– Ох, притомилась я. Пашенька, твоя очередь, дорога свободна.
Сама села на покрытый бархатом пуфик, прислонившись спиной к стене.
– Аццо, кликните кого-нибудь, нужно повязать охрану, пока не очухались.
– Ваше величество, что с пленными делать, отправить в тюрьму?
– Какой вы, однако, кровожадный, граф. Всех в порт, на первом же судне выслать на родину. Оружие, кроме луков и арбалетов, отдать после погрузки.
Начальник тайной стражи поклонился и умчался за своими людьми. Бывшие наемники потрясенно осматривали вестибюль, заполненный телами валявшихся варваров.
– Вы, ребята, охраняете императрицу, а я поставлю последнюю точку. Фоджи меня заждался.
Пашка скорым шагом пересек помещение, перешагивая через отключившихся охранников. Визуально определил: Мела била в основном в затылок, но кое-кого по шее. Поплутав по императорским покоям, дошел до спальни – никого, лишь чашка с кофе остывала на столике.
– Куда мог бежать д’Соверини? Неужели?.. Тогда он совсем дурак.
Постучав по стенам рукоятью кинжала, он обнаружил потайной ход. Энергоударом снеся замаскированную дверь, ринулся туда. Ход вывел его в ангар, где хранился космический челнок. По опущенному пандусу влетел в открытый люк и, добежав до рубки управления, обнаружил беглецов – императора с камергером. Камергер бестолково тыкал во все кнопки подряд, надеясь, видимо, запустить аппарат.
– Не старайтесь, господа, ничего не получится, вам не хватит мозгов и умения.
От неожиданности д’Соверини икнул, а камергер сноровисто вытащил меч. Пашка метнул в него кинжал. С чмокающим звуком лезвие вонзилось в шею, перебив гортань. Оттолкнув падающий труп, стажер подскочил к Фоджи.
– Если бы ты, сволочь безухая, не устраивал на меня покушений, остался бы жив. Ты сам выбрал для себя смерть.
Чернота одним ударом меча снес голову незадачливому последнему потомку семейства д’Соверини.
– Все, финита ля комедия, трубят фанфары, добро победило зло.
Однако Пашка не испытывал особой радости – сейчас начнется морока по удержанию власти. Меле придется помочь в установлении порядка. Ему, честно говоря, надоели все эти дворцовые перевороты, хотелось домой, на Землю, на деревню к дедушке.
Вот с такими мрачными мыслями брел наш герой к друзьям и новой императрице, герцогине Меле-Элеоноре д’Сагредо.
Савона была взбудоражена главной новостью дня – в Тарагоне новая императрица. Об этом эпохальном событии орали глашатаи на всех площадях, народ с увлечением и комментариями читал манифесты на столбах. Первые два декрета повергли всех в радостный шок – отмена рабства и кабалы, второе – снижение налога до двадцати пяти процентов.
Количество сторонников императрицы увеличилось с геометрической прогрессией. Сомневающихся добил декрет о коррупции, в котором подробно говорилось о равенстве перед законом. За воровство из госказны наказание одно – плаха с конфискацией имущества. Такие же жестокие меры в отношении уголовного элемента. Если раньше за убийство можно было отделаться двадцатью годами каторги на рудниках, теперь – все, лафа кончилась. Убийцам, независимо от ранга, – виселица. Суровая мера не касалась дуэлей и самообороны. Под статью попадали также растлители малолетних и садисты, мучающие своих подданных. Дискуссии и споры волной шли от столицы по всей империи, сходились в одном – императрица Мела I дала людям надежду на светлое будущее. Реформы вскоре дали свои плоды. Заворовавшихся чиновников казнили по несколько сотен в день, конфискованное имущество продавалось с торгов, а наворованные деньги пополняли исхудавшую казну. Из армии удалили всю гнилую верхушку военачальников, многие из них лишились головы. А ты не воруй! Молодые офицеры вставали во главе полков. Военным министром и главнокомандующим стал великий герцог Ланс Орест д’Офунато. Армия ликовала – в кои веки во главе настоящий воин, а не придворный лизоблюд.
