— Нас ждут, — иронично заметил Салмир.
Киммериец приподнялся в седле, разглядывая неприятеля. Вскоре замысел мятежного короля стал понятен — войска Ксатлина разделились на три больших отряда. Слева расположились полторы тысячи мидлэймцев, справа — две тысячи тяжелых пехотинцев-данвилцев, еще одна тысяча оставалась в резерве, а кавалерийский полк узурпатор поставил в тысяче шагах закатнее. Невольно северянин усмехнулся. Бесспорно, Ксатлин — талантливый военачальник, но он ничего не знает о спрятавшихся в лесу альвах. Гаран хочет выманить противника в поле, ударить по фронту пехотой, охватить трунсомцев с флангов, а конницей отрезать все пути к отступлению. Это закончится полным окружением и гибелью последнего верного гарану Трунсома полка на глазах у Тариха — зрелище, способное подорвать боевой дух защитников замка.
Варвар повернулся к Салмиру и бесстрастно сказал:
— Действуем, как и планировали.
— Строиться! — скомандовал рыцарь.
Армия Конана вышла в поле. Солдаты выстраивались в каре. Теперь они не сомневались, что эта битва будет последней. Разве можно устоять против такой силы? У неприятеля пятикратное превосходство в численности, а тяжелая кавалерия сметет со своего пути любого противника. И, тем не менее, никто из фессалийцев не дрогнул — им предстояло умереть за свободу своей родной земли.
Восемь сотен бойцов построились в четыре ряда, две сотни прикрывали фланги, а лучшие солдаты остались в резерве, под прикрытием густых лесных зарослей. Там же находилась и Селена — ее время пока не пришло.
Действия полководцев вызывали у воинов недоумение, но никто не посмел спорить с командирами. Оставалось лишь ждать развязки. Киммериец взмахнул рукой, взревели боевые рога, и небольшое войско трунсомцев двинулось вперед.
Чуть позади ехали Конан, Салмир, Алгар, два сигнальщика и десять конных рыцарей. Еще немного — и противники сойдутся в отчаянной схватке. Пылающий диск светила поднялся уже высоко. Сейчас все зависит от милости могущественных богов. Солдаты тихо шептали молитвы и в душе прощались с родственниками и возлюбленными.
* * *
Ксатлин стоял на высоком пригорке и созерцал поле предстоящей битвы. Ожидание закончилось. Еще утром король ничего не знал о силах противника — он не получил ни одного донесения разведчиков. Где спрятался Салмир? Куда исчез этот старый дурак?.. Но вот армия неприятеля вышла из леса, и данвилец сразу успокоился. Теперь удача не ускользнет из рук нового, великого короля, и сегодня окончательно решится судьба Фессалии!
После гибели последнего полка Тариху ничего не останется, как сдаться на милость победителей, а если он заупрямится, то завтра замок будет взят штурмом. Солдаты Тариса быстро соберут несколько сотен крестьян, которые завалят ров землей или своими телами. Как Ксатлин и предполагал, ему противостояла армия всего в тысячу бойцов. Да и откуда Салмир возьмет больше?
Король с ироничной ухмылкой наблюдал за построением трунсомцев. Рядом с гараном Данвила стоял Мондор, верные телохранители, несколько посыльных и командир осадных машин Силк. Он ждал указаний, хотя стрелять по пехоте из тяжелых камнеметов не имело смысла.
Камни лучше поберечь для разрушения крепостных стен.
— Вот и все, — довольно потирая руки, вымолвил правитель. — Противник обречен.
— Я бы не торопился с выводами, — негромко заметил колдун.
Ксатлин удивленно взглянул на магинца. О чем думает этот человек? Поклонники Волара всегда отличались скрытностью и таинственностью.
— Мондор, откуда такая неуверенность? — рассмеялся король. — Посмотри внимательно! Моя армия сомнет трунсомцев, раздавит их, как червей!
— Не сомневаюсь, — проговорил колдун. — Но кое-что меня беспокоит. Назад не вернулся ни один мой шпион.
— Ерунда! — пренебрежительно махнул рукой данвилец. — Трунсомцы выставили надежные посты и переловили твоих людей. Такое бывает. Ведь этот лес знаком местным жителям гораздо лучше, чем соглядатаям Магины!
— Возможно, — задумчиво кивнул головой магинец. — И, тем не менее, случившееся меня настораживает. Слишком много необъяснимого произошло за последние дни. Складывается такое ощущение, будто в войну вмешалась некая новая сила, способная изменить ее ход.
— Сейчас я докажу, что твои подозрения беспочвенны, — возразил правитель и обернулся к сигнальщику. — Труби атаку!
Надрывный и протяжный рев буцины разорвал тишину. Пехотные полки двинулись навстречу неприятелю. Чтобы не спугнуть врага, гаран приказал флангам не торопиться и немного отстать. Пусть бой начнется, трунсомцы увязнут в сражении, и уж тогда армия Ксатлина возьмет войска Салмира в кольцо. Ксатлин даже не предполагал, что именно на такой план сражения и рассчитывал варвар.
Расстояние между фессалийцами быстро сокращалось. Люди, которые раньше были друзьями и соседями, теперь безжалостно убивают друг друга. Разве в этом есть какой-то смысл?
Ради интересов властолюбца разрушаются красивые города, сжигаются мирные деревни, вытаптываются колосящиеся поля, вырубаются цветущие сады. В глазах воинов пылала злоба и ненависть, они были готовы зубами рвать глотку врагу.
Вперед! Бей, коли, руби! Победа или смерть!
Громкие вопли первых раненых огласили поляну. Две армии сошлись в яростном сражении. Слышался звон клинков, треск ломающихся копий и щитов, отборная ругань.
Трунсомцы начали теснить противника. Первые ряды данвилцев полегли, и кое-где строй воинов Салмира оказался нарушен, но полки Ксатлина были несколько оттеснены назад. Впрочем, это вполне устраивало короля: даже если неприятелю удастся опрокинуть центральный полк, прорыв будет тотчас ликвидирован резервной тысячей.
Тем временем фланговые отряды начали обходить армию Салмира. Рыцарь вопросительно посмотрел на северянина.
— Пора, — согласился Конан.
Рог сигнальщика прозвучал над полем битвы, и трунсомцы тотчас начали отступать. Медленно, непрерывно отбиваясь, армия отступала к лесной дороге, до которой оставалось шагов восемьсот. Чтобы альвы вступили в сражение, надо подойти к лесу как минимум вдвое ближе.
— Они отступают! — гневно закричал Ксатлин. — Посыльные, скачите к фланговым полкам. Пусть ускорят шаг и немедленно ударят!
— А может, ввести в бой кавалерию? — предложил Мондор.
— Нет, — отрицательно покачал головой король. — Они не успеют и лишь будут мешать пехоте. Я рассчитывал, что Салмир будет прорываться к замку и залезет в западню поглубже. Но старый лис разгадал мой план и решил уйти! Его надо остановить и уничтожить!
