Читаем без скачивания Ковчег - Андрей Ливадный

Эта мысль не вызвала у Рогмана такого прилива ненависти, какую продемонстрировал воин. Что-то сгорело в его душе. У него не осталось жгучего желания крови. Наверное, там, под землей, на перепаханном механическими ногами поле ее оказалось в избытке…

– Знаешь, Бриан, я не думаю, что кто-то уничтожил наших предков… – внезапно произнес он.

– Почему? – прищурился воин.

– Ты видел Сумеречную Зону моими глазами… Скажи, сделать такое под силу зверозубым или этим, хавронам?

– Нет, конечно!.. – презрительно фыркнул Бриан и вдруг осекся, осознав, о чем говорит Рогман.

– Тогда кто? – спросил блайтер, и от этого вопроса у воина неприятно засосало в груди.

Кто перекорежил Мир, ввергнув народы, каждый из которых свято хранил предания о некоем «золотом веке», в пучину регресса, войн, ненависти друг к другу? Кто смешал разделенные ранее расы в единую враждебную, противоречивую, дремучую популяцию? И какие истинные события истории отражают легенды о «великих воинах», якобы уничтоживших властителей этого Мира?

– Знаешь, Бриан, раньше я думал, что Мир разрушили сами Боги… – признался Рогман. – Тогда я еще не знал, что они, вероятнее всего, наши с тобой предки. Мне казалось, что они всемогущи и могут существовать… ну как бы вне этого Мира, понимаешь? Теперь я знаю, что это не так… Боги не могли никуда уйти, значит, не их воля изуродовала подземелья……

– Ты думаешь, есть кто-то еще? – затаив дыхание, предположил Бриан, испытывающе глядя на блайтера.

– Есть… – после некоторого раздумья некрасиво усмехнулся Рогман. – Я бы назвал это судьбой… Случилось что-то страшное… но в этом не виноват никто. А легенды о схватках с Богами, видимо, появились позже, когда наши предки, которые когда-то правили этим Миром, оказались в общем котле истории со своими бывшими подопечными.

– Зачем ты мне это говоришь? – внезапно с непонятным ожесточением поинтересовался Бриан. – Я и так уже запутался дальше некуда… – с трудом подавив в себе вспышку раздражения, признался он, кинув косой взгляд на застывшую фигуру металлического истукана.

– Нет смысла ненавидеть… Кто-то из нас однажды должен остановиться, встать чуть выше этого, взглянуть на Мир без злобы, что застилает глаза.

– Зачем? – упрямился Бриан. – Сколько ни бейся, а тот же зеленый не станет жрать с твоей ладони, скорее отхватит тебе пальцы! – с досадой констатировал он. – Ты не вернешь в Мир утраченный Золотой век, Рогман. Слишком долго длилась эта тьма… Мне кажется, что историю не повернешь вспять!

– Я знаю, – дрожащим голосом ответил блайтер. – Но, может быть, речь идет не о возврате Золотого века? Знаешь, о чем я подумал, глядя на него? – Рогман вдруг безбоязненно коснулся покатого плеча металлического человека, который продолжал сжимать в кулаке торчащий из стены черный шланг. – Он пришел сюда что-то сделать… И не смог. Его убили. Не смог он, не смогли еще сотни таких же… Но они пытались… – Рассуждения блайтера казались сбивчивыми, недосказанными, он говорил скорее интуитивно, чем осознанно, но Бриан даже не попытался возразить. Иногда он просто не понимал Рогмана. Казалось бы, столько унижения, боли, бесчеловечного отношения к себе вытерпел тот, выполз в конце концов на свет из мрачных подземелий, и что? Что он должен испытывать к разношерстной толпе полудиких ублюдков, каждый из которых с наслаждением бьет себя в грудь и кричит, брызжа слюной: это я, я истребил твоих предков!

В понимании Бриана была только одна цель, которая могла оправдать их безумную экспедицию сюда. Если там, над хрустальным небом, которое подпирают верхние этажи пирамидальной башни, действительно живет некий дух поверженных в забвение богов, спящая многие века сила, которая может называться как угодно – хоть «военный контроль», хоть «кибермозг», хоть сама Пресветлая Кимпс… пусть бы она проснулась, чтобы выслушать своих потомков, и стерла в порошок тех, кто осмелился глумиться над людьми…

Все эти чувства были сейчас ясно написаны на лице воина, и Рогман не собирался с ним спорить. Совсем недавно он мыслил точно так же.

– Пойдем, – попросил он. – Нужно подняться наверх, узнать, что там кроется на самом деле, тогда и станем решать, как быть дальше.

