Глава 42
По прилёту главной задачей было предоставить временное жильё Ипулари и её родителям, в чём мне помогла Керра, занимающая далеко не последнее место в правительстве. Благодаря ей вопрос решился довольно быстро, и вскоре дельфиденты смогли заселиться в одну из квартир.
Чтобы не спровоцировать шок-эффект, домой я прибыл один. Меня встретили очень радостно, я и не ожидал настолько тёплый приём. Мионна быстрее всех с разбегу запрыгнула на меня, как маленькая девочка, и прижалась, постоянно приговаривая, как же она соскучилась. Затем не менее приятно встретили и Гентла с Атрией, правда, они свои эмоции сдерживали. Линния была тем временем занята ребёнком, поэтому и вышла немного позже. В отличие от остальных скучать ей было точно некогда, но по взгляду всё равно видно, что она тоже рада меня видеть.
Когда мы собрались за столом, чтобы вместе пообедать, я без долгих вступлений рассказал про Ипулари, про то, что там случилось и как мы вообще оказались вместе. Мои ожидания насчёт реакций девушек подтвердились, удивила только Мионна. Я, конечно, не мог знать, о чём она думает, но почему-то кошечка заинтересовалась дельфинодевочкой, желая скорее с ней познакомиться. У меня даже временный ступор случился: не знал, как реагировать и нормально ли это. Может, Мионна что-то дурное задумала?
Тем же днём я устроил им встречу, во время которой и сам был всегда рядом. К моему удивлению, они с первой же минуты начали ладить, общаясь ментально и знакомясь всё ближе и ближе. Мне даже показалось, что я лишний, и им без меня друг с другом интересно, но когда предложил побеседовать без моей компании, обе запротестовали. Пожав плечами, продолжил гулять с ними.
Вопрос с водой для дельфидентов решили ближе к вечеру. Чтобы Линния смогла освободиться, она была вынуждена доверить ребёнка Атрии, так как именно её считала самой подходящей. Я же отправился с ней в качестве помощника на Земле, который может подсказать, где можно взять побольше воды с минимальным ущербом для водоёма. Собственно, нам и не требовалось очень много воды, по крайней мере, пока. Всего-то стоило заполнить небольшой бассейн, а потом, в будущем, может быть, сделаем нечто большее, но это уже не так уж важно.
Первое время, разумеется, я проводил больше с Ипулари. Мы гуляли по городу: она знакомилась с местными правилами, изучала традиции, историю. Я и сам-то знал не всё об этом мире, так что и мне было полезно. Но чем больше времени мы находились вместе, тем сильнее меня тянуло к ней уже в сексуальном плане. Мне не хватало одних лишь редких поцелуев, а она, казалось, и виду не подавала, что хочет сблизиться по-взрослому. Ситуаций подходящих тоже не бывало. Мой интерес подогревало быстро проходящее время, ведь прошла почти неделя, а у нас так ничего и не случилось. Да и слова Ферокса о том, что в постели нет никого лучше, чем дельфинодевочки, не давали покоя по сей день.
Ждать ещё неделю я не стал, даже несмотря на то что Ипулари едва ли не прямо дала понять, что она ещё не готова. Не готова сегодня, завтра, послезавтра — это может длиться слишком долго, если не поднажать. И поднажать, конечно же, должен я, поэтому пригласил её на прогулку к одной из эфирных чаш, объясняя тем, что там мы можем быть наедине, что там красивая природа и просто идеально подходящее место для двоих. Не понять такой намёк, особенно с умением читать мысли, она просто не могла, при этом согласилась. Значит, да.
За неделю Ипулари довольно неплохо научилась говорить на местном языке, пусть и с ошибками, акцентом. Чтобы со временем приобрести навык свободно общаться, она разговаривала со мной вслух, стараясь как можно реже использовать мыслеобразы. Вот и теперь, когда мы шли к одной из чаш, дельфинодевочка обратилась ко мне:
— Фьортис, дъёлго нам ещё идти?
— Не совсем, — сразу ответил я. — По идее, чуть-чуть осталось.
— Хорошьо. Как твоё развитие идьёт?
— Я пока этим не занимался. Третий этап способности, конечно, интересен, но не настолько. И я очень надеюсь, что в боевых действиях мне не понадобится больше пользоваться ничем подобным.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да, мне тоже хотьелось бы, чтоб всё было порядком.
