— Скорее всего я справлюсь, хозяйка, но Гай-ку может это сделать незаметнее и быстрее. Если позволите.
— Гай-ку?
— Тахира права. Мне проще.
— Тогда исполняй. Я хочу знать, что так расстроило нашего великана.
Радуясь тому, что Ино чуть раньше покинула зал, и не слышала всего происходящего, я отложила приборы. Из-за испорченного настроения в горло не лез больше ни кусочек.
Остаток дня я провела в комнате, за мелкими дулами, стараясь отвлечься, пока Гай-ку не принесет новости. От чего-то, это казалось очень важным. Не в силах спуститься в зал, я попросила подать ужин в покои, тем более, что Гирс так и не пришел в замок. Это не было в его привычках, что еще больше взволновало меня.
За окном уже стемнело, в замке давно погасили все огни, а я все еще стояла у окна, рассматривая гору при слабом свете луны.
— Княгиня? — тихий голос, едва различимый в тишине ночи, меня совсем не испугал. Я ждала Гай-ку, и, кажется, сумела почувствовать его присутствие за миг до того, как страж заговорил.
— Говори.
— Князь не одобрит. И командир будет зол, — тихо предупредил страж.
— Ты сейчас служишь мне? Или Гирсу?
— Вам, княгиня.
— Тогда говори.
— Отряд князя разделился на две части. Фарук с одной, и князь с другой, вылавливали шпионов. Пока командующего самого не окружили, заперев в одном из городов, недалеко от земель старика Йенса.
— Дальше. Почему это так рассердило Гирса? Пусть отправит отряд на подмогу князю.
— Он не может, хозяйка, — в голосе стража промелькнуло какое-то эхо вины. За окном все потемнело, скрывая горы во тьме.
— Почему?
— Потому, что Гирсу под страхом смерти запрещено оставлять вас без охраны.
— Но ты со мной.
— Приказ весьма четкий. Вся стража, что стоит в замке, предназначена только для одной цели — оберегать вас. Именно это и расстроило Гирса. Ослушаться он не может, но и бросить князя в такой ситуации для него очень тяжело.
— Оставь меня, — тяжело опустившись в кресло, я прикрыла глаза. Мое присутствие здесь, как оказалось, ставит под угрозу жизни сразу нескольких человек. Гирс. Если командир отправится спасать князя — лишится головы за неисполнение приказа. Мадис. Если Гирс не явится на подмогу, князя могут убить.
Ни тот, ни второй вариант меня не устраивали.
Запалив свечу, устав сидеть в темноте, я подошла к стене возле камина. Почему-то, хозьева замка решили побелить только ее, оставив все остальные натурально-песчаными. Мне категорически не нравилось видеть это белый цвет, словно стена предназначалась для чего-то иного, и ее просто забыли доделать.
Держа в одной руке свечу, вынув уголек из камина, я нерешительно нарисовала точку в центре стены. Я принесла одни сложности окружающим. Олив отправилась в какое-то таинственное место, получив титул принцессы и практически оскорбление. Рука, отступив от центра, нарисовала круг. Он был не очень ровный, но, кажется, нервное напряжение немного отпустило.
Сложности для Ола и Вивьен. Еще одно кольцо, замыкающееся вокруг предыдущего.
Смерть Шивин. Это кольцо я рисовала несколько раз, делая его толще, ярче на белой стене.
Проблемы для Мадиса. Если бы меня не нужно было вести в замок. Если бы не нужно было разделять армию. Еще кольцо. Тонкое, почти прерывистое.
Мучение для Гирса. Ни поехать, ни остаться. Нет приемлемого решения.
Или есть?
Уголек выпал из рук, так и не замкнув круг. В голове словно что-то щелкнуло. Решение было таким простым, таким очевидным, что я не понимала, как могла не придумать этого раньше! Едва не засмеявшись от облегчения, я вся обмякла, расслабившись. Ну, конечно.
Но сперва мне нужен отдых. Так как это самое слабое место в моем плане.
Приняв решение, я уснула на удивление быстро, хотя мне даже во сне казалось, что чего-то не хватает рядом.
