— Я вас подвезу, — пообещал он, — если по пути вы поможете мне в моей работе.
Так на пять дней Лина стала стал кершей. В каждом заброшенном городе они останавливались и прочесывали разрушенные дома. В них почти ничего не осталось: за последние двести лет эти дома регулярно подвергались обыскам. Но иной раз им попадались вещи, которые другие сталкеры не заметили или не сочли ценными.
Лине эти поиски очень понравились. В какой—то степени они напомнили ей работу вестника в Эмбере: там она могла ходить где угодно, заглядывать во все укромные уголки и при удаче находить что—то новое. А удача ей сопутствовала.
Она нашла серебряный медальон с такой старой и выцветшей фотографией, что не смогла разобрать, кто на ней изображен — женщина или ребенок. Она нашла маленькое круглое стекло в ободке с ручкой. Предметы, на которые она смотрела через это стекло, увеличивались. «Лупа, — сказал Пелтон. — Отлично». Она нашла маленький красный грузовик с колесиками, которые вращались. Она нашла полоску кожи с пряжкой, слишком короткую для поясного ремня. «Это собачий ошейник, — пояснил Пелтон. — Вещь не очень полезная, но может кого—то заинтересовать».
В доме, что стоял на поле отдельно от других, на заднем крыльце она открыла шкафчик. Там лежала коробка, на крышке которой большими выцветшими буквами было написано «МОНОПОЛИЯ». «Восхитительно! — воскликнул Пелтон. — Крайне редкая вещь!» Нашлась и еще одна коробка, с картинкой сада на крышке, где лежали маленькие кусочки картона. А в глубине, среди сломанных кукол, вырванных из книг страниц и маленьких баночек с высохшими красками, Лина обнаружила металлический брусок примерно семь сантиметров длиной. Пелтон сказал, что это магнит. «Поднеси его к грузовику, — предложил он. — Увидишь, что он сразу прилипнет».
Но, хотя поиски древностей нравились Лине, она постоянно думала о том, каково будет эмберитам прийти на пустое место и попытаться основать поселение. Как им удастся превратить твердую, потрескавшуюся землю в поля, приносящие богатый урожай? Из чего они построят дома? Что они будут есть, обрабатывая землю и строя крышу над головой? Перед ее мысленным взором возникли четыреста с лишним эмберитов, разбросанных по пустоши, как стая сбившихся с пути птиц, выискивавших в траве семена или насекомых, прячущихся в тени редких деревьев или строящих гнезда из ветвей и соломы. Она содрогнулась и отогнала прочь это видение.
Мэдди не тратила сил на поиски. Ей не хотелось нагибаться и заглядывать в темные уголки или втискиваться в узкие проходы. И пока Лина и Пелтон искали старинные вещи, она бродила по полям и заросшим садам у домов, смотрела на старые фруктовые деревья, виноградные лозы, искала листья, ягоды, орехи, корешки и грибы, которые годились в пищу.
Выглянув из окна, Лина обычно замечала Мэдди, идущую по высокой, до пояса, траве к старой, в наростах яблоне или наклонившейся над кустом и занятой сбором ягод. Иногда Мэдди просто сидела на какой—нибудь скамье, смотрела на поле или на улицу. В эти минуты Мэдди выглядела очень серьезной, и Лина гадала, о чем она думала.
Вечером третьего дня они остановились у широкой реки, неторопливо несущей свои воды, и, пока солнце заходило за горизонт, сидели на берегу, пили холодный чай, который Пелтон приготовил из листьев мяты, и разговаривали. Пелтон рассказывал о местах, в которых побывал, Мэдди и Лина поведали ему о походе Каспара в большой город, его исследовании древних баллад, о сокровищах.
— Да, да, — говорил Пелтон, — я всю жизнь слышал эти баллады, а до меня их слышал мой отец. Их сочинили в стародавние времена, пе редавали из уст в уста. Все рассказывают их по—разному. Что—то вроде этого…
И он нараспев произнес:
Ждет сокровище в городе древнем, Захоронено с давних времен. Что спрятано и снова выйдет к свету. Дороже будет серебра и злата.
— Это начало баллады, которую я услышал от старика, живущего высоко в горах около Скалы ангела. А вот другой вариант, от Мэгги Пирс из Фолтера. Она поет эту балладу так:
Помни город, большой город помни, Где сокровище ждет под землей. Город, город, всегда его помни. Там сокровище сможешь найти.
Лина смотрела на Пелтона раскрыв рот. Пел тон рассмеялся.
— Чего ты так удивляешься? Думаешь, тебе удастся найти это сокровище? Никто уже не верит в его существование. Эти баллады поют детям на ночь, как колыбельные.
— Некоторые верят, — возразила Мэдди. — Но только те, в ком есть капля безумия. И много—много жадности.
— Совершенно верно, — сказал Пелтон. — Я таких знавал. Один не сомневался, что речь идет о древнем городе Саназее. Провел всю жизнь, роясь в развалинах, пока на него не упала труба.
Мэдди фыркнула:
— И как только люди могут верить в такую ерунду?
Лина покачала головой и улыбнулась:
— Нет—нет. Ты не права, — сказала она, а по том не сдержалась и рассмеялась. — Это не ерунда, а чистая правда. Я в этом уверена, уверена! — Внезапно Лина поняла, что пришла к удивительному, потрясающему выводу, и, захлопав в ладоши, снова рассмеялась.
— По—моему, ты говоришь глупости, — заметил сталкер.
— Никакие это не глупости. Город в балладе — тот самый, откуда я родом.
Сталкер искоса глянул на Мэдди:
— Что это с ней? Она заболела? Мэдди взяла Лину за руку.
— Успокойся и объясни нам, о чем ты гово ришь.
Лина попросила Пелтона:
— Спой еще раз первую строчку, первую строчку второго варианта.
Пелтон с удивлением посмотрел на нее, но подчинился:
Помни город, большой город помни[3].
— Так вот, я уверена, что в первой строчке звучит название города, из которого я родом[4]. Он под землей.
— Не знаю, верить ли тебе, — сказал Пел—тон.
— Я думаю, это правда, — поддержала Лину Мэдди. — Они все это говорят, все, кто оттуда пришел.
— А что тогда ты можешь сказать насчет сокровища? — спросил Пелтон.
— Так это же мы! — рассмеялась Лина. — Мы — сокровище, люди Эмбера, эмбериты! — Ее захлестнула волна любви к своему прежнему городу. — Спой еще раз последние строчки первого варианта.
Пелтон спел:
Что спрятано и снова выйдет к свету,
дороже будет серебра и злата.
— Видишь? «Снова выйдет к свету!» Мы вышли, поднялись к свету! И мы дороже се ребра и золота, поскольку они думали, что мы можем стать последними людьми — единствен ными, кто остался.
Пелтон и Мэдди в изумлении переглядывались.
— Я думаю, она права, — произнесла Мэдди.
— Возможно. — Пелтон с любопытством посмотрел на Лину. — Так ты жила под землей?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