Императрица Мела I приводила в порядок одряхлевшее и частично разворованное государство в быстром темпе железной рукой – впереди маячила война с кочевниками. Она впрягла в работу бывших наемников с такой энергией, что те стали втихомолку материть Пашу – на хрена им такой геморрой! Чернота успокаивал: потерпите пару месяцев, все устаканится. Ему досталось больше всех, Мела назначила его главным оружейником Тарагона. Пришлось стажеру через портал тащить в столицу инженера Жозефа Лаваля и двух кузнецов-литейщиков. В спешно выстроенных кузнях и литейном цехе отливали пушки. На окраине города соорудили лабораторию по производству пороха. Оружейники начали делать пехотные и кавалерийские арбалеты. Люди работали на износ, но из-за отсутствия технологий и конвейера дело продвигалось медленно.
Мела, уютно устроившись на плече любимого, сварливо жаловалась на дефицит вооружения. Пашка тут же подал гениальную идею:
– Попроси Иру наделать копий пушек, арбалетов и бездымного пороха.
Красавица, завизжав от радости, укусила его за шею.
На следующий день оружейные арсеналы ломились от пушечных стволов и арбалетов. Что касается последних – хватало получаса тренировок, и любой солдат мог сносно с ним управляться. С пушками гораздо сложнее, но и здесь нашелся выход. Один сеанс на ментальном уровне, и четыре тысячи будущих канониров начинают учебные стрельбы на полигонах.
В самом дворце ментасканированию подверглись все – слуги, фрейлины, камергеры. В результате половину выгнали без выходного пособия, и, к большой досаде графа д’Торе, среди последних оказалось более десятка вражеских шпионов различных государств, в основном с севера.
Если с государственными делами положение более-менее стабилизировалось, то в остальном наблюдалась тихая паника. Оказалось, Мела совершенно не знала обычной жизни, не представляла, чем живет народ. В очередной раз помогло ментасканирование. Доставили обычного горожанина, затем случайно выбранную горничную, из вояк на сеанс согласился Ливэн. Мела потом ходила три дня в задумчивости и некоей растерянности. О такой стороне жизни она и не подозревала. Знать чаяния своего народа всегда полезно для правителя. К сожалению, сильные мира сего предпочитают смотреть сквозь розовые очки, опираясь на мнение льстецов-референтов и придворное окружение лизоблюдов.
В Савоне открылась академия магии, готовился распахнуть двери университет. Строились первые школы для простого люда. Орест создавал офицерские и канонирские училища. Гидо разгребал дела в Министерстве иностранных дел. Ливэна, к удивлению всех остальных, императрица назначила главным казначеем Министерства финансов. Видимо, за его честность и экономность. В один из свободных вечеров Пашка с Аццо пили вино в одной из беседок дворцового сада.
– Дорогой Паша, нам повезло, мы живем в удивительное время – я счастлив служить нашей великолепной императрице. Красива, умна, с железным характером – такого правителя нигде нет.
– Вы правы, уважаемый Аццо, – кивнул Пашка. Открою вам страшную тайну: Мела I – аватара.
– Ась?
– Божественное воплощение, ее сила и мощь способны сровнять с землей с десяток таких городов, как Савона. Из любой армии сделает кровавый блин. Я по сравнению с ней как новичок супротив профессионала мечника.
– Для чего вы делитесь со мной столь секретной информацией? – озадачился граф.
– А для того, чтобы не вздумали устраивать козни против императрицы или еще какие гадости.
– Тьфу на вас, – возмущенно замахал руками д’Торе. Давайте лучше выпьем, умеете вы, Паша, испоганить настроение.
Дзи-и-инь…
* * *
Ярко горели жертвенные костры, кровь гибусов[8] и рабов лилась в медный котел. Шаманы под резкие звуки бубнов бились в обрядовых танцах. Воины кланов завороженно смотрели на катающихся в трансе предсказателей судьбы. Главный шаман, сухенький старичок, замотанный в волчьи шкуры, бросил в котел гладкую деревяшку, покрытую колдовскими рунами. Под взглядом шамана деревяшка завертелась, а затем замерла, показывая острым концом на запад. Бубны стихли, перед шаманом почтительно склонил голову Амбагай-хан – повелитель Черной орды. Оба уставились на деревяшку, лежавшую доселе спокойно. Пренебрегая законами физики и вопреки здравому смыслу, деревяшка, булькнув, утонула. Кочевники, открыв рот, пялились на котел, полный крови.
