Теперь женщина ловко разминала одну из своих кожистых грудей, позволяя темному молоку капать в чашу с зеленоватыми мозгами. Джэйми Оливер[55] бы в штаны наложил, если бы увидел это! - подумала Кэсси и переключила канал.
Далее шло шоу под названием "Продай себя за "зап"!" Одетые в белые плащи Нептоманты стояли совершенно неподвижно, в то время как скромные "зап"-наркоманы отрезали части себя для гадания. Один человек отпилил свою ногу и положил ее в кадило, полное горячих углей, в то время, как прорицатели в плащах делали записи, читая дым. В зале раздались аплодисменты. Конкурсант был вознагражден одним шприцем, полным наркотика, который он немедленно вставил в ноздрю и ввел. Затем была вознаграждена женщина шестью шприцами после того, как она добровольно легла обнаженной на раскаленную докрасна железную решетку. Ее плоть зашипела, выпустив большой клуб дыма. Снова аплодисменты. Когда женщина слезла с решетки, чтобы получить свою награду, вся задняя часть ее тела обуглилась до черноты.
Кэсси уже собиралась выключить телевизор, но внезапно раздался писк, и по экрану покатились буквы:
ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ!
Затем:
НЕ ВЫКЛЮЧАЙТЕ ТЕЛЕВИЗОР! СЛЕДИТЕ ЗА СРОЧНЫМИ НОВОСТЯМИ ИЗ СИСТЕМЫ ЭКСТРЕННОГО ВЕЩАНИЯ "LUCIFERIC"...
Ведущая, чье лицо казалось сегментированным, как черепаший панцирь, флегматично сидела за столом новостей. Заостренные уши торчали по бокам ее аккуратно подстриженных темных волос.
- Самая шокирующая новость, которую когда-либо сообщали, потрясла сегодня Мефистополис. Агентство полиции только что сообщило нам, что в Aд вошла настоящая Эфирисса...
Кэсси наклонилась ближе, широко раскрыв глаза.
-...и теперь прячется где-то в окрестностях площади Бафомета. Всем гражданам Мефистополиса приказано следить за этой женщиной...
На экране вспыхнуло что-то похожее на полицейский фоторобот – лицо Кэсси.
- О, Господи! - воскликнула она. Затем она повернулась и резко толкнула своих друзей на кровати. - Ви! Тиш! Смотрите!
Проснувшись, они сонно уставились в телевизор, но сонливость длилась недолго.
- Срань господня, - пробормотала Ви. - Слух, конечно, быстро распространился. Теперь мы действительно влипли.
- Преступницу зовут Кэсси Хейдон, - продолжила ящерица, - и она находится в Aду, когда я сообщаю об этом. Представители полиции недавно узнали о проникновении мисс Хейдон в Мефистополис после удачного захвата этого БР-а...
Затем на экране вспыхнул плакат "Разыскивается", который они видели раньше, с лицом Ксекa.
- Я так и знала! - прошипела Ви. - Я так и знала, что этот сукин сын нас сдал!
- Эта страшная информация была извлечена из него после обычного допроса в комиссии судебных пыток...
Теперь экран показывал мрачную камеру пыток, где лежал Ксек, привязанный к железным пикам. Два голема в униформе клали ему на грудь тяжелые плоские камни. Ксек заревел от боли, когда острия шипов пронзили его грудь. Камера приблизилась к искаженному агонией лицу Ксекa; он посмотрел в объектив безумными глазами и выкрикнул:
- Кэсси! Прости меня! Я старался, но просто не мог вынести боли! Пожалуйста, прости меня!
Кэсси была подавлена, увидев эту пытку. Ксек не по своей воле пошел к констеблям, - поняла она. - Они пытали его за информацию... Она сделает все, чтобы прекратить эту пытку.
Но затем на экране големы начали убирать камни, и Ксек застонал от облегчения. Внезапно появилось смутно узнаваемое лицо, узкое лицо с моноклем в одном глазу.
- Кэсси Хейдон, - произнесла фигура резким гнусавым голосом. - Я уполномоченный по пыткам Гиммлер. Я хочу, чтобы вы знали, что за вашу голову назначена высокая награда. Мои констебли охотятся за вами сию же минуту, они на каждом углу, в каждом переулке, на каждой станции метро. Для вас невозможно сбежать из города, поэтому позвольте мне воззвать к вашему здравому смыслу. Как видите, я прекратил все пытки против вашего друга. Если вы сдадитесь, я гарантирую вашу безопасность, а также безопасность ваших сообщников. Вы все будете щедро вознаграждены...