– А он? – Взгляд Бриана метнулся к изрешеченному железному человеку.

– Пусть стоит. Мы не можем ему помочь.

Странник кивнул. Ему все меньше и меньше нравилась их затея, но отступать было поздно. Оставалось одно – идти вперед, этаж за этажом, пока не случится одно из двух – либо они достигнут верхних уровней и тогда перед ними, наверное, приподнимется некий полог висящей над Миром тайны, либо они столкнутся с неодолимым препятствием и тогда придется повернуть назад.

В душе Бриан не знал, какой выход понравился бы ему больше. Он испытывал множество незнакомых доселе чувств, и, шагая вслед за Рогманом по хрусткому ковру обломков, усеивавших пол коридора, он нет-нет, да и оглядывался через плечо на застывшую в отдалении фигуру металлического человека.

Бриан никак не мог отделаться от ощущения, что тот смотрит ему вослед своими выпуклыми черными глазами-стеклышками.

Кем бы ни был автор письма, адресованного далекому предку Бриана, но в своих умозаключениях этот древний воин оказался абсолютно прав: по прошествии веков этажи башни казались полностью покинутыми, мертвыми, и лишь многочисленные свидетельства бушевавших тут битв покрывали пол, стены, потолки помещений незаживающими отметинами.

У Рогмана создалось ощущение, что отсюда на простор среднего Мира (так он мысленно окрестил земли, которые были освещены несколькими солнцами) пыталось вырваться нечто воистину ужасное и разрушительное.

То, что этой слепой силе противостояли именно люди, не вызывало никаких сомнений.

Несколько раз на протяжении вереницы нескончаемых залов уровня им попадались истлевшие в прах останки человеческих тел. Рогман шел, глядя на безобразные, черные по краям дыры, что зияли во многих местах, указывая на расположение неких устройств, которые раньше висели на стыке потолка и стен. Сейчас от них остались давно застывшие потеки железа да обугленные провода. Что это могло быть, он даже затруднялся представить.

Если бы не обломки от превращенной в хаос мебели, сорванные с петель двери, разбитые стеклянные перегородки, то помещения, по которым они шли, носили бы вполне осмысленный характер. Здесь все казалось намного очевиднее, понятнее, чем в Сумеречной Зоне. Внутри башни практически отсутствовала ржавчина, не было заметно ни слизи, ни лишайников, ни каких-то иных проявлений процветающей на останках былого примитивной жизни.

Выход на следующий ярус башни обнаружился неожиданно. Ни Рогман, ни тем более Бриан не представляли, что именно они должны искать. Те видения, что посещали блайтера в пещере нетопырей, не могли стать существенным руководством к передвижению внутри башни – то, что он видел в своем сне, скорее всего существовало где-то наверху, в заоблачных высотах. Здесь же, в лабиринте коридоров, им приходилось разыскивать путь самим.

Следуя выработавшейся в Сумеречной Зоне привычке, Рогман старался держаться наиболее широких проходов, не отвлекаясь на тупиковые комнаты или узкие боковые ответвления. Такая тактика рано или поздно должна была принести свои плоды.

И она принесла…

Двое путешественников оказались на пороге огромного зала с множеством выходов по периметру. В центре необъятного помещения располагался столб, и, чтобы обойти его, понадобилось бы как минимум полчаса ходьбы.

Поверхность столба покрывали раздвижные двери подъемников. Одни были совсем узкими, способными пропустить в себя разве что человека, другие же, наоборот, казались громадными, предназначенными скорее всего для таких монстров, которые совсем недавно под руководством зеленокожих двалгов пытались атаковать человеческий поселок.

Рогман сразу же понял, что этот столб является стержнем, основой башни. Он наверняка пронзал пирамидальное сооружение снизу доверху. Беда заключалась лишь в том, что он еще не встречал в свою бытность блайтером ни одного работающего подъемника Древних. «Хотелось бы верить, что тут, в башне, все не так, как в Сумеречной Зоне…» – подумал Рогман, глядя на необъятную колонну.

– Может, устроим привал? – спросил Бриан, окидывая подозрительным взглядом открывшееся их взору помещение.

Рогман был не прочь, он уже едва передвигал ноги, но любопытство в нем оказалось сильнее усталости.

– Давай сначала обойдем вокруг столба, – предложил он. – Мне кажется, что мы у цели. Быть может, здесь найдется ведущая наверх лестница?..

Бриан возражать не стал. За несколько часов монотонной ходьбы он уже успел свыкнуться с исковерканными интерьерами прошлого. В его воображении башня постепенно утрачивала свой пугающий, мистический ореол.

– Добро… – согласился он. – Разделимся?