— В порядке, — поправил я её и улыбнулся. Забавно слушать, как она старается научиться говорить идеально. Но не всё сразу.
— Точнё, в порядкье.
Как я и говорил, до чаши нам оставалось всего-ничего.
Когда мы наконец добрались, Ипулари с интересом разглядывала чашу и всё, что её окружало. Конечно, и на планете Бититуд необычно красиво, но и здесь своя, особая атмосфера, которая мне всегда нравилась. Чувство уединённости с природой, комфорт, уютная обстановка и отдых от насущного — это бесценно.
— Ну что, искупаемся? — задал я, как мне казалось, риторический вопрос, и снял с себя футболку.
— Нье знаю, — растерянно ответила Ипулари, глядя на меня. — А мне можна?
— Конечно можно. Раздевайся.
Она не стала долго сомневаться и довольно быстро освободила себя от верхней одежды. На ней остались только лифчик и трусики тёмно-синего цвета, из-за чего сливались с цветом её кожи — светло-голубой. Если смотреть издалека, Ипулари и вовсе покажется полностью обнажённой. Эта мысль позволила разыграться фантазии, признаки чего стали явно проявляться ниже пояса. Из-за этого я поскорее залез в чашу, приглашая за собой Ипулари. И только тогда до меня дошло, что вместо ног у неё начнёт трансмутироваться хвост. Конечно, и там, скажем так, было куда, но к такому экстриму я просто психологически не готов.
Наконец Ипулари погрузилась в чашу, улыбнулась и поплыла на другую сторону.
— А в водье я себя по-другому ощущалъя, — прокомментировала она первое впечатление.
— Ну да, это ведь всё-таки святой нектар, как зовут эту жидкость местные. Но согласись, здесь приятно. Кстати, — я начал подплывать к ней, — хвост уже начал появляться?
— По ощущениньям — нет. Я думаю, не будьет его. Всё дьело в етом нектаре. Не вода он.
Вполне возможно, ведь у дельфидентов особенный организм. Значит, можно действовать прямо сейчас. И так ждал столько времени.
Подплыв к Ипулари, я на пару секунд задержал взор, глядя ей прямо в глаза, и не спеша поцеловал, легонько прижав её к каменному канту. Она упёрлась руками в мою грудь, чуть-чуть отталкивая. Так, что-то не нравится мне это. Я прекратил целовать.
— Что не так? Ты не хочешь?
— Всьё так неожиданно, — замялась дельфинодевочка.
Стоило мне глубоко вздохнуть, Ипулари продолжила:
— Ньет, я… как… Я хочу, но… должна тебье кое-что рассказать.
— Рассказывай, раз должна.
— Это про то, как мы любим. Ну, ты будьешь действовать, как ты привык, а со мной нъадо нье так.
Вовремя сообщила, ибо я догадывался, что они в сексуальном плане могут отличаться, но из-за нетерпения совершенно забыл об этом.
— У вас это называется прелюдьия, — неловко озвучила она свою мысль.
— А, так вот ты о чём. Ну вообще-то я и собирался постепенно всё делать, тебя не торопил. Да ты и без меня можешь всё узнать, если надо.
— В последнее времья пытаюсь не читать твои мысльи. Это неправильнё.
— Об этом потом поговорим, ладно? Чтобы всё было хорошо, предлагаю так: ты будешь подсказывать, что тебе нравится больше всего, тогда и мне будет проще. У меня же не было ещё такого опыта.
— Массъяж, — коротко произнесла Ипулари.
— Массаж? Я не массажист, но попробую.
— И ещьё руки, плечи. Вот. — Она провела ладонью по левой руке, сделала акцент на плавничке, находящемся близ локтя. — Здесь люблью тоже.
— Даже так, — удивился я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Да, — закивала дельфинодевочка.
— А остальные места, которые являются эрогенной зоной у многих девушек любого вида? К ним ты равнодушна разве?
— Ньет, но это потом.
— Ты такая забавная, когда говоришь вслух, — не сдержался я и вновь обнял её, поцеловав. Хлопая ресницами, она расплылась в улыбке. — Давай вылезем и расположимся на мягкой траве, там и попробую массаж сделать.
