Читаем без скачивания Остроги. Пси-Войны - Алекс Шакилов

И в этой бесконечности образов и ощущений Данила увидел себя, лежащего на земле. А рядом — Маришу, Равиля и Ашота, стрелявших в зомборысь, которая уже слезла с него и, смертельно раненная, кинулась на людей, мечтая о том, чтобы убить их, убить хоть кого-нибудь или просто укусить… Всё, уже ни о чём не мечтая.

А потом мир потерял свою ослепительную, волшебную многомерность. И это было… было… словно Даниле враз ампутировали руки и ноги, выкололи глаза, отрезали язык и уши. Если бы он знал, что такое «сенсорный голод», то понял бы, что именно он сейчас испытывает. Хотелось кричать от страха, визжать от боли утраты, переполнявшей его. Вот-вот череп не выдержит — лопнет, расплескав содержимое по сосновым иглам. Ну и пусть, зато муки Дана закончатся.

— Брат, ты жив?! Ты жив, брат?!

— Отойди. Не мешай.

— Брат?!

— Не мешай.

— Эй, толстый, отвали уже от Равиля, чего ты под ногами путаешься?!

— Что с ним?! Брат, как ты?! Ответь, брат!..

— Контакт со слизнем был весьма непродолжительным. Вероятность, что он выживет велика, но…

— Что значит «но»?! Брат, ты меня слышишь?! Кивни, если слышишь…

— Но при этом велика вероятность того, что он станет умственно неполноценным. И это плохо. Я должен был привезти его в Москву абсолютно здоровым, я…

— Да кому какое дело, что ты должен?! Даня, брат, этот вольник, урод этот, говорит, что ты идиот теперь. Брат, ответь мне что-нибудь!..

А потом кто-то выключил звук.

И настало ничто.

Словно издеваясь над чистильщиками, катер дрейфовал по течению невдалеке от берега. Тут вплавь добрался бы младенец, впервые увидевший воду, — если б не сомы. И кто знает, какие ещё речных тварей могли облюбовать слизни. Щук? Бобров? Цапель? Гурбану не хотелось об этом думать, и так положение безвыходное. Ну, почти. Пока Ксю не сказала последнего слова насчёт реанимации движка, надежда ещё есть.

Точнее — уже нет.

— Пациент скорее мёртв, чем жив. — Блондинка развела испачканными маслом руками. — Я сделала всё, что могла.

— Мёртв… Угу… Это точно?

— Как дважды два четыре.

— Не знал, что ты в школе учила высшую математику.

— Когда я родилась, школ уже не было.

Вот и поговорили. Но главный вопрос повестки дня так и остался открытым: что делать?

Как попасть не берег, не потеряв людей? В идеале — ещё и сохранив технику, без которой дальнейшее преследование невозможно?

Так ничего и не придумав, Гурбан присоединился к боевым товарищам на корме. Он готов был рассмотреть любое предложение.

Доктор как раз беседовал с Маевским, меняя тому повязку на ноге.

— Кстати, кто оказал первую помощь? — спросил Доктор.

— Я! — заулыбался Фаза, ожидая комплиментов.

Но Доктор лишь покачал головой и сцедил что-то о коновалах и намерениях, которыми устлана дорога в ад. И не дорога даже, а автобан.

— Доктор, хорош бурчать, — перебил его Гурбан. — Парни, есть соображения насчёт того, как нам попасть на сушу?

Бек пожал плечами:

— У нас тут не Америка, водопадов нет. Хоть этого опасаться не надо.

— Колян, ты нас всех успокоил. Ещё мысли есть?

Тишина в ответ.

Река как раз делала очередной изгиб, возвращаясь почти что туда, откуда чистильщики начали переправу, только несколькими километрами дальше вглубь Территорий.

— Ты, командир, как хочешь, — вновь заговорил Бек, — а я бы ничего не делал. Река — хорошо. Мы сами из воды, говорят. Почти полностью, на эти… на проценты, на много их. Значит, река наш друг. Подруга, то есть. Она поможет, я знаю.

Гурбан хотел было ответить насчёт того, где он видел таких подруг, что натравливают на людей сомов, но не успел — Ксю крикнула, показывая вниз по течению:

— Смотрите!

Все обернулись. Прямо по курсу выпирал над водой причал, и не такой хлипкий, как тот, с которого чистильщики отплыли, а добротный, на бетонных сваях, способных простоять ещё лет двести. А настил, там был железный, не успевший ещё насквозь проржаветь.

— Что за хрень?… — удивился Гурбан.

А Бек расплылся в довольной улыбке:

— Я ж говорил, эти… проценты, много. Река нам помогла!

— Причал — это наш шанс. Нужно найти верёвку! — велел Гурбан. — На катере есть верёвка! Я где-то видел!

Все засуетились, выполняя распоряжение командира. Но судно слишком быстро оказалось напротив причала — и минуты не прошло. И его несло дальше по реке!

Удача выскальзывала из рук.

— Верёвку! Кто-нибудь! — Командир чистильщиков сжал кулаки.

— Нашла! — крикнула Ксю. — Есть верёвка! Целая бухта рядом с телом рыбака! Ничего, что в крови?

В первый момент Гурбану показалось, что она издевается. Но, связывая петлю, он понял, что Ксю ничуть не шутит. Блондинка всё-таки.

Дрожащими пальцами — расстояние между катером и причалом увеличивалось с каждым мигом! — Гурбан закрепил второй конец бухты на крюке, приваренном к борту. Хороший канат, сплетённый из синтетических волокон, практически неподвластных времени… Взглядом командир прикипел к обломку трубе, торчавшему на краю причала. Флагшток когда-то был. Молния в него, что ли, попала?

Хекнув, Гурбан швырнул верёвку, рассчитывая накинуть петлю на трубу. Но он не был ковбоем, индейцем тоже не был, и потому чуда не случилось — синтетический канат соскользнул по ржавым листам причала в воду.

Гурбан зарычал. Ксю, стоявшая рядом, в страхе отпрянула. Катер относило всё дальше и дальше. Для второй попытки времени уже не было, но командир не собирался сдаваться. В несколько рывков он подтянул аркан и уже собрался бросить его вновь, точно зная, что всё напрасно, когда на плечо ему положил руку Бек:

— Погоди, командир!

— Отвали! Нет времени!

— Дай мне, командир. — Пальцы впились в плечо.

И Гурбан доверился Коляну. Ведь среди предков Бека числились кочевники, умевшие на скаку набрасывать петли на головы лошадям и коровам, когда те ещё были безопасными домашними животными.

— На!

К удивлению командира Бек даже не попытался кинуть аркан. Он привязал канат к лому и, прежде чем Гурбан успел помешать, размахнулся и метнул его.

Лом, описав пологую дугу и протянув за собой канат, со звоном ударил в настил причала.

И продырявил его.

И застрял в нём!

В тот же миг канат натянулся, выбрав последние сантиметры провисания. Если б Бек чуть позже кинул лом — попросту не хватило бы длины каната, лом не долетел бы до причала.

Сместившись по течению относительно лома в настиле, катер застыл на месте.

— Бек, ты просто красавчик! — Ксю звонко чмокнула полукровку в щёку.

Тот от удовольствия даже глаза свои раскосые закрыл. Его киргизские предки могли бы им гордиться. Отличный бросок, правильное решение!

Фаза хлопнул Бека по плечу. Доктор заявил, что не перевелись ещё богатыри на Руси. А Гурбан лишь хмуро зыркнул на причал, который хоть и не стал дальше, но и не приблизился.

Сейчас катер был похож на крючок, привязанный леской-канатом к удилищу-лому. А на крючке наживка — чистильщики. Аналогия не понравилась командиру. Рыбалка — это, конечно, отлично, но не в данном случае.

— Навались! — Гурбан первым вцепился в канат и потянул его на себя. Показалось, или катер действительно чуточку сдвинулся?

К Гурбану присоединился Фаза.

— Чего стоите?! — рявкнул он на остальных. — На берег что, совсем не хочется?!

— Раз-два-взяли! — скомандовал Гурбан, и на этот раз ему не показалось — расстояние между катером и причалом начало медленно сокращаться.

Гурбан всё боялся, что канат не выдержит, лопнет. Или лом выдернется из настила, или ещё что…

— Есть контакт! — Бек первым покинул борт, и умело, будто только этим всегда и занимался, закрепил конец. Потом выдернул из настила свой лом.

Началась разгрузка. О том, где чистильщики оказались, и что им предстоит, они как-то не думали. До того ли? Вот именно, не до жиру, быть бы живу.

Багровый от напряжения Фаза вытолкал на причал «Поларис Рейнджер». Ну и всё, шабаш, квадроцикл встал рядом с двумя «Эндуро». У помогавших великану Гурбана и Маевского едва пупки не развязались — четырёхколёсный «конь» было нереально тяжёлым. Поначалу Гурбан хотел приспособить к работе Бека, Ксю и Доктора, но здраво рассудил, что Доктор пока что не совсем с головой дружит, Ксю — девушка, толку никакого, а от Бека с его ушибленными рёбрами пользы будет больше, если его назначить наблюдателем.

— Чего там, Бек? Нормалёк?

— Да вроде порядок.

И как сглазил Колян.

Что-то мощное ударило по катеру снизу, подбросив его над водой на полметра, не меньше. Ксю вскрикнула и зажала рот рукой. Мужчины застыли с перекошенными лицами.

— Что это?… — прошептал Фаза.

Уж от него-то Гурбан подобного малодушия не ожидал. Любому в отряде можно поймать бледного, но только не великану. Слишком большой он. Да чего там, Фаза ударом по лбу слона свалит, верняк. Так хрястнет, что бивни отпадут.