Зеркала позволяли перенаправлять магию, чтобы уменьшить её давление на организм. Особо важно это было для живущих инстинктами зверолюдей, которые даже выдумали браслеты-обрамления для магических зеркал, чтобы везде носить их с собой. Совсем скоро карманные магические зеркала стали атрибутом каждого уважающего себя мага. В том числе и Бич.
Взглянув на свой браслет, Бич задумалась. Насколько схоже её зеркало с этой громадиной? Можно ли управлять сердцем, если сам связан с магическими зеркалами?
Бич мало смыслила в маги. Всё-таки она не учёная, а воин. Но в случае чего она попробует разобраться.
– Если корабль теряет своё сердце, то его можно считать пропавшим.
Это Механичка сказала максимально серьёзно. Бич запомнила. На будущее.
– Один вопрос, Механичка, – вдруг прервал её речь капитан Экс. – Конечно, если можно.
– Можн, канешн! – улыбнулась та. – Чё такое, кэп?
– Директор Неизвестный много говорит о том, что у каждого члена экипажа есть мечта, – сказал он по-особому важно. – Ты так светишься, когда говоришь о корабле…
– О, я поняла, к чему ты клонишь. – Механичка рассмеялась. – Конечно, у меня тоже есть мечта.
– И какая же?..
– Побывать в космосе, конечно же! – улыбнулась она. – Как говорится среди гномов: чем меньше росточком, тем выше хочется прыгнуть! Никогда не слышали, кэп?
Глава шестая. Полёт
Жаркая пустыня. Какой знакомый знойный ветер. И не только сжигающее тепло нагревало голову. Но и мысли.
Ива помнила, как впервые попала в Черепаховую Академию. Прямо здесь, в та-аайской пустыне Мр-сти-маав, она увидела купол. Яркий луч света, полный надежды. Наверняка многие подумали, что это всего лишь мираж. Ведь не может быть, чтобы разгадка древней тайны, путь к свободе лежали так близко, буквально на ладони.
Но так оно и было. Черепаховая Академия оказалась ближе, чем уверяла народная молва. Руки Джанта, подхватившего уставшую, измученную Иву, эту близость только доказали.
А теперь – тысячи глаз. Тысячи глаз смотрят на то, как жестокая пустыня проводит своих странствующих гостей. Казалось бы, ты, Мр-сти-маав, была величайшим испытанием на их пути. Но их стремлениям нет границ – они улетают в другой мир. Так чувствовали не только наблюдатели, но и сами путники. Первые, кто ступят на неизведанные дороги. Нет.
Они сами продолжат эти дороги.
Ива стояла в ровном ряду, босая, с непокрытыми ушами, но боли не чувствовала. Что-то высшее – гораздо больше, чем она сама – оберегало её от реальных тягостей мира. Но не уберегало от безумного, панического волнения, нарастающего внутри, как морская волна во время шторма.
– Экипаж! – прозвучал голос капитана Экса. – Перекличка! Назовите имя и должность!
Отработанные движения. Капитан Экс стал совсем другим за эти три месяца. Или, возможно, просто сама Ива узнала его поближе. Наверное, о лучшем капитане она не могла и мечтать. Спокойный, он к каждому относился с уважением и пониманием. Спрашивал о мечтах, стремлениях. Действительно стремился узнать каждого члена своей команды поближе.
Наверное, только Джант не поддавался его спокойствию. И никогда не отвечал почему. Иногда не являлся на тренировки, репетиции. И всякий раз, когда Ива спрашивала его, почему он так безответственно относится ко всему, он отвечал лишь «тебе не нужно этого знать». Оставалось лишь надеяться, что когда-нибудь он объяснится.
– Золотая Ива, путевая корабля «Черепаха»! – начала перекличку она.
Путевые занимали первые места в строю. Даже капитаны вынуждены были посторониться. Иве такое внимание было совсем не нужно. Но так вышло, что путевые должны быть теми, кто прежде всех прочувствует корабль, свяжется с ним на ином уровне.
– Победоносец, помощник капитана! – Горд собой, как всегда.
– Джант, первый модераторий-меч! – От его звонкого вскрика у Ивы ёкнуло сердце. Вот он, полёт, и чем ближе становился заветный миг, тем чаще Ива задумывалась: стоило ли впутывать в эту авантюру Джанта?
