– Наконец-то… – а затем громко произнес: – Прошу, уважаемый Конец, следовать за мной!.. Ну и вы тоже идите, – кивнул он моим товарищам.
Тут он поймал брошенный на него пристальный взгляд Душегуба и заспешил к выходу. Мы двинулись следом за наглым карлой, и опять Фродо с Душегубом оказались позади нас с Эльнордой. И я тут же услышал басовитое гудение тролля:
– Не-а… Напрасно мы его вчера не съели…
– Точно… Сегодня он ва-а-аще охамел! – поддержал его хоббит.
Похоже, присутствие низкорослого приспешника Качея опять сделало из ребят закадычных друзей.
Правитель ожидал нас во дворе Замка, и поминутно оглядывавшийся Твист довел нас туда очень быстро. Оказавшись на каменной брусчатке двора, карлик уже почти бегом приблизился к стоявшему в окружении довольно большой свиты правителю и бодро доложил:
– Вот я их и доставил!
– Ты не слишком торопился… – хмуро взглянул на него Качей.
– Правитель, они же не хотели встать из-за стола, пока не сожрали все продукты и не выпили весь кисель! – тут же завопил Твист, притопывая на месте от незаслуженной обиды. – Хорошо еще, что я догадался приказать не подавать им с утра пива, а то бы они завтракали до вечера!
– Так это ты, гнида цветастая, подсунул нам эту сладенькую пакость и оставил нас без пива?! – взревел тролль, делая шаг в сторону карлика, но правитель остановил его величественным жестом:
– Я думаю, уважаемый… Душегуб, пива будет вполне достаточно в предоставленных вам припасах!
– Да? – недоверчиво переспросил тролль. – Посмотрим…
Таким образом, расправа над Твистом снова была отложена.
А я тем временем внимательно оглядывал собравшихся во дворе. Ну, те кто жался ближе к правителю, без сомнения, были приближенными и никуда уезжать не собирались. Однако кроме этой расфранченной толпы на брусчатке топтались еще человек двадцать, а кроме них здесь присутствовало и двенадцать лошадей, три из которых были нагружены увесистыми тюками, а у шести других стояли гвардейцы во главе с закованным в броню Шалаем.
– Это и есть твой караван, – прервал мой осмотр Качей. – Сопровождать вас будет эта шестерка. Извини, но больше людей я вам дать не могу. Да и вряд ли такому могучему чародею, как ты, необходим многочисленный эскорт! – В его словах мелькнуло некое подобие насмешки.
И вообще, сегодня утром правитель держался не в пример увереннее вчерашнего. Видимо, наш отъезд несколько его успокоил и обнадежил. Я про себя подумал, что это и к лучшему – пока он будет числить нас в своих союзниках, от него можно не ждать пакостей.
– Лошадей для тебя и для твоих спутников сейчас приведут, – продолжал между тем правитель. – Я сам, лично отбирал скакунов для твоего Братства!
Такое заявление требовало соответствующего ответа, поэтому я, коротко поклонившись, произнес:
– Твоя забота, правитель, показывает, какое внимание ты уделяешь нашей экспедиции, и вселяет в нас уверенность в ее благополучном завершении.
Маленький Фродо, стоявший рядом со мной, поднял на меня изумленно округлившиеся глаза и тихонько прошептал:
– Ну, Серый, ты и излагаешь! Прям кандидат филологии на философском диспуте!
Качею же мой ответ явно пришелся по вкусу, поскольку на его тонкие губы тут же выползла змеистая усмешечка.
– Да уж! Мы со своей стороны сделали все возможное для вашего успеха! Теперь дело за вами. А вот и ваши скакуны!
И действительно, из-за угла главного здания конюхи вывели четырех лошадок. Все они были разномастные и, как бы это поточнее сказать, разнокалиберные! Во всяком случае, сразу было видно, какая коняшка для кого предназначена. Высокая, тонконогая, белоснежная кобыла под черным, отделанным серебром, седлом не могла нести на себе никого, кроме нашей красавицы эльфийки. Топавший рядом с ней каурый тяжеловоз с мохнатыми ногами, длинной, тщательно расчесанной гривой и таким же ухоженным хвостом явно предназначался для Душегуба. Маленькая лошадка, скорее даже пони, с седлом из синего бархата и такими же широкими поводьями годилась только для малыша-хоббита. Ну а коренастый вороной жеребец, наделенный неким философским спокойствием благодаря своему довольно преклонному возрасту, мог подойти только мне.
Качей плавно, даже как-то величественно, повел рукой в сторону появившегося табуна, словно предлагая нам: «Разбирайте…»
Мы безошибочно направились каждый к своей лошади, но были неожиданно остановлены новой репликой правителя:
– Кроме того, я направляю вместе с вами своего полномочного представителя.
И он указал на… карлика Твиста, добавив с ледяной усмешкой:
– Он такой проныра, что может оказаться для вас очень полезным.
– Но, господин!.. – тут же завопил вконец растерявшийся от такой неожиданности маломерок. – Я совершенно не готов к походу!.. Я не умею ездить верхом!.. Я не позавтракал!.. Я не переоделся!.. Я боюсь Епископа!.. – И видя, что его вопли совершенно не трогают правителя, он упал на колени и заверещал дурным голосом: – Они меня съедят, как только выедут за ворота Замка!!!
Качей снова усмехнулся и ласково проговорил:
– Не волнуйся, Твист, я о тебе позаботился.
И словно в подтверждение его слов из-за того же угла на площадь вывели… двух здоровенных козлов, запряженных в небольшую двухколесную таратайку, выкрашенную на манер пожарного экипажа в ярко-красный цвет.
– Вот видишь, – продолжал между тем Качей, обращаясь к замолчавшему от отчаяния карлику. – И тележка твоя запряжена, и одежка походная с харчишками положены. А харчи прямо с моего стола!.. И бояться тебе нечего! Чего можно бояться под началом такого чародея, как наш Конец?! Тем более, что я назначаю тебя своим уполномоченным по оперативным вопросам! – И, сделав совершенно строгое лицо, Качей приказал: – Езжай! И без тела королевы не возвращайся! Понял?!
При этом правитель бросил чрезвычайно многозначительный и довольно двусмысленный взгляд на своего карлика.
Твист поднялся с колен, не глядя на своего повелителя, тщательно отряхнул свои роскошные штанишки и, не оглядываясь, направился к своему шарабану. Вырвав козлиные вожжи у конюха, он взобрался на сиденье коляски, и все сразу поняли, что Твист готов пожертвовать собой ради правого Качеева дела.
Члены Братства дружно выполнили команду «по коням». Правда, в ходе выполнения этой команды Фродо здорово пыхтел, сопел и приборматывал:
– Чтой-то у этой пони слишком длинные уши… Если у ней и характер от того же животного, я лучше пешком пойду…
Увидев нас в седлах, Качей сделал нам ручкой и, брякнув:
– Счастливого пути! – направился к входу в свои апартаменты. И конечно, Эльнорда не могла просто так спустить правителю такой вольности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
