выпуская из рук карандаша.
– Да, мы с вами очень разные. Мы – пять сестер из Рима. Наша жизнь – это дом и работа, мы выросли в магазине родителей. А вы – образованный модельер из Германии, объездивший весь мир… – начала Паола.
– Сумасшедший коллекционер редких книг, антиквариата и современного искусства, – добавил он с ухмылкой, которая вполне могла сойти за улыбку.
– Вы смотрите так далеко вперед, ваши работы настолько новаторские, что это вызывает опасения, что ваши модели будут плохо продаваться. Мы навели справки, – проговорила Анна.
– И правильно сделали, – согласился Карл.
– Мама научила нас не только соблюдать дисциплину, но и сводить дебет с кредитом. Всегда. В общем, мы решили сделать на вас ставку и надеемся с вашей помощью выйти на новый уровень, сделать рывок вперед – сейчас нам это просто необходимо. Мы вам доверяем, поэтому будем делать то, что вы сочтете нужным, – проговорила Карла торжественным тоном.
После этих слов Карл перевел взгляд на стоявших перед ним сестер:
– Дорогие мои Фенди, вместе с вами мы совершим революцию на рынке меховых изделий. Мы превратим скучный статусный атрибут в этакий парк развлечений. И для этой миссии нам требуется логотип… Что вы скажете о двух F? Одна перевернутая, а другая нет… Две буквы-подружки… Две F – это и начало вашей фамилии, и Fun Fur… Веселый мех. Над этим стоит подумать.
Сестры понимающе переглянулись. Вместе с Лагерфельдом они взорвут рынок меха.
– Мы внедрим инновационные способы отделки. Сегодня многие сочтут их странными, но в будущем их станут использовать все. Сейчас поясню. Например, мы можем выпускать из меха джемперы или юбки – легкий летний вариант, – сшивая материалы разной фактуры и цвета на манер пазла.
Ошарашенные Фенди не знали, что сказать в ответ.
– Я тоже подготовился к нашей встрече. Изучил историю вашей марки и ознакомился с качеством продукции. Когда меня спросили, хочу ли я с вами сотрудничать, я провел двое суток, изучая образцы и ассортимент, чтобы понять, с какой стороны подступиться к делу, в котором я не новичок, но еще и не ас. Я рискну за это взяться, но с одним conditio sine qua non[10]. Я хочу убрать подкладку, покрасить мех во все цвета радуги, подстричь его под ноль, покрыть настоящим золотом, заплести в косу. В общем, я похороню его под россыпью драгоценных камней, вышивкой и пайетками.
– Наш дом моды шьет не только норковые шубы, – напомнила Карла. – Мы готовы рискнуть.
– Знаю, поэтому и принимаю ваше предложение.
– Нас не пугают эксперименты. У нас целая армия мастеров, которые работали с нашими родителями с самого начала, с 1926 года. Свой опыт и знания они передавали новым специалистам, которых мы наняли, когда предприятие стало набирать обороты.
– Мне кажется, от меха, если говорить о высокой моде, веет Италией, – заметил Лагерфельд. – Я бы не стал шить шубы во Франции. Там нет ни хороших мастеров, ни ваших традиций выделки меха. Там материал в разы грубее.
– Да, у нас много возможностей, – проговорила Анна.
– Отличные условия для такого человека, как я, который рисует быстрее, чем говорит. Главное отличие между мной и другими – я все делаю сам, – пояснил Карл. – Работаю без помощников. Все модели, которые попадутся вам на глаза, – это мои оригинальные эскизы. У закройщиков не будет проблем ни с пропорциями, ни с деталями. Со мной легко работать. Меня интересуют не выгода и слава, а искусство и мода. Я работаю только с теми, кто мне нравится. У многих модельеров в наше время чересчур раздутое эго. Я бы даже сказал, что у большинства. И это проблема, большая проблема.
– Значит, мы сойдемся, – подытожила Анна Фенди.
– С тем контрактом, что вы предложили, это будут скорее свободные отношения, чем скучный брак.
Все рассмеялись.
– Чтобы творить, мне нужен свежий воздух и новые впечатления. Посадите меня в клетку, и от меня не будет никакого толку.
– Как ты уже знаешь, Ида, мода живет будущим. Модельеры готовят свои коллекции загодя. В сентябре показывают весенне-летние коллекции, а в феврале – для сезона «осень-зима». Теперь ты понимаешь, почему я торопила Карла с приездом? Он смотрит вперед, его коллекции опережают сегодняшние как минимум на два сезона! – воскликнула Карла, как только они с Идой остались наедине. С момента подписания контракта минуло несколько часов, и Карла с помощницей вернулись к работе.
Ида кивнула. Ей показалось, что между немецким модельером и сестрами Фенди пробежала искорка, которая в будущем обещает перерасти в длительное сотрудничество. Карл тотчас же перешел со всеми на «ты», в кругу сестер вел себя по-свойски, словно был членом семьи.
Карла Фенди присела за письменный стол, где несколькими часами ранее Карл набросал несколько эскизов. Не обнаружив на столе бумаг, Карла нахмурилась.
– Куда запропастились наброски Карла? – обратилась она к Иде.
Та, рассмеявшись, ответила:
– Я свернула их трубочкой и выкинула.
– Что?
– Они там, – проговорила Ида, указав на мусорную корзину.
Карла округлила глаза:
– Когда ты только успела? Черт, а я куда в этот момент смотрела? – буркнула Карла, переворачивая корзину вверх дном. – Их нужно найти… Все, что он выбрасывает, можно доработать и пустить в дело, – пояснила она, покраснев от смущения.
Ида подошла к Карле и опустилась на корточки. Вдвоем они принялись перебирать и аккуратно разворачивать смятые бумажные шарики.
– Нам нужно трансформировать эти замыслы в нечто, что превзойдет его ожидания. Только так мы сможем его удержать, – пробормотала Карла скорее самой себе, чем Иде.
– Насколько я поняла, его единственное условие – свобода действий.
– Ох, Ида! Да кто поймет этих гениев? – рассмеялась Карла.
– По его словам, гений – это ты, – ответила та с улыбкой.
– Если бы… Послушай, отнеси эти наброски в мастерскую, и пусть их хорошенько отгладят. Нужно предупредить его, чтобы впредь ничего не выбрасывал.
Взяв в руки эскизы, Ида окинула их беглым взглядом:
– Прости, что вмешиваюсь… Но они какие-то «дерганые»…
– Да, верно. Эскизы схематичны, но с правильными пропорциями, поэтому их можно смело использовать. Ты же видела, он зарисовывал их прямо при нас.
– Еще я заметила, что он комкал и выбрасывал набросок, если ему что-то не нравилось или когда ваша реакция не совпадала с его ожиданиями.
Карла кивнула.
– Поступим так. Пусть он их выбрасывает… Да, знаю, минуту назад я говорила, чтобы он ничего не выбрасывал. Однако перед его приходом хорошенько вытряхивай мусорную корзину, а после ухода собирай все до последнего клочка даже с пола, разглаживай и складывай в папку. Каждый день!
Ида закатила глаза:
– Ох уж этот безумный мир!
3
Монте-Карло,
14 марта 1983 года
– Да-да, я все быстренько сделаю… А сейчас пойдемте развеемся! – воскликнул Карл. – Я приглашаю вас в казино…
– Карл, мы выиграли тендер на пошив женской формы для римской дорожно-патрульной службы несколько месяцев назад! – возразила Карла. – Мы ждем твоих эскизов уже не первую неделю…
– Поэтому и нагрянули без предупреждения, – закончила фразу Анна.
– Я всегда вам рад, – ответил Карл, сопроводив свои слова нетерпеливым
