людях, а то вечно с кислой мордой ходишь. У тебя же брачная ночь как-никак.
Фу, быдло. И как угораздило с таким связаться? Ясно как — не от большого ума. Но неужели он заставит меня силой?.. С мыслями о том, что это навсегда испортило бы наши последующие отношения, на которые Слава должен по идее рассчитывать, пошла с ним в номер отеля.
Лепестки роз там и правда были — самая малость, не более чем с пары роз. Багровые лепестки на постели — как огромные капли крови. Шампанское ожидало в ведерке со льдом, свечи мерцали в подсвечниках. Всё вместе должно было создавать романтическую обстановку, а я тряслась от ужаса, впадая по обыкновению в прострацию.
Почему-то в сложных ситуациях я так и не научилась действовать, а могла лишь нервно дрожать и ожидать, что кто-то поможет, сделает всё за меня, решит проблему.
И пока я думала, что Слава не посмеет меня тронуть, а будет долго уговаривать и пытаться нелепо соблазнить, он сдернул с себя пиджак, гнусно и похотливо улыбаясь. С задором покрутил его над головой и куда-то отбросил. Кивнул мне — мол, давай, присоединяйся к импровизированному стриптизу. Это было бы смешно, если не было бы так грустно.
Сердце заныло, а я подумала снова об идеальной брачной ночи, которая могла бы случиться в другой реальности, если бы Максим Суворов женился на мне.
Почему я вдруг подумала о нем? Неужели он выигрывал лишь в сравнении с моим мужем?
В любом случае, я уверена, всё было бы совсем иначе, не пошло, не грязно, он явно умелый соблазнитель, к которому женщины сами прыгают в постель и борются за это право. А мне никогда не добиться от него даже улыбки. Волею судеб мы заклятые враги, и он спит и видит, как найти меня и отомстить всеми возможными способами.
— О, шампусик, — мерзко хохотнул муженек, плюхаясь в кресло и подтаскивая к себе ведерко с шампанским и заранее приготовленными бокалами. Игристый напиток заструился в хрусталь, и мне захотелось промочить горло, как-то отвлечься, но после случая с наркотиком в винограде я боялась брать что-то из рук тех, кому не доверяю.
Но Слава настаивал:
— Пей, настроение еще больше поднимется. Смотрю, глазки уже заблестели. Я тебя раскусил, Тая. Ты изображаешь из себя недотрогу, а сама только и ждешь, чтобы тебя уговорили на что-то грязное.
— Что? Что за нелепость? — пролепетала я, не веря в услышанное и от удивления присев на краешек постели.
— Я видел твое то выступление, в клубе. Тебе же понравилось. Можешь не отрицать. Сначала вроде как сидела, будто палку проглотила, а потом расслабилась, увлеклась, стала шевелиться. То сосочек выглянет из-под волос, а то что-то повкуснее. С маской они круто придумали, это здорово возбуждало. Неудивительно, что на тебя все мужики пускали слюни и про баб своих, сидящих рядом, забыли.
Слава сейчас был настолько далек от реальности, что это даже смешно.
— Ты говоришь глупости, — высокомерно процедила я. — Попробовал бы сам вот так выйти на сцену, вряд ли бы тебе это понравилось.
— Мы сейчас не обо мне. А тебе, моя женушка, понравилось, что тебя заставили соблазнять всех с помощью твоей любимой скрипки.
— При чем тут вообще скрипка? Думаешь, она меня как-то спасла и участь облегчила? Да я не слышала, что играю, абсолютно не понимала, где нахожусь. И не видела ничего перед собой. Так что забудь свои фантазии и не думай, что знаешь мои мысли и чувства.
— Так или иначе, у меня теперь есть законное право на них.
— Неправда. Ты не можешь владеть мной в этом смысле.
— Но зато могу в другом. А твои чувства — да срать я на них хотел.
Грубые слова заставили меня вздрогнуть и вцепиться в покрывало оцепеневшими пальцами. Судя по настроению изрядно накачавшегося Славы, он готов перейти к более решительным действиям. Меня снова накрыла паника, и я вскочила. Он следом за мной, внезапно оказываясь рядом и не давая сбежать. Схватил за запястья, заломил их и бросил меня на постель. Потом стал рыться в ворохе длинного подола, поднимая наверх бесчисленные тонкие слои юбки. Брыкаясь ногами и отпихивая этого борова руками, я с ужасом ощущала, насколько он силен, какие у него цепкие, прямо-таки стальные пальцы, и как я перед ним беспомощна.
Он больно тискал мои ноги, добрался до трусов и попытался их сдернуть, но я изловчилась и пнула его со всех сил в живот. Муж растерянно взмахнул руками и, пошатнувшись, завалился назад себя, но вместо того чтобы потерять сознание, расхохотался, будто всё происходящее его безмерно забавляет, и из положения сидя схватил меня за щиколотку и потащил на себя.
Как бы я ни сопротивлялась, оказалась лежащей на полу на животе, а он придавил меня сверху своим грузным, потным и вонючим телом, снова подбираясь к самому сокровенному. Гадкие касания заставляли меня цепенеть и лишали воли к сопротивлению.
Разумом я уже готова была сдаться, но инстинктивно искала глазами какой-нибудь предмет, лихорадочно бегая обезумевшим взглядом по сторонам. Моя туфля валялась совсем рядом, и я протянула к ней руку, но отдернула, когда Слава больно шлепнул по заднице и оттащил дальше от потенциального оружия. Я задыхалась под его весом, в глазах темнело, и я понимала, как это просто, оказывается, — изнасиловать женщину.
Миг — и он уже готов проникнуть в меня, чувствую, как обнаженных ягодиц касается прохлада, как он сжимает их своими мерзкими пухлыми пальцами, как ввинчивает два внутрь меня, раздвигая совершенно сухую плоть и тараня, тараня ее… А еще приговаривая, какая я узкая, что он со мной сделает, сколько раз и в каких позах. Волна омерзения прошлась по скованному страхом телу, и я громко застонала и задергалась под тушей Слава, отчего он, кажется, еще больше возбудился, навалился сильнее и вклинил пальцы глубже…
Уже прощаясь со своей невинностью, я пропустила момент, когда ситуация изменилась. Только что меня насиловали, а вот куда-то тащат, хватают за талию сильные мужские руки, и я ощущаю благословенную свободу в области своей несчастной истерзанной плоти. Всё кончилось? Или?.. Что происходит?
Шум, крики, какая-то потасовка, а меня прижимает
