка. Её бессилие что-то сделать по отношению ко мне и мои клятвенные и максимально искренние заверения её в том, что почему она вообще думает, что простой русский парень, вообще может быть причастен к таким высоким играм, были бесценны. Я ощущал, что она чувствует на самом деле в глубине души: злость, разочарование и желание меня убить, но на деле вынуждена
