Содержимое разлили по канистрам, отправив три емкости командованию бригады. Одарили и мадьярку. Ну и сами, конечно же, сняли пробу — прекрасное вино! Я распорядился передать его остатки под личную ответственность зампохоза и выдавать только раненым и больным. Гвардейцам хватит и законных «наркомовских».
Конец марта. Наступление частей 9-го гвардейского мехкорпуса в северо-западном направлении продолжается. Передовые его бригады вышли на подступы к границе с Австрией. Взяты города Шопрон и Сомбатхей. Разведка еще раньше донесла о том, что в приграничных с Венгрией районах находятся австрийские регулярные части и погранзаставы. Нами был получен приказ в случае оказания сопротивления со стороны австрийских войск поступать как с вероятным противником.
События, к счастью, развернулись совсем по-иному.
5 апреля северо-западнее Шпрона нас встретили австрийские парламентеры с белыми флагами. Они сообщили, что их части готовы пропустить советские наступающие войска на территорию Австрии без боя, чему мы были очень рады. Мало того, мы получили от них приглашение на завтрак. Действительно, в нескольких сотнях метров впереди дымились полевые кухни, горели костры. Я дал согласие на званый завтрак, приказав оставить в «Шерманах» по два человека, а остальным идти в гости. Через час произвели смену экипажей. Австрийское армейское меню нам понравилось, но более ценной оказалась информация о группировке гитлеровцев в городах Маттерсбурге и Винер-Нойштадте, полученная нами от хозяев угощения и пограничников.
Николай Богданов, хорошо знавший немецкий язык, по моей просьбе выяснил у австрийцев состояние дорог южнее Вены; расположение оборонительных позиций немецких войск в этом районе; силы и средства фашистов в столице. Австрийские командиры щедро поделились с нами сведениями, имеющимися в их распоряжении, которые пригодились гвардейцам в последующие дни. Такая откровенность австрийцев окончательно убедила нас в их лояльности к Советской Армии, что подтвердилось в дальнейшем отсутствием стычек с местными гарнизонами при наступлении на Вену. Наша дружеская кратковременная встреча закончилась взаимным обменом подарками: мы дарили трофейный шоколад, американскую тушенку, водку и сало, а нам преподнесли в основном различные фрукты, овощи и вино.
Особенности материально-технического, и в частности продовольственного, обеспечения в Хингано-Мукденской операции, проводившейся в августе-сентябре 1945 года, вытекали из тех своеобразных природных условий, в которых пришлось действовать танкистам.
Когда части 9-го гвардейского мехкорпуса находились в районе Чойболсан, хозяйственники бригады установили тесный контакт с монгольскими скотоводами, державшими в этом районе на выпасе десятки тысяч голов овец и лошадей. Договорились о взаимовыгодном обмене — мы давали аратам различные крупы, сахар, чай и соль, а взамен получали свежее мясо, по которому очень соскучились, наевшись свиной тушенки за два года войны по горло.
В ходе наступления в пустыне Гоби и в Предхинганье у нас всегда было горячее трехразовое питание, о котором мы позаботились заранее. Запасы дров разместили на автотранспорте, танках и тягаче, а за два дня до начала операции засолили в бочках около 300 кг баранины, которая нас хорошо поддержала до выхода на западные склоны хребта Большой Хинган. Там из-за отсутствия бензина все автомобили батальона пришлось оставить, взяв с собой в переход через горы только медицинскую машину. Продукты разместили в танках и на тягаче, прицепив кухню, как и на Украине, к «Шерману».
Переход через перевал Коробонлин в западной части Большого Хингана выдался очень трудным. Первые километры горной дороги показали, что в таких сложных условиях горячую пищу готовить не удастся, поэтому я разрешил экипажам расходовать НЗ. Возимые сутодачи были под рукой, их мы используем, когда преодолеем горы, а сейчас главным было движение вперед и сохранение физических сил гвардейцев.
Под городом Лубэй, когда подразделения бригады ждали подвоза горюче-смазочных материалов трое с половиной суток, мы сразу же наладили нормальное питание. Зампохоз приобретал, а вернее, поскольку у нас не было местных денег, на тушенку и крупы выменивал почти полуметровые китайские огурцы, лук, помидоры.
Вскоре кончился запас дров, которые мы везли для кухни, а достать древесину или уголь на Центрально-Маньчжурской равнине было практически невозможно. Хозяйственники вожделенно поглядывали на притороченные к каждому танку два бревна-самовытаскивателя длиной от 4,5 до 5,5 метра. Гвардии старший лейтенант Сергей Смирнов попросил у меня разрешения взять несколько этих кругляков для приготовления еды, заставив меня задуматься: «Топливо для кухни нужно, а если на предстоящем маршруте попадутся болотистые места? Ведь бревна, это немудреное средство, неплохой помощник при преодолении таких тяжелых участков — знаем по богатому «западному» опыту». В конечном итоге я принял решение, устраивающее и экипажи, и хозяйственников, приказав на каждый «Шерман» оставить одно бревно длиной 3,5 м (ширина танка 2865 мм, так что такой длины должно хватить), а остальное отпилить, расколоть и передать на кухню.
С 16 августа, как стало известно позже, для частей 9-го гвардейского мехкорпуса наступил заключительный этап операции. Пройдя от Лубэя и до Мукдена за пять суток на сухом пайке, мы были остановлены. Правда, у нас в изобилии имелись огурцы, как свежие, так и малосольные, которые приготовили в канистрах, освободив последние от запаса пустынной воды; помидоры и лук. Такая «приправа» помогала с аппетитом съесть и сухой кусок колбасы. И еще в рационе появились яйца, которые круто сварили перед выходом на марш. Их хватило, по крайней мере, на двое суток. Уже потом мы узнали неплохой китайский рецепт — круто сваренные яйца на несколько дней помещают в крепкий рассол, после чего их можно хранить продолжительное время. Вот только содержимое яйца имеет темно-синий цвет, что для европейского человека несколько необычно.
Прикрой, дымок!
Однако вернемся на запад. После взятия Вены подразделения 46-й гвардейской бригады несколько дней находились во втором эшелоне 9-го гвардейского мехкорпуса. Это позволило экипажам немного отдохнуть, расслабиться, помыться в бане. Штабы различных уровней оформляли наградные материалы, отправляли родным погибших «похоронки» и денежные переводы. Последнее, думаю, нуждается в пояснении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
