Однако многочисленные исторические свидетельства (к примеру, воспоминания того же Вальтера Дорнбергера, Альберта Шпеера, Вилли Лея и ряда других участников событий тех лет) говорят о том, что в таком направлении научно-техническая мысль в Третьем рейхе не продвигалась.
Антон Первушин, чью книгу — «Битва за Луну» — мы уже неоднократно цитировали, о космических перспективах гитлеровской Германии (глава 3 — «Лунные корабли космического рейха», подглавка «Лунные аспекты программы «V»») категорически резюмирует: «Адольф Гитлер был убеждён: ракеты нужны только для войны. Любое другое мнение считалось подрывным и жестоко каралось. Очевидно, что до победы Третьего рейха в затяжной мировой войне мечты о полётах на Луну следовало забыть. Но в том-то и дело, что гитлеровская Германия в принципе не могла победить в той войне…»
С другой стороны, в последние годы всё чаше и громче звучат голоса сомневающихся в этом. В частности, высказывается соображение о том, что так называемые неопознанные летающие объекты в массовом порядке стали наблюдаться с начала 1950-х годов. Да и знаменитый «инцидент в Розуэлле» в июле 1947 года также вызывает много вопросов.
Суть этих сомнений вкратце можно сформулировать в двух тезисах.
Первое: не получилось ли так, что после окончания Второй мировой войны многочисленные научно-технические наработки учёных и инженеров Третьего рейха, оказавшись в руках союзников, как раз и дали возможность строить летательные аппараты, основанные на совершенно иных принципах движения?
Второе: если эти новые, необычные технологии в Третьем рейхе и в самом деле были доведены до стадии практического использования, то не получилось ли так, что на своих удивительных летательных аппаратах значительная часть нацистов, изобретателей и инженеров эвакуировалась из Германии (а то и отправилась на ту же Луну)?
Сторонники общепринятой точки зрения на такую постановку вопроса приводят вполне разумные аргументы. Чтобы выйти в космическое пространство, необходимо, помимо прочего, наличие двух технических моментов: мощного источника энергии и столь же мощного двигателя. Брауновская «Фау-2» для этих целей подходила с большой натяжкой. Что же касается таинственных «необычных технологий» — где они, эти технологии, где они, эти летающие тарелки Третьего рейха, кто их может предъявить воочию?
В самом деле, были эти технологии в Третьем рейхе или нет? Кроме того, нельзя ли предположить, что научная мысль в Германии, в плане освоения космического пространства, пошла совершенно по иному пути, не по линии проектирования и сборки гигантских ракет-носителей, требующих огромных полигонов, гигантских сборочных цехов, массы персонала, времени и, конечно же, денег?
Рассуждая в этом ключе, мы неизбежно натыкаемся на три фамилии: Шаубергер, Шапеллер и Колер. Причём если о Викторе Шаубергере в последние десятилетия говорится и пишется достаточно много, то Карл Шапеллер и Ганс Колер остаются своего рода «белыми пятнами» в истории научно-технических разработок, которые велись в Третьем рейхе.
Начнём с Виктора Шаубергера. Но сначала — несколько слов о том, в каком направлении была вынуждена развиваться наука в гитлеровской Германии.
Истинно арийская наукаИзвестно, что во времена Третьего рейха в Германии — в силу господства нацистской идеологии — из научной среды был фактически выброшен весь пласт так называемой «еврейской» физики. При таком подходе одним из немногих направлений в физике, которое с полным основанием можно было бы считать «истинно арийской» наукой, осталась квантовая механика, представленная работами немецких физиков, не покинувших страну после прихода Гитлера к власти: именно на это направление физики нацистские учёные набросились с усиленным рвением.
Джозеф Фаррелл, автор книги «Чёрное солнце Третьего рейха. Битва за оружие возмездия» («Reich of the Black Sun. Nazi secret weapons & the cold war allied legend»; в США вышла в свет в 2004 году, на русском языке — в 2008-м), физик по образованию, об экспериментах в этой области физики пишет следующее: «Отрицание теории относительности означало в определённой степени возвращение к дорелятивистскому постулату о светопроводящем эфире, через его версию об энергии нулевой точки и вакуумном потоке, основанную на квантовой механике. Следовательно, немецкие учёные не имели возможность развивать релятивистскую науку, однако они были вольны исследовать загадочные свойства этого нового «квантового эфира».
