— Княжна Весеника по моему совету его уже упаковала, — мгновенно ответил за брата Ансерт. — А вот браслет она пока не взяла ни у кого, как ты понимаешь, между нами не так-то просто выбрать.
Последние слова он произнёс шутливо, но Алмерину эта шутка не обманула.
— Но как же так? Она ведь едет с вами несколько дней, так же не положено! — Женщина смотрела на гостью едва ли не с ужасом.
Куница прикусила губу, чувствуя, что ещё немного и расхохочется… или выскажет этой накрахмаленной курице всё, что про нее думает. А потом выскочит из дома и свистнет Рыжа…
— Алмерина, ты на что это намекаешь? — снова вскипел Лирсет, но командир уже поднялся из-за стола.
— Извините, но нам пора.
Переодеться Весенике позволили в соседней со столовой комнате, и девушка сдёрнула юбку и блузку с такой скоростью, с какой не снимала их ни разу. И лишь натянув рубаху и куртку и затянув на талии пояс, куница почувствовала себя счастливой. И неважно, что она вполне могла бы сжевать ещё не один пирожок. Зато теперь девушка имела право с полной уверенностью заявить, что жить так, как живет эта Алмерина, она не захочет никогда.
Глава двадцатая
Выезжали из двора Сидвера ястребы деловито, с видом опаздывающих на важную встречу людей, и первые десять минут ехали по городу очень торопливо. А добравшись до небольшой рыночной площади, на которой уже горел ночной фонарь и закрывались последние лавки, внезапно свернули в угол, где по утрам ставили телеги торговцы живым товаром и окружили Весенику тесным кольцом.
— Ну и как тебе понравилось гостеприимство Алмерины, куница? — осведомился Ансерт, и в его голосе Весе послышалось ехидство. И потому она ответила, не задумываясь ни на секунду:
— Так же, как и вам.
Хотя ей очень хотелось сказать, что совершенно не понравилось и что пора им решать, пойдут они в отряд Шангора или нет. А если не пойдут сами, то пусть отпустят её, она может дать честное слово, что вернется… просто постепенно приучит себя к этой необходимости.
— А ты представила себя на её месте? — пробасил Ранзел.
— А ты меня там представил? — живо заинтересовалась Весеника и тотчас задумалась, а чего это они снова затеяли?! — Но не пойму я, к чему вы клоните?!
— К тому, что зря ты на нас обижалась, — сердито фыркнул Даренс. — Я хотя и был против того, чтоб тебя отпускать, но и сам вижу, в Сером гнезде тебе будет тошно.
— Спасибо, — осторожно поблагодарила княжна, начиная понимать, что во время обеда все они думали об одном и том же. — Но я обижалась не на вас. А на дядю. И к тому же мне не кажется, будто все женщины в Сером гнезде такие зануды, как эта Алмерина. Я ведь бывала в ваших селах. И в трактирах, и в домах людей клана… и точно знаю, женщины ястребов мало чем отличаются от наших. Вот разве оружие в руки пореже берут, да суп по-другому варят.
— То есть ты готова и дальше ехать с нами и безропотно терпеть все правила, каким тебя заставят следовать? — ровно спросил Берест, и в его голосе ясно звучала горькая усталость.
— А у вас появились какие-то замыслы? — не пожелала Веся отвечать на этот каверзный вопрос.
— Да. Вон видишь переулок? Если свернуть направо, можно выехать на улочку, которая ведёт к восточным воротам. Тэрха можно привязать… или отпустить, до Шангора ты доберешься, а он сумеет тебя спрятать на три дня.
Вот оно как! — вспыхнуло в мозгу Веси понимание. — Он не поверил, будто она до конца осознает, на что пошла, согласившись ехать в их замок! И решил, что девчонка просто обиделась! Да ведь и верно, любой невесте было бы обидно, если б её бросили посреди дороги сразу пятеро красивых, сильных и знатных женихов! Только не ей… она думает иначе.
И неважно, что от предложения ястреба на сердце сразу стало тепло, как от весеннего солнышка! А стоило кунице представить, что она снова свободна, не должна никого выбирать и не зависит ни от каких обещаний, у нее в душе и цветочки расцвели. Ну а от надежды, что не придется жить в окружении мрачноватых каменных домов Серого гнезда, ходить в пышных юбках и чинно, как больная, сидеть за столом, пока мальчишка-подавальщик накладывает на тарелку еду, и вовсе сладкие ягодки созрели!
Но одновременно окончательно сложилось понимание, ради чего так нужна Илстрему сноха-куница. А с ним и твёрдое убеждение, что, случись ей послушать княжичей и сбежать, князь ястребов немедленно потребует у её отца ответа. И тот так же спешно отправит другую невесту вместо сбежавшей, лишь бы не терять с таким трудом восстановленный мир. И возможно, это будет даже не Мариля, а Ледяника, обладающая редким даром за несколько дней предсказывать зимние долгие метели и весенние пагубные заморозки. Неважно кто, важно, что сестры станут обижаться на нее… и им придется по принуждению принять ту долю, какую она выбрала добровольно.
Да и привыкла Веся за эти дни к ястребам и постепенно начала понимать, чьи недостатки не сможет перенести, а чей характер ей понятнее и ближе по духу. И почти готова сделать последний шаг… но ни в коем случае не сегодня. Ведь у нее есть в запасе ещё три дня… и она не желает их никому отдавать. Да и в дороге может произойти всякое.
Однако высказать им благодарность она намерена прямо сейчас, хоть и не так долго живет на свете, но успела понять, как права бабушка, которая всегда говорит — доброе слово немедля скажи, а злое на потом отложи.
— Спасибо, — проникновенно произнесла Весеника и поочерёдно заглянула каждому в лицо, стараясь до конца разгадать, что они ощущают в этот миг. — Я вам очень благодарна за это предложение. Очень. И хочу сказать… вы все хорошие… каждый по-своему, потому я прощаю вам все прошлые шутки и обиды. Мне будет очень трудно проститься с вашей дружной компанией. Но зато я рада, что это будет не сегодня, а позже, когда я возьму браслет у одного из вас.
Почти минуту, после того как княжна смолкла, она могла спокойно любоваться меняющимся выражением их лиц и наслаждаться молчанием. А они неверяще смотрели на довольно улыбавшуюся девушку и, казалось, еле сдерживались, чтобы не сказать ей чего-нибудь резкое.
— А ты хоть понимаешь, — первым не выдержал Лирсет, — что в Сером гнезде ты не сможешь ходить в своих платьях? Она ведь потому и ведёт себя так… по-хозяйски, что знает, все вещи, которые ты везешь с собой, кроме украшений и ценностей, сложат в кладовой и запрут. Оружие тоже. И ты сможешь дарить это своим сестрам или селянкам, но только не надевать сама.
— Догадалась, Лирс, — кротко сообщила Веся и мягко спросила: — А нам не пора ехать? Или у вас снова другие планы?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