– Амон, модераторий-щит! – глухо выкрикнул Амон, чётко и безэмоционально. Он ведь бывший телохранитель фараона. Часто ли ему приходилось отвечать так на перекличку?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Бич Справедливости, модераторий-меч! К вашим услугам! – не могла не выделиться сестрёнка.
– Юн Ги, модераторий-лекарь! – Будто ко всему готовая, она выпятила грудь.
– Пьер, маг-исследователь. – То ли Пьер стоял слишком далеко, то ли по обыкновению своему он предпочитал не повышать голос.
– Сэчико… фамильяролог-исследователь. – В силу возраста Сэчико было тяжело кричать, но все её услышали. Да и даже если бы не услышали – не просили бы повторять.
– Клопшток, архивариус! – Он гордо вскинул нос. Даже увереннее, чем Победоносец.
– Элизабет, голем! – Похоже, Совет Кровавой Клятвы так и не придумал должность для големов на кораблях. Поэтому решили оставить, как есть. Но Лиззи, похоже, была рада и этому.
– Механичка, механик! – замыкала строй Механичка. Будто в противоположность Иве, она должна была окинуть корабль последним вдумчивым взором.
Вот все и назвались. Ива выдохнула. А ведь их представление только начиналось.
– Экипаж корабля «Черепаха»! – вновь обратился к ним капитан Экс. – Объявляю торжественный марш. Ша-а-агом!..
Она развернулся, идя сбоку от строя. По уже отрепетированной схеме они ступили следом. Кроме Ивы: ей назначено было идти слегка впереди. Опять же, ей этого отнюдь не хотелось. Но как Совет Кровавой Клятвы назначил…
Вышли из-за панциря Адалинды. И тут же – вскрики. Визги, аплодисменты. Почему вы так? Неужели эта экспедиция действительно изменит мир? Ива совсем не верила, что могла участвовать в чём-то настолько судьбоносном. И если раньше на неё обращались сотни пар глаз на концертах, то теперь ей вновь приходилось побороть в себе страх перед тысячами.
Область под боком Адалинды была ограничена полупрозрачным магическим куполом. Чувствовалась магия Вергилия – похоже, он этот купол и поддерживал, стоя в стороне. А спереди – ведь им не могли достаться иные места, кроме первых рядов – стояли профессор Сервус, главный шпион Паук и судья Форум.
А сверху парил Неизвестный. Кто же ещё? Только его фигура извечно сопровождалась фейерверками и радостью. Один его вид внушал доверие. Вселял надежду.
Ещё издалека Ива слышала его речь. И, кажется, запомнит её навсегда.
– Добро пожаловать, дамы и господа! Добро пожаловать в новый мир!
Они его ещё не открыли! Не торопитесь с высказываниями, директор. Но Ива всё равно радовалась, что в неё – и во всех них, все команды – верили.
Когда овации стихали, Неизвестный продолжал:
– Вы не ослышались. Мы все – не только наши смелые экипажи – стоим на пороге абсолютно нового мира! Мира, который нам предстоит узнать!
Не было ничего столь важного для Черепаховой Академии, как знание. Истина. Ведь что ещё даёт свободу так, как это делает истина?
– Я рад, нет, счастлив, что каждый из вас собрался здесь и сейчас, чтобы поддержать наши экипажи. Прошли годы, и мы с гордостью хотим представить вам результаты наших трудов. Трудов ради вас, ради вашей новой жизни и ради тех знаний, которые мы готовы получить.
Ива бы и сама захлопала, если бы не стояла в строю. Но, признаться, она бы не сказала, что летела на край света для других. Ведь – она прекрасно понимала – ей хотелось новой жизни больше всего на свете.
– И, конечно же, мы с вами не смогли бы проложить новые дороги без них. Наших экипажей. Так поприветствуйте же их, осыпьте аплодисментами, хлопайте, как никому прежде не хлопали!
И тогда Ива впервые поймала на себе тысячи взоров. Знакомых и незнакомых. Восхищённых детей и полных надежды взрослых. Отчаявшихся и смотрящих в будущее. И для всех них она, Ива – путевая, что проложить путь в новую жизнь.
– Ива! Шагом! – процедил капитан Экс.
Ива только заметила, что от испуга она остановилась. Оглянувшись, она увидела за спиной бегающего взором Победоносца и нахмурившегося Джанта.
