Нет, Пашка не ревновал, считая это чувство глупостью и пережитком, его бесили сальные взгляды похотливых самцов, устремленные на девушку.
Циркачи, поймав кураж, выделывали на помосте всевозможные трюки, показывая возможности тренированного тела. Публика восторженно хлопала в ладоши и бросала монетки в небольшой поднос, с которым ходила юная гимнастка в обтягивающем черном трико. Народ веселил рыжий клоун, пытающийся выдать большую белую собаку за породистую кобылу и продать ее цирковому администратору. Расхваливая свой товар, клоун взгромождался на пресловутого «скакуна», падал, смешно дрыгая ногами. В конце концов рухнула собака, вытянув лапы и высунув язык. Народ полег от хохота.
Интересные номера показывал фокусник, он же администратор. Доставал из черной шляпы зайцев, курицу да гирлянды разноцветных лоскутов. В завершение пригласил добровольца из публики и обманчиво медленным движением руки извлек у того из-под воротника золотую монету. Простак под улюлюканье толпы сорвал с себя камзол и ну его трясти.
– Пашенька, давай покажем людям фокус, устроим всем праздник.
Наша сладкая парочка, отойдя в сторонку, заговорщицки пошепталась, после чего Чернота в сомнении покрутил головой.
– Не сомневайтесь, Павел Игнатьевич, все будет тип-топ.
– Ира, ты здесь?
– А куда я денусь, с вами так интересно.
Пашка в сердцах плюнул – эта жизнь втроем достала до печенок.
– Пашенька, не сердись, дай девушкам порезвиться.
– Ай, делайте что хотите.
Сразу запели обе – мы ведь так тебя любим, без тебя не можем, в общем, помогай.
Тяжело вздохнув, стажер поплелся к администратору корчить из себя великого фокусника-путешественника. Следом шла его «ассистентка» – прекрасная девушка с завораживающими синими глазами.
Пашка сделал администратору-фокуснику предложение, от которого невозможно отказаться.
– Только из скуки и для поддержания формы покажу несколько номеров, на сбор не претендую, он ваш.
По его просьбе циркачи приволокли из фургона огромный ярко раскрашенный сундук. Очистив помост, циркачи пристроились у края, с любопытством поглядывая на доморощенных артистов. Чернота вызвал из толпы двух человек, которые внимательно осмотрели деревянного монстра. Не найдя в нем подвоха в виде двойного дня, громко известили об этом остальную публику.
Под рокот небольшого барабана стажер попросил музыкальное сопровождение, в сундук грациозно ступила Мела. Дав ей время комфортно разместиться, он закрыл крышку, затем, проделав странные пассы руками, непонятные даже для себя, распахнул сундук и с помощью тех же добровольцев поставил его на бок. Девушка исчезла. Толпа удивленно загудела, а с нею и циркачи. Номер шел по высшему классу. Водрузив деревянное сооружение на место, Пашка очередной раз поднял крышку – из сундука, к полному изумлению публики, достали отчаянно дрыгающегося черного жеребенка. Его передали циркачам – стажер объявил, что в подарок. Публика хлопала и свистела, гимнасточка не успевала менять подносы с горками монет на пустые. Наконец после очередного поднятия крышки из сундука появилась улыбающаяся девушка. После этого номера, дав немного времени порадоваться публике, Чернота рыкнул:
– Теперь, дамы и господа, последний номер. Предупреждаю сразу – он шумный и эффектный. Мужчины, поддержите женщин за локоть, а женщины пусть ухватятся за то, что под руками.
На двусмысленное предложение публика ответила хохотом.
– Итак, мы начинаем.
Раздалась громкая барабанная дробь, крышку откинула Мела и сразу отошла к Пашке, стоявшему у края помоста. Внутри сундука ощутимо бухнуло, помост вздрогнул раз, другой. Вверх рванули белые полосы, и в небе с треском стали распускаться большие разноцветные шары фейерверков. Народ вместе с циркачами впал в ступор, глядя на необычное и красивое зрелище. Последующую реакцию публики не мог предугадать никто. Поднялся сплошной рев – от восторга орали и свистели мужчины, визжали женщины, и все в едином порыве кинулись к помосту.
– Да их тут не менее тысячи, затопчут на хрен. Мела, прыгаем за фургоны и телепортом вон с ярмарки!
Что «фокусники» и сделали.
Весь удар на себя приняли несчастные циркачи – те из них, кто не успели убежать. Толпа на радостях слегка их помяла да сломала два фургона, что не омрачило приподнятого настроения артистов. Благодаря незнакомым фокусникам заезжий цирк в один день получил годовой заработок.
* * *
Прийти в себя и отдохнуть от всяческих стрессов помогает общение с любимой девушкой на наиболее близкой дистанции. Широкая кровать, хоть и сработанная качественно местным краснодеревщиком, испытывала нешуточные перегрузки. Наконец любовники оторвались друг от друга, тяжело дыша. Мела, положив другу сердца голову на плечо, мурчала что-то ласковое и нежное. У Пашки возникло желание почесать ее за ухом, уж очень она напоминала довольную кошечку. Однако вместо этого спросил:
– Зайка, а чего ты в сундуки такого тяжелого напихала, наши дружинники все руки надорвали? – Он хмыкнул: – Никогда не думал, что тряпки столько весят.
– При чем здесь тряпки? – скорчила гримасу девушка. – Золото во всех сундуках, золото. Точнее, золотые монеты империи Фолингуро, пусть и несуществующей.
– Фальшивая империя, фальшивые монеты. О-хо-хо.
– И ничего не фальшивые, – возмутилась Мела. – Когда-то действительно существовало такое государство, а монеты – точная копия оригиналов, к тому же из золота высшей пробы.
– Ага, небось подружка твоя Ира насинтезировала?
– При чем здесь она? – фыркнула красавица. – В южной части континента, в предгорьях Длинных скал, находится богатейший золотоносный район. Сама лично летала по ночам, пока ты спал в теремке. Но твоя правда, Ира помогала с работами, ну и в производстве монет тоже. С одной стороны, архаика, а с другой, к твоему сведению, сами Создатели весьма ценили золото.
– Значит, ты у нас богатая невеста, – задумчиво протянул Пашка.
– Эй, ты чего опять удумал? – забеспокоилась красавица. – Мне, кроме тебя, никто не нужен. – И она куснула его за плечо.
Башню у молодых людей снесло моментально и одновременно.
Стоявший у двери в карауле рослый дружинник шепнул напарнику:
– Быстрей бы наша смена кончилась, мочи нет.
– И не говори, Лотек. Сдадим смену, сразу по бабам.
– Согласен. Все-таки наш герцог великий человек – четвертый час любовью с герцогиней занимается, другой бы давно ноги протянул.
– На то он и великий. – И напарник опасливо покосился на дверь комнаты, из которой доносились сладострастные стоны и порыкивания.
К ужину Пашка с Мелой спустились через четыре часа, и у дверей комнаты застыл сменившийся караул, чтобы стеречь сундуки герцогини. Умостившись за столом, сделали большой заказ подбежавшей девчонке в белом переднике – требовалось восстановить потраченные в любовных утехах калории. За соседним столом чавкали четверо дружинников. Пако отсутствовал, видимо, обмывал со знакомым сержантом встречу.
Порезав кинжалом жареного поросенка, начиненного кашей, Чернота поинтересовался у девушки:
– По информации, предоставленной Ирой, Создатели могли менять свою физическую сущность вплоть до плазмы и информационных полей. Ты способна на такое извращение? Может, тебе и пища не надобна?
Красавица, сверкнув синими глазами, буркнула:
– Не говори глупостей, я обычный человек, ну, почти обычный. Не сбивай аппетит. – Она изящно цапнула вторую ножку поросенка.
В трактире стоял несмолкаемый гул голосов, мирный гул, так как время для генеральных драк еще не подошло. Вошедшая группа воинов привлекла ненадолго всеобщее внимание только тем, что все они явились в броне. Подобное облачение в общественных местах считалось дурным тоном. Воин мог быть в латах в трех случаях – на войне, на службе или в дороге, таящей опасность. На постоялом дворе или в трактире люди отдыхают. Веселятся, а не бряцают железом. Судя по разномастному вооружению, воины являлись наемниками. Запыленные, с грязными потеками пота на лицах, видимо, проделавшие длинный путь в седле. Тем не менее они шустро окружили стол, за которым сидели Пашка с Мелой. Чернота жестом показал дружинникам оставаться на месте, но один из них, «прикинувшись ветошью», поспешил за помощью. Позвякивая железом, к столу подошел сухощавый наемник с неприятной крысиной мордой и выдающимися скулами.
