забытое нами время ты часто у меня бывала, — прозвучало словно бы с явным намеком.
Но я не стала развивать эту тему. Тем более как раз чайник вскипел, а перенервничавшей мне уж очень хотелось банально спокойного чаепития.
— Твоего чая не осталось, извини, так что будем пить, что есть, — Руслан по-джентельменски налил мне черного чая, даже спросил, может, есть хочу. Но я лишь покачала головой.
Дальнейшие несколько минут прошли в молчании. Я старательно избегала взгляда Руслана, но не потому, что меня смущало столь пристальное внимание, а потому, что пыталась сосредоточиться. Да, я отчетливо ощущала, что вот так вот нам с ним сидеть у него на кухне явно не впервой. От самой этой вроде бы обыденной ситуации веяло уютом, умиротворением и даже будто бы тихим счастьем. Но в то же время я ясно чувствовала и другое. Пропасть. Словно бы громадную пропасть между нами. Незримую, неосязаемую, но, без сомнений, существующую. И я никак не могла понять, что же это такое. Видимо, ответ таился в забытом времени.
— Карин, — Руслан прервал мои размышления.
Я подняла на него глаза.
— Знаешь, — продолжал он, не сводя с меня задумчивого взгляда, — а ведь талисман бы не соединился сам по себе даже при благоприятных для этого обстоятельствах, он слишком завязан на наших эмоциях. То есть мы вполне могли сами в итоге решить оставить его расколотым. И именно потому он по-прежнему разделен, хотя мы с тобой наверняка уже…
— Полянский, что за бред! — я в порыве возмущенных эмоций взмахнула руками и случайно на себя чашку с чаем опрокинула. Благо, тот уже был остывший.
— А что тебя так возмущает? — Руслана даже позабавила моя реакция. — Я лишь сделал вполне логичный вывод.
— То, что мы с тобой могли бы докатиться до… в общем до такого, это ни разу нелогично! — я схватила кухонное полотенце и тут же досадливо повесила на место. Толку протирать, чай щедро полил и мою футболку, и джинсы.
— И чем же нелогично? — Руслан был прямо само снисхождение, мол, так и быть, попытайся мне доказать.
— Тем, что я другого люблю, — буркнула я. — И вообще, телепортируй прямо сейчас меня домой.
— Сбегаешь от разговора? — смотрел на меня с чуть насмешливой улыбкой.
— Если ты не заметил, я чай на себя пролила. А ходить вот так мокрой мне совсем не нравится, — я пыталась говорить спокойно, не показывая истинные эмоции.
— И в чем проблема? — Руслан и бровью не повел. — Ванная, думаю, ты и сама прекрасно знаешь где. А во что переодеться, я тебе дам.
— Телепортируй меня домой, — упрямо повторила я, уперев руки в стол.
Руслан тоже встал, точно так же упер руки в стол с другой стороны и наклонился ближе к моему лицу.
— Нет, — довольно улыбаясь, едва не касался губами моих губ.
Я тут же отпрянула назад, а Руслан невозмутимо добавил:
— Извини, но я не позволю тебе сбежать от этого разговора. Так что никакой телепортации, и дверь я запер. Считай, ты похищена до утра. Мне нужна правда о забытом времени, а без тебя я не смогу восстановить картину полностью.
— Толку от меня, если я точно так же ничего не помню? — мрачно возразила я, скрестив руки на груди.
— Да уже одна твоя реакция говорит о многом, — для него все будто бы было очевидно.
— И о многом — это о чем? — с вызовом спросила я.
— Хотя бы о том, что насчет соединения талисмана я, скорее всего, угадал, — вот явно снова меня провоцировал.
Но я кое-как сдержала эмоции.
— Нет. Этого точно быть не могло.
Хитро улыбаясь, Руслан решил таки меня добить:
— Ну так не вопрос, можно провести следственный эксперимент. А в процессе уже будет понятно, ощущалось именно такое раньше или нет.
Я швырнула ему в лицо кухонным полотенцем. А этот гад смеялся! Вот специально же меня доканывал! Так под аккомпанемент его смеха побагровевшая то ли от гнева, то ли от смущения я протопала в ванную, напоследок буркнув:
— Вещи мне переодеться принеси, раз уж домой отпускать не собираешься.
Мало того, что в мокрой одежде было некомфортно, так еще и футболка стала полупрозрачной и липла к телу — а ходить в таком виде меня вот нисколько не прельщало. Правда, и Руслан предоставил мне перспективу не особо лучше: выделил одну из своих рубашек. Еще и с насмешливым комментарием:
— Я же знаю, что у тебя к ним прямо любовь.
Злая я в ответ искренне попыталась прищемить его дверью ванной комнаты, но гадский Полянский успел ретироваться. А я закрылась и переоделась. И пусть рубашка сошла мне за коротенькое платьице, вид все равно был не особо приличный.
Но что самое странное, я не могла долго злиться. Все негативные эмоции почти сразу же улетучивались. Это было ужасно нелогично, но сейчас я чувствовала себя даже счастливой. Вдобавок накатывало все то же ощущение дежавю. Наверное, Руслан нарочно настоял на том, чтобы я у него осталась. Просто создавая нужные условия, хотел проверить, как будут проявляться воспоминания. И пусть лишь в мелочах, но пока это вполне срабатывало.
Когда я вошла в зал, Руслан сидел на диване и с кем-то разговаривал по телефону. Верхний свет не горел, лишь настольная лампа. И погруженная в полумрак комната моментально настраивала на романтический лад. Я даже головой тряхнула, чтобы отогнать наваждение. Да что со мной такое? Почему так штормит? Я же люблю другого, но рядом с Русланом почему-то это чувство уходит на второй план, будто этой любви и нет вовсе.
— И когда конкретно?.. Завтра уже?.. Хорошо, без проблем, — Руслан мельком бросил на меня взгляд и попрощался с собеседником. — Ладно, давай. Завтра созвонимся.
Я присела с другого края дивана и решительно спросила:
— Руслан, это ты ведь мне телефон купил?
— Нет, — он был сама невозмутимость.
— Как это нет? — нахмурилась я. — Я же точно знаю, что ты!
— А я точно знаю, что не я, — скрестив руки за головой, он расслабленно откинулся на спинку дивана. — Будем считать, что это Дед Мороз, — смотрел на меня с хитрой улыбкой, — не застал тебя в Новый год дома, ты же в Гай-Кодзоре была. Вот потому и получила от него подарок слегка с запозданием. Или это вообще твой старый телефон вдруг нашелся. Да и какая разница, Карин? Главное, что до тебя теперь хоть дозвониться можно. Ну и ты, если что, традиционно ошибешься номером, — он хмыкнул.
— В этот раз я точно случайно, — я все же не удержалась от улыбки
