Читаем без скачивания Солнечная буря - Артур Кларк

Тем временем «Аврора-2», не долетев до Марса, благополучно возвратилась назад и разместилась в точке L1, важнейшей из точек Лагранжа на расстоянии между Землей и Солнцем. Как только «Праща» заработала, к месту строительства начали поступать балки и спицы из лунного стекла. Началось сооружение щита. Неофициальным руководителем всех проектов, обеспечивающих строительство в точке L1, стал Бад Тук. Он трудился именно так, как и предполагала Шиобэн: спокойно и эффективно. Говорили, что очень скоро щит уже приобретет такую величину, что его можно будет разглядеть невооруженным взглядом с Земли – точнее говоря, щит можно было бы разглядеть, если бы он не терялся в сиянии солнечных лучей.

Даже личная жизнь Шиобэн пошла на лад – к великому изумлению ее друзей и родственников. Она сама не ожидала, что ее роман с Бадом так быстро разовьется, что их отношения станут такими легкими и глубокими одновременно. Тем более что большую часть времени они проводили на разных планетах. В самые трудные дни эти отношения поддерживали ее, утешали и придавали сил.

Но вот теперь, во время, казалось бы, самого заурядного еженедельного рабочего совещания, вдруг словно бы ниоткуда возникли две неожиданные помехи.

На своем экране снова появилась Роуз Дели. При низкой гравитации кофе у нее в чашке покачивался лениво, медленно. Беседа возобновилась. Шиобэн постаралась сосредоточиться на насущных вопросах.

Чисто математически размещение объекта в точке Лагранжа трудностей не представляло. Если бы щит представлял собой точечную массу, его можно было бы аккуратно поставить на прямой линии между Землей и Солнцем в точке L1. Однако проект уже вышел за рамки математики. Теперь он представлял собой инженерную проблему.

Во-первых, точка L1 на самом деле являлась не устойчивой, а всего лишь полуустойчивой: если бы вы столкнули точечную массу с этого места, она бы стремилась вернуться опять в ту же точку на линии Земля – Солнце, но при этом могла и радостно уплыть с линии в любом ином направлении. Поэтому требовались механизмы, которые поддерживали бы стационарность объекта. Для щита таковыми являлись ракетные двигатели.

Кроме того, щит, естественно, представлял собой отнюдь не точечную массу, а громадный объект, призванный со временем заслонить собой Землю. Точно разместить и уравновесить в точке L1, на пересечении с линией Земля – Солнце, можно было только геометрический центр щита. Все остальные точки стремились к центру, и со временем щит мог самопроизвольно разрушиться. Изготовить щит жестким – тогда невероятно возросла бы его масса. Проблему можно было преодолеть, заставив сооружение медленно вращаться. Вращение действительно было очень медленным – всего четыре оборота за год. Михаил об этом высказывался так: «Как будто сам Господь Бог вертит свой зонтик от солнца». Этого хватало для обеспечения прочности щита.

Но вращение создавало свои проблемы. Причаливать к вращающемуся объекту в космосе было гораздо сложнее, чем к стационарному. Еще большие сложности создавало то, что за счет вращения щит превращался в гигантский волчок. Находясь на орбите между Землей и Солнцем, он должен был стремиться сохранить одну и ту же ориентацию в пространстве – поэтому год за годом он будет накреняться, отклоняться от линии Земля – Солнце, вследствие чего потеряет свое изначальное предназначение – роль зонтика от солнца.

Следовало учесть и другие силы, помимо гравитации. Солнечный свет, этот фотонный дождь, оказывает давление на все объекты, к которым прикасается. Это давление слишком мало, чтобы человек мог ощутить его, подставив солнцу ладонь, но его вполне хватило бы, чтобы толкнуть от планеты к планете яхту с парусами километровой ширины. Конечно, такой громадный объект, как щит, в полной мере испытает на себе это давление. Имели место и другие осложнения – такие, как пертурбации за счет силы притяжения Луны и других планет, за счет магнитного поля Земли.

Для того чтобы купировать все эти проблемы, поверхность щита должна была приобрести способность подстройки. Предусматривалась возможность осторожного открытия и закрытия панелей, с тем, чтобы за счет небольшого давления солнечного света щит мог поворачиваться. Это решение выглядело очень тонко и элегантно: сам свет Солнца предполагалось использовать для придания щиту нужного положения.

Но для того чтобы щит сохранял свое положение в окружении такого множества постоянно меняющихся сил, он сам должен обладать достаточным «умом» для опознавания своей позиции в пространстве и уметь производить необходимые вычисления для ее изменения.

Этот расширенный и взаимосвязанный интеллект предполагалось создать за счет производства материала под названием смарт-скин – «умная кожа». Эпидермис щита, его верхний слой толщиной менее одного микрометра, станет не просто отражательной поверхностью, а будет напичкан электроникой. «Разумность» каждого квадратного миллиметра поверхности, при том, что все эти миллиметры связаны между собой, должна была подчиняться общему мощному искусственному интеллекту. В завершенном состоянии щит будет самым «умным» из созданных человеком отдельных устройств с искусственным разумом. Вероятно, он станет даже умнее, чем Аристотель. С точностью об этом никто судить не мог только потому, что никто не знал, насколько умен Аристотель.

Мало того что возникали такие сложности с самой конструкцией щита. Практические вопросы давались не легче.

В эти дни немало трудностей возникало с производством смарт-скина. Слишком мало было заводов, чтобы успеть изготовить нужное количество этого материала вовремя. Но еще сложнее оказалась проблема, вызываемая давлением солнечного света. Да, им можно было пользоваться для активного управления положением щита, но само существование давления света вызывало фундаментальную сложность – и это являлось второй из серьезных помех.

– Давайте будем разбираться постепенно, – предложил Бад Тук. – Солнце давит на отражательную поверхность зеркала. Давление света противодействует силе притяжения Солнца – то есть получается, что сила притяжения Солнца значительно снижается и точка равновесия «эль один» смещается к Солнцу по линии Земля – Солнце.

И мы пытаемся свести к минимуму проектную массу щита. Но чем легче щит, тем легче солнечному свету его отталкивать. А чем дальше щит уплывает к Солнцу, тем больше должны быть его размеры, чтобы он закрывал собой всю Землю. Следовательно, его масса снова начинает нарастать. Противоборствуют два фактора и мешают оптимальному решению. Я прав? Для данной толщины пленки существует теоретический минимум массы щита, ниже которого невозможно решить проект с конструкторской точки зрения.