– А мне кажется важным узнать, зачем на базу приехал Гриша. Он же тоже не любит охоту. Заварин сказал, что у него какая-то семейная трагедия. И я слышала, как он разговаривал по телефону, интересовался здоровьем какой-то женщины. Спрашивал, кормят ли ее насильно. Он был очень расстроен. Очень.
– Мне кажется, это что-то личное.
– Все равно. Мы должны знать все, потому что иначе никогда не сведем концы с концами. Александр, давайте я напишу письмо Инне Полянской, я же сохранила ее адрес, и попрошу узнать. Ну пожалуйста!
– Любопытство сгубило кошку, – пробормотал Аржанов, но, видя Златино решительное лицо, кивнул: – хорошо, тот, кто владеет информацией, владеет миром. Может быть, это и в самом деле окажется полезным.
– У вас есть ноутбук?
– Да, сейчас принесу. – Аржанов вскочил со шкуры и потянулся. – Заодно тоже кое-что проверю. Заприте за мной дверь и открывайте только мне, больше никому, даже Светлане.
Вернулся он довольно быстро, и лицо его было задумчивым больше обычного.
– Вот. – Аржанов протянул Злате маленький ноутбук, и она, посмотрев на надкушенное яблочко на крышке, невольно усмехнулась. Этот человек не признавал полумер. – Пишите ваше письмо. Я еще фруктов захватил. Вы же вчера без ужина остались. А до завтрака, – он посмотрел на часы, – еще час минимум. И вот что, Злата… Я не хочу вас пугать, но все же. Я убежден, что вчера вас хотели убить.
Подняв глаза от монитора, она ошарашенно посмотрела на него.
– Дело в том, что вчера я не просто так спрашивал вас про ботокс. В вашей ванной комнате я нашел две ампулы и шприц. Вы сказали, что у вас ботокса не было. У меня оставались два флакона, которые врач дал мне про запас. Я проверил, сейчас их там нет. Значит, кто-то украл у меня токсин, который потом очутился в вашей комнате. Вас ударили по голове очень несильно. Но достаточно для того, чтобы, пока вы лежите без сознания, сделать вам укол.
– Очень сложно, – с сомнением проговорила Злата. – Вот вы знаете, сколько надо вколоть, чтобы гарантированно убить человека? Я, к примеру, не знаю. И куда нужно сделать укол – в мышцу или в вену? И много ли кто способен попасть в вену, даже если человек находится без сознания?
– Это несложно – и знать, и попасть в вену, если у тебя есть медицинское образование, – задумчиво ответил Аржанов.
– То есть меня хотел убить Костромин?
– Или Заварин.
– Костику-то это зачем? – простонала Злата. – Ну не думаете же вы на полном серьезе, что он убил Громова из ревности, а теперь еще, чтобы замести следы, готов убить и меня?
Какое-то смутное воспоминание шевельнулось у нее в голове. Она замолкла на полуслове и зажмурилась.
– Что случилось? – испугался Аржанов.
– Ничего. Я просто думаю. Флаконы. Флаконы ботокса. Когда мы были в бане, я перепутала халаты. Они же все одинаковые, белые. Я надела халат, а в кармане что-то звякнуло. Я вытащила ампулы и решила, что этот халат ваш. Я же знала, что вам кололи ботокс. Поэтому я быстро переоделась. Получается, что к тому времени флаконы уже украли из вашей комнаты. Значит, нам нужно вспомнить, кто выходил из бани и кто мог слышать наш разговор про ботокс.
– Слышать могли все. Вы не особенно церемонились, – мрачно сказал Аржанов. – Да и сбегать втихаря ко мне во флигель тоже мог кто угодно. Все ходили туда-сюда. К реке, в свои комнаты. Так что тухлый номер.
– И еще, когда я пошла получать почту от Инны Полянской, интернет на компьютере в кабинете внизу был открыт на вкладке яндекса. Там кто-то искал информацию про ботокс. Я подумала, что это вы, закрыла вкладки и открыла почту.
– Я не пользуюсь компьютером в кабинете для гостей. И не черпаю информацию о лекарственных средствах в сомнительных источниках. Советуюсь с профессионалами, хотя сейчас мне придется отступить от своего правила.
– Зачем? – не поняла Злата.
– Затем, что я хочу понять, можно ли убить взрослого человека, имея на руках два флакона с токсином. Дайте ноутбук.
Минуты три он сосредоточенно щелкал по клавишам, Злата завороженно следила за его быстро мелькающими пальцами.
– Вот, нашел. – Он удовлетворенно откинулся на стуле и засмеялся от хорошо проделанной работы. – Смертельная доза ботулотоксина составляет 1 нанограмм на килограмм веса. Сколько вы весите, Злата?
– Пятьдесят четыре килограмма, – чуть смущенно пробормотала она.
– Овечий вес, – колко прокомментировал ее смущение Аржанов и снова углубился в расчеты. – Значит, для вас убойная доза – это 55 нанограмм. Один флакон на 100 единиц, а именно такие мне привезли из областного центра, содержит 5 нанограмм активного вещества. Это значит, что, если бы вам ввели раствор одиннадцати флаконов, то мы бы с вами тут сейчас не разговаривали. У вас бы наступил паралич дыхательных мышц.
– Но флаконов же было всего два.
– Убийца мог этого не знать. Вы могли спугнуть его тогда, из библиотеки. Или он хотел хотя бы попробовать. Может быть, вы бы не погибли, но вас бы парализовало. Или перекосило. Или не знаю, что еще. По крайней мере, ближайшее время вы бы точно были заняты собой, а не им.
– Тогда почему он не сделал мне этот укол? – чуть дрожащим голосом спросила Злата.
– Потому что на этот раз его спугнул я. Он увидел в окно фары моей машины, потом услышал, как хлопнула дверь. Он наверняка слышал ваш телефонный разговор со мной, а потому понимал, что я собираюсь подняться к вам для разговора. И сбежал. Когда я подходил к зданию, я видел тень, стремительно удаляющуюся в сторону берега.
– Вы совсем не разглядели, кто это? – Голос Златы прозвучал с жалобной надеждой.
– Нет.
– Яснее не стало, – задумчиво констатировала Злата. – Да еще кулон этот дурацкий пропал. Как вы думаете, имеет он отношение к убийству?
– Не знаю, – честно ответил Аржанов. – С одной стороны, очень все сложно. А убийство – это на самом деле такая простая конструкция… – Злата возмущенно фыркнула. – Правда-правда! Оно же основано на инстинкте. А инстинкт не бывает сложным. Это простая физиологическая реакция. С другой стороны, кулон вашей подруге подарил именно Сашка. Удивительный на самом деле был человек. Многогранный. Со всеми успел поссориться. Всем насолить. Всем помешать.
– В одном детективе Агаты Кристи в конечном счете убийцами оказывались все герои истории, – сказала Злата задумчиво. – Главному герою нанесли двенадцать ножевых ран, и каждый из двенадцати пассажиров экспресса, где это случилось, как оказалось, имел свои счеты к убитому.
– Не думаю, что у нас произошло то же самое, – отрицательно покачал головой Аржанов. – Это, опять же, очень сложная конструкция. Я убежден, что, когда все раскроется, мы удивимся, насколько простым и очевидным будет объяснение. Но пока до этого не дошло, важно только одно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