И действительно, имея фундамент в виде различных эзотерических и оккультных доктрин (таких, как понятие энергии «штопора», а также хорошо известных экспериментов, посвящённых энергии «жизненных сил», поставленных в восемнадцатом веке) и поддержку господствующей государственной идеологии, немецкие учёные занялись экспериментальным исследованием его свойств, насколько это позволяли имевшиеся у них в распоряжении технологии».
В своей книге Фаррелл подробно описывает теоретические разработки немецкого доктора-инженера Отта Кристофа Гильгенберга (Ott Christoph Hilgenberg, 1896—21.09.1976), который ещё в 1930-х годах опубликовал две крайне любопытные работы, посвящённые теории гравитации на стыке математики и теоретической физики; позднее его последователи (в частности, Карл Фридрих Крафт) продолжили эти теоретические разработки.
По сути, все эти научные исследования, описывающие мир «нелинейной физики», кардинально идут вразрез с общепринятыми постулатами физики, в том числе теорией относительности. К изобретению летательных аппаратов совершенно иного принципа действия эти теории имели самое непосредственное отношение.
Ренато Веско (Renato Vesco) и Дэвид Хэтчер Чайлдресс (David Hatcher Childress) в книге «Рукотворные НЛО в период с 1944 по 1994 год: 50 лет замалчивания» («Man-Made UFO's 1944–1994: 50 Years of Suppression») отмечают, что в нацистской Германии эксперименты с летательными аппаратами, имевшими форму диска, начались с преобразования всей несущей поверхности таких аппаратов во входное сопло реактивной турбины. С точки зрения Веско, первые германские «летающие тарелки», по сути, были весьма стандартными в сегодняшнем понимании реактивными самолётами, но весьма необычной конструкции — как для того времени, так и для наших дней.
Проблема заключалась в том, чтобы как можно сильнее снизить эффект «граничного слоя» такого самолёта. «Граничный слой» — весьма тонкий слой воздуха (толщиной всего в несколько молекул), который как бы прилипает к несущей поверхности летательного аппарата. Это приводит к снижению его эффективности: чем большую скорость развивает самолёт, тем сильнее, в зависимости от конфигурации крыла, может увеличиваться «граничный слой» и воздушные завихрения за ним. Что, в свою очередь, приводит к увеличению аэродинамического сопротивления.
«Рукотворные НЛО в период с 1944-го по 1994-й год: 50 лет замалчивания». Знаменитая книга Дэвида Чайлдресса и Ренато Веско
«Следовательно, — пишет Веско, — даже для дилетанта в вопросах аэронавтики очевидно, что главная задача заключается в переносе точки перехода на движущемся теле как можно дальше назад, чтобы максимально уменьшить расход энергии, необходимой для движения тела в воздухе. Особенно это верно для полётов с высокой скоростью, поскольку необходимая энергия возрастает пропорционально кубу скорости».
Таким образом, замечает Веско, германские учёные и конструкторы пришли к выводу о том, что нет необходимости работать над преобразованием обычных летательных аппаратов в самолёты с контролируемым «граничным слоем». Необходимо было реализовать противоположный подход: объединить два механизма в единое целое, подавая в турбину воздух из отверстий в крыльях, вместо того чтобы использовать обычные направленные воздухозаборники.
Виктор Шаубергер — первый эколог планеты ЗемляОдним из тех, кто успешно смог решить эту задачу, был австрийский изобретатель Виктор Шаубергер (Viktor Schauberger, 30.06.1885—25.09.1958). В конце 1930-х годов он начал разрабатывать аппарат, для которого — после некоторой доработки — собирался использовать радикально новый вид воздушного двигателя. Этот аппарат не «проталкивал» себе путь через атмосферу, а как бы «втягивался» в неё.
Гениальный Виктор Шаубергер в 1950-е годы…
В ходе сбора материала для своей книги «Охота за точкой «zero»» («The Hunt for Zero Point»), которая впервые вышла в Великобритании в 2001 году, а в России — в 2005-м, английский журналист Ник Кук (Nick Cook) встречался с внуком Виктора Шаубергера — Йоргом. Встреча произошла недалеко от австрийского Бад-Ишля (небольшой город, расположенный примерно в 40 километрах восточнее Зальцбурга) в институте «PKS», который принадлежит семье Шаубергеров. В его стенах и поныне периодически проводятся семинары и лекции, посвящённые научным принципам, которые разрабатывали Виктор Шаубергер и его сын, математик по специальности, Вальтер.