Глава 34
— Нет. — Строго и немного резко возразил Гирс. Солнце еще даже не поднялось из-за гор, едва рассеивая тьму, а я уже стояла в комнате командира, намереваясь сломить упрямство этого великана.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да. И вы понимаете, что это единственный выход.
— За ослушание Мадис меня голым задом на кол посадит… Прости княгиня, за резкие слова, но так оно и будет, и княже будет прав. Не могу.
— Почему ты противишься? Я решение принимаю, мне и отвечать, — я стояла, уперев руки в стол и пытаясь казаться выше, внушительнее, что было бы смешно, если бы от этого не зависела жизнь князя.
— Нечего тебе делать в военном походе. Это не прогулка. И не дороги домой. Чтобы успеть, отряд должен идти с самой высокой скоростью, с остановками по три-четыре часа на сон. Сможешь ли ты вынести столько времени в седле? Да и в повозке? Ее будет трясти, как бочку со сливками, из которой потом масло достают. Твое здоровье и так слабо, а ты мне такое предлагаешь. — Сурово и непреклонно проговорил Гирс.
— Что будет, если Мадиса убьют?
— Не посмеют. Он князь.
— Уверен? Когда надо, и королей, и конунгов убивали, а ты о князе говоришь. Нет, Гирс. Мое здоровье куда лучше, чем было. Ино так откормила за прошедшие дни, что скоро платья трещать начнут, и сил хватает. Остановить меня ты не посеешь, так что выполняй свои обязанности. Собирай сопровождение, — я пыталась придать своему лицу самое грозное и решительное выражение, какое только могла, но на великана, кажется, это не произвело особого впечатления.
— Остановить я тебя не могу, это верно, — покачал головой Гирс, раздумывая. Несколько минут проведя в молчании, командир вынул со стеллажа карту, развернув на столе. — Если ты твердо решила, тогда давай попробуем сделать иначе. Если кругом, это дней пять. Долго. Ты не справишься, да и княже может не дождаться. Но, посмотри сюда.
На карете я не сразу нашла наш замок, окруженный горами. Тонкие линии дорог тянулись, как паутина, в разных направлениях, командир же показывал мне на тонкую, прерывистую линию, разделяющую горы на две части.
— Этот проход может провести нас за два дня. Но повозка там не пройдет, и часть пути предстоит двигаться пешими. Камни очень подвижны, особенно после зимы, и всадника не выдержат.
— Ты это не только что придумал, — ответила я, рассматривая карту. Не знаю, куда нам было нужно, но по прямой, конечно, всегда быстрее, нежели в обход. А в нашем случае значение имела толко скорость.
— Всю ночь думал, спать не мог. Еще днем отправил гонца в гарнизон, за конным отрядом и двоих разведать, в каком состоянии проход. Если зимой не было сильных обвалов, может получится.
— Тогда скажи мне, командир, — я вдруг рассердилась на этого честного и прямолинейного великана за все препирательства и споры, перейдя на более неформальное обращение, — зачем мне зубы столько времени заговариваешь?!
— Не хотел, чтобы ты знала, княгиня. Думал, так часть людей отправлю. Все же, какая-никакая помощь. Иногда один человек может изменить ход событий. — Было видно, что Гирс не испытывает мук совести, и твердо уверен в правильности своего решения. Вот только и я не сомневалась. Мне еще счастье с князем создавать, а если он умрет, с этим возникнут непреодолимые сложности.
— Когда прибудет отряд из гарнизона?
— К ночи могут сюда добраться. Но я приказал сразу к перевалу двигать, чтоб петли не делали. Подумай еще княгиня. Мадис зол будет.
— Зато жив. Когда мы должны выехать, чтобы успеть к перевалу?
Мужчина тяжело вздохнул. Скатал карту, убирая ее на полку. Поправил пояс, почесал бороду, явно не желая отвечать.
— Гирс!
— Два часа у тебя, княгиня.
Вернувшись в замок, с Тахирой, следующей по пятам, я влетела в кухню, где над чем-то колдовала Ино.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Мне нужно мужское платье, — без предисловий заявила я.
— Все у вас в покоях, княгиня. Вот еду собой соберу, и можете отправляться. Я вам еще одну сумку с лекарствами положила, мало ли что в дороге случится. — Спокойной и размеренно продолжая нарезать вяленое мясо, отозвалась женщина.