- Не слушай его, Кэсси, - сказала Ви.
Комиссар продолжал:
- Я также приказал прекратить все пытки и в отношении этого человека. Это кто-то, кого, как мне кажется, вы знаетe...
Кэсси ахнула. Оператор перешeл в другую студию – еще одну камеру пыток. В темной каменной комнате на кандалах висела женщина.
Лисса.
Желудок Кэсси сжался. О, Боже, нет...
Сцена вернулась к узкому лицу комиссара.
- Ваша сестра тоже останется в безопасности, если вы будете сотрудничать.
- Не делай этого, Кэсси, - прогремел на заднем плане голос Ксекa. - Не верь ему! Убирайся из города как можно быстрее...
Внезапный удар, и вспышка гнева Ксекa была подавлена.
- Пожалуйста, быстрее подчинитесь, - предложил комиссар. - Я буду ждать вас.
Последняя реплика была адресована Лиссе, чье лицо выглядело испуганным сквозь пряди черных волос. Камера переместилась вниз, чтобы показать то, над чем висела Лисса: чан, полный извивающихся пиявок-бритв.
- Вы, больные ублюдки! - закричала Кэсси в ярости, а затем ее аура вспыхнула ярче, чем когда-либо, и...
- Черт возьми! - взвизгнула Ви.
...телевизор взорвался.
Осколки посыпались на них дождем. Когда облако дыма рассеялось, Кэсси огляделась в тишине.
- Извини, - пискнула она.
- Постарайся держать себя в руках, - сказала Ви, кашляя от дыма.
- Как? Если я не сделаю то, что они говорят, они будут мучить мою сестру целую вечность. И ты видела, что они делали с Ксеком.
Ви и Тиш обменялись еще более подозрительными взглядами.
- Я все еще не слишком уверена в Ксекe, - призналась Ви. - Все это слишком просто. Я все еще думаю, что он в этом замешан.
Эта мысль показалась Кэсси абсурдной.
- Как ты можешь так говорить? Они мучили его, ради Бога! Мы не можем винить его за то, что он рассказал о нас полиции! Он испытывал невероятную боль!
- Я даже не об этом говорю. Они хотят, чтобы ты думала точно так же, как сейчас, что он все еще на нашей стороне. И когда ты откажешься сдаться, на что ты готова поспорить, что мы столкнемся с Ксеком где-нибудь по дороге? И у него будет немного отмазок о том, как он сбежал.
- Это безумие, - возразила Кэсси. - А кто сказал, что я отказываюсь сдаваться?
Ви и Тиш улыбнулись друг другу, Тиш беззвучно рассмеялась, а Ви – громко.
- Что тут смешного?
- Господи, Кэсси. Ты - самый наивный человек, которого я когда-либо встречала, - продолжала Ви. - Ты веришь этому парню?
- А почему бы и нет? Я сдамся полиции, и тогда мы все будем в безопасности. Он даже сказал, что мы будем вознаграждены.
Снова смех.
- Кэсси, ты бы купила чай у Лукреции Борджиа. Если ты сдашься, колдуны Люцифера за две секунды поместят тебя в Ауровыжималку. Они выжмут всю твою эфирную энергию и перенесут ее прямо в энергетический дольмен. Вот почему они хотят использовать тебя как сверхъестественную батарею, чтобы Cатана и его самые могущественные демоны могли полностью воплотиться в живой мир. А твоя сестра? Они бросят ее в этот чан с пиявками-бритвами и оставят там на тысячу лет, и меня, и Тиш тоже.
- Ну... - Кэсси задумалась. - Хорошо, вот что мы сделаем. Мы сделаем вид, что я сдаюсь, но потом мы спасем Лиссу и Ксекa.
Еще один взрыв смеха.
- Право. Мы собираемся спасти Лиссу и Ксекa от Kомиссии Cудебных Пыток, самого большого оплота полиции. Тебе было бы легче вытащить кого-нибудь из тюрьмы строгого режима. Это невозможно.
- Нет, это не так, - настаивала Кэсси. - Я просто воспользуюсь своими... своими... - oна указала на взорвавшийся телевизор. - Моими проекционными способностями. Если кто-то встанет у нас на пути, я... Взорву им головы.
Ви и Тиш не могли перестать смеяться, и это действительно начинало выводить Кэсси из себя.
- Против био-магов и колдунов? Они съедят тебя на завтрак, Кэсси, - сказала ей Ви. - И все охранники носят заколдованную броню. Если ты будешь проецировать на них, это будет все равно, что стрелять скрепками из резиновой ленты в стену из шлакоблоков. Поверь мне, это не сработает.
