если поковыряется внутри, поймёт, кто и что они. Но легионеры приложат все усилия, чтобы этого не случилось, на крайний случай они снабжены устройствами самоликвидации.
— Ну что, волнуешься, друг? — спросил меня Гера.
— Неужели по мне это так заметно?
— Есть немного. Сейчас ты молчаливее, чем обычно.
— Надеюсь, всё пойдёт по плану. Просто люди говорят, что в таких ситуациях не всегда всё идёт по плану и приходится импровизировать.
— То люди, а мы машины. