— Но… он… — при упоминании о спящем брате старший ястреб невольно притих и попытался объяснить, что ничего Лирсу не сделается, тэрхи чужих не подпустят. Но снова не успел.
— Вот от тебя я такого никак не ожидала! Оставь с ним Даренса и иди со мной, — Веся обернулась к приказчику и смерила его сердитым взглядом. — А ты чего застыл? Веди.
И он повел, безошибочно определив смелую девицу в маске клана Куниц в число тех посетителей, перед кем никогда не стоит закрывать дверей. До сих пор он не видел ни одного мужчины, кто бы так свободно командовал давно знакомыми ему воинами из отряда Дикого Ястреба, а о женщинах даже разговора не шло.
У дверей в расположенную на втором этаже комнату полулежал на широкой скамье с резной спинкой крепкий наемник, поигрывающий от скуки кинжалом, но он и не подумал встать, завидев идущую к дверям девушку и следовавшего за ней по пятам рослого ястреба. Только бровь изумлённо приподнял, да буркнул еле слышно, что, видать, дельце будет горячим, раз ястребы помирились с куницами. Раньше-то они даже в одной деревне старались не останавливаться, не то чтобы в одном отряде сражаться.
— Жив, Шангор? — войдя в комнату, осведомилась куница. Свободолюбивый воевода был одним из тех людей, кто всех знает и, в свою очередь, известен многим.
— Кого я вижу! — расцвел хитрой улыбкой мужчина средних лет и лишь чуть выше среднего роста, но с широченными плечами молотобойца и «умной» залысиной среди рыжеватых кудрей. — Весеника, цветочек колюченький! Чем ты здесь занимаешься?
— Жду объяснений. — Весе вдруг пришло в голову, что воевода именно тот человек, который может помочь ей в непростом деле выбора судьбы.
Нужно только показать ему, как для нее это важно, и намекнуть, что именно не устраивает куницу в создавшейся обстановке. Девушка спокойно подсела к столу, подвинула к себе кувшин, понюхала и удовлетворённо кивнула, березовый сок, Шангор и сам не пьет ничего крепче, собираясь на дело, и другим не позволяет.
— Её Рыж сюда привел, — тихо и расстроенно объяснил Ранзел вопросительно взглянувшему на брата командиру.
— Это тебе, Ран, — налив в кружку сока, княжна старательно накапала туда зелья из подаренного флакона и протянула ястребу. — Пей, не бойся.
— Мне не нужно!
— Дай руку Ансерту, пусть посчитает твой пульс, — куница метнула сердитый взгляд в алхимика. — Потом у меня. И честно скажет, кому нужнее зелье. Кстати, Анс! Вот твой флакон, выпей сам порцию и не подходи ко мне с ним больше… Я не настолько милосердна и терпелива.
— Фюйть! — весело присвистнул воевода. — Ну и разозлили вы Колючку! Давненько я не видал, чтоб она так ярилась! Веся, чего они тебе сделали?
— Пытаются сделать из меня ястребицу! — мрачно рыкнула наконец-то нашедшая правильное определение княжна. — Представь, Шангор, все эти ястребы — мои женихи!
— Не могу… — оглядев нахмурившихся парней, хитро заявил воевода. — Тебе столько не положено! Выбирай одного!
— Если бы я могла! — Веся старалась говорить с горечью и отчаянием, радуясь в душе, что Шангор пока мыслит в правильном направлении. — Но я ведь понимаю, что от выбора мужа зависит вся моя жизнь! А я княжна! Меня приучили думать о делах клана и лечить соратников и сородичей, убивать врагов и защищать обиженных! А если жених не желает сейчас этого понять, он же потом запрет меня в башне, будет приносить добычу и ждать, что я стану вышивать ему походные куртки!
— Ты не умеешь вышивать куртки? — притворно опечалился воевода, пряча лукавый блеск глаз.
— Умею. Но людей я исцеляю гораздо лучше… и считаю это более важным делом. А ещё я не смогу усидеть в башне, если узнаю, что где-то мои друзья отбивают у налетчиков обоз с пленными. А они не желают этого понимать! Вот и сейчас, молча улизнули сюда… и хотят, чтобы я их после этого выбирала! — Веся рассерженно фыркнула, глянула в хитрые глаза Шангора и требовательно спросила: — Так зачем ты собираешь отряд? И почему на этом берегу?
— Вот теперь я тебя узнаю… а женихи… сколько у тебя времени на выбор?
— Три месяца.
— Это же чудненько! Мне как раз не хватает такой целительницы, как ты! Ну и Дикий Ястреб с отрядом не помешает, само собой!
— Шангор… — Веся отлично понимала, что это было бы просто прекрасно, но понемногу остывая, начинала подозревать, что Илстрем никогда ей такого не простит. Слишком долго он шёл к этому, слишком трудно пересиливал свою обиду и гордость. — Я должна подумать и посоветоваться… вот с ними.
— У нас есть три-четыре дня, — кивнул воевода серьезно, стараясь не смотреть на примолкших и словно закаменевших ястребов. — Советуйтесь. А пока скажу одно… птичка принесла на хвосте, что степняки в этом году решились напасть на земли ястребов, едва подсохнет земля. И тоже ждут ледохода, чтоб вепри и куницы не смогли прийти на помощь. Агедирс мне на письмо ответил, что это невозможно, но дополнительные отряды воинов на заставы отправил. А вы все знаете, если злодеи пойдут ордой, то эти защитники обречены… пока подойдет помощь с запада и из-за Ругора, от застав останется лишь пепел.
— А княгине ты писал? — разволновалась куница.
— Да, и утром получил ответ, что Радмир соберет отряды раньше и отправит на границу, а несколько постарается перевести через Ругор. А ещё он написал, будто у вас уже разбит первый отряд степняков. Ты ничего об этом не знаешь?
— Всё знаю, и они тоже. Это мы на них наткнулись. Пусть тебе Ансерт расскажет. Ранзел, мне кажется, нужно принести сюда Лирса, если мы его не разбудим, он обидится.
Глава девятнадцатая
Во двор главы Скалбрега отряд въезжал через полтора часа, и ястребы успели за это время обсудить с воеводой с десяток волнующих всех вопросов. Ни слова никто не сказал лишь о его предложении вступить в собирающееся войско, и сам Шангор тоже не напоминал.
Помалкивала и Веся, но не думать об этом не могла. Раз за разом представляла, какие слова скажет князь сыновьям, а какие — ей самой, если они отправятся в поход без его разрешения. И понимала, что всем может быть очень несладко… И хотя она попытается вытерпеть любое обращение, но это не пойдет на пользу её будущему. В конце концов княжна решила, что стоит забыть об этой идее хотя бы на ту пару дней, пока они добираются до Ставина.
— Наконец-то! — судя по приветствию стоявшего на крыльце каменного дома добротно одетого мужчины, Весиных женихов ждали немного раньше.
Однако что-либо объяснять или оправдываться Берест не стал, он вообще пропустил эти слова мимо ушей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
