Читаем без скачивания Солнечная буря - Артур Кларк

И мы пытаемся свести к минимуму проектную массу щита. Но чем легче щит, тем легче солнечному свету его отталкивать. А чем дальше щит уплывает к Солнцу, тем больше должны быть его размеры, чтобы он закрывал собой всю Землю. Следовательно, его масса снова начинает нарастать. Противоборствуют два фактора и мешают оптимальному решению. Я прав? Для данной толщины пленки существует теоретический минимум массы щита, ниже которого невозможно решить проект с конструкторской точки зрения.

Шиобэн подхватила:

– А без китайцев…

– Нам этого минимума не видать, как своих ушей, – закончила ее фразу Роуз с мрачно-довольной усмешкой.

Проблема заключалась в недостатке космического транспорта для доставки тяжелых грузов. Несмотря на то, что правительство Китая изначально отказалось от участия в программе строительства щита, Мириам Грек была уверена в том, что после достаточного количества умасливающей дипломатии и переговоров с умением поторговаться китайцы все-таки «взойдут на борт» вместе со всеми. На самом деле Мириам настоятельно рекомендовала Шиобэн учесть в планах доступность китайских многоступенчатых грузовых кораблей-тяжеловозов.

Что ж, Мириам Грек уже не раз оказывалась права во многом, вот только с китайцами, похоже, ошиблась. Их упорное нежелание участвовать в программе не изменилось ни на йоту, а возможности своей космической промышленности они, похоже, приберегали для каких-то собственных тайных планов. Но что бы ни замыслили китайцы, это не имело значения для Шиобэн. Ее тревожило только, что после отчаянной переработки конструкции щита на протяжении многих месяцев им никак не удавалось прийти к решению, которое бы всех устроило. Без китайцев с их тяжеловозами – а может быть, даже с ними, как утверждали пессимисты, – никоим образом нельзя было соорудить эту самую треклятую минимальную массу в точке L1 вовремя.

Шиобэн знала, что для этого проекта промедление смерти подобно. Щит был невероятно, ужасающе, разрушительно дорог. Этот проект поедал огромную часть валового внутреннего продукта США. Строительство уже считали самым дорогостоящим в истории человечества со времени «проекта» победы во Второй мировой войне. Деньги не падали из воздуха, ради строительства щита пришлось приостановить выполнение других программ – например, проекта климатического переустройства засушливых районов Центральной Азии и спасения погружающихся в океан территорий в Полинезии. Естественно, это вызывало бурю неудовольствия.

Чем ближе к осуществлению продвигался проект, тем более искреннюю политическую ярость он вызывал. В каком-то смысле Шиобэн это приветствовала: это означало, что через год с лишним после рождественского обращения Альварес «выдуманная война» подойдет к концу. Люди начинали до такой степени верить в реальность солнечной бури, что их уже заботило, что делается в этом плане. Конечно, существовали технические проблемы. Ничего подобного прежде никогда не делалось. Но Шиобэн понимала: если она позволит хотя бы намеку на сомнение просочиться из ее штаба, очень скоро хрупкое политическое согласие, создавшееся вокруг проекта, начнет рушиться – а эта инфраструктура была настолько же важна для сооружения щита, как стеклянные спицы и распорки, поставляемые с Луны.

Шиобэн потерла виски.

– Значит, будем искать другой способ. Что мы можем изменить?

Роуз забарабанила по столу крепкими пальцами.

– Вы ничего не сумеете изменить в основных физических силах. Нельзя изменить поля притяжения Солнца и Земли, показатели давления солнечного света на квадратный сантиметр поверхности. Невозможно уменьшить планируемые размеры щита. Будь он прозрачен, солнечный свет, само собой, без труда прошел бы сквозь него. – Она улыбнулась. – Но тогда и смысла его городить не было бы, правильно?

– Должно, должно быть какое-то решение, проклятье, – выругалась Шиобэн.

Она обвела взглядом софт-скрины, висевшие вдоль стен зала для совещаний. Лица людей, старших менеджеров проекта, смотревших на нее с этих экранов, проецировались из разных уголков Земли, с Луны и даже из точки L1. Бад и Михаил Мартынов, как всегда, излучали сочувствие и поддержку. Роуз, по обыкновению, сохраняла ухмылку и взгляд, яснее ясного говорившие: «Это сделать невозможно». Многие из остальных вели себя более сдержанно. Некоторые почти наверняка были благодарны Роуз за ее придирки, потому что это давало им возможность воздержаться от высказывания собственных сомнений.

«Они просто никак не поймут», – думала Шиобэн.

Даже ее ближайшим помощникам недоставало воображения, даже самым талантливым инженерам и технологам, которые ближе других соприкасались с проектом. Ведь они строили не просто какой-то мост, они затеяли не полет на Марс. Этот проект разительно отличался от всех прочих, это была не «галочка» в повестке дня. Речь шла о будущем человечества. Если они по какой-то причине потерпят неудачу, просто не наступит завтра, когда можно будет кого-то винить. Не останется ни загубленных карьер, ни возможности поиска новых направлений.

«Я должна быть благодарна Роуз за ее упрямство, – подумала Шиобэн. – По крайней мере, она все выкладывает начистоту, каковы бы ни были последствия».

– Я не собираюсь заговаривать вам зубы, – произнесла она. – Позвольте мне только напомнить, о чем говорила президент Альварес: «Неудача – это не наша цель». И теперь это так. Мы будем продолжать работать над поставленной задачей до тех пор, пока у нас кровавый пот на лбу не выступит, и решение для обеих наших проблем мы найдем сегодня, чего бы нам это ни стоило.

Бад негромко проговорил:

– Мы с тобой, Шиобэн.

– Надеюсь, что это так и есть.

Она встала и отодвинула стул.

– Мне нужен перерыв, – сказала она Тоби.

– Ничего страшного. Только позвольте вам напомнить: женщина, которой вы назначили встречу на десять, ожидает вас.

Шиобэн взглянула на страничку ежедневника на софт-скрине.

– Лейтенант Датт?

Речь шла о военнослужащей, которая, судя по всему, уже больше года пыталась прорваться на прием к Шиобэн с какими-то важными сведениями, о которых не желала говорить ни с кем другим. И вот, преодолев массу бюрократических барьеров, она добралась до цели. Опять какие-то проблемы. Но хотя бы другие.

Шиобэн потянулась, пытаясь избавиться от боли в затылке.

– Если кому-то это не все равно, я вернусь через тридцать минут.

22

Перелом

Лейтенант британской армии Бисеза Датт ожидала Шиобэн в приемной Королевского общества в лондонском Сити. Она пила кофе и смотрела на дисплей своего мобильного телефона.

Пересекая комнату, Шиобэн обратила внимание на необычную тень. Взглянув в окно, она заметила поднимающиеся над крышами Лондона сетчатые конструкции. Это был каркас будущего лондонского купола – сооружения, воздвигаемого в попытке защитить город от солнечной бури. Строительство уже стало самым значительным проектом за всю немалую историю Лондона, но, конечно, лондонский купол габаритами должен был уступить еще более мощным куполам, водружаемым над Нью-Йорком, Далласом и Лос-Анджелесом.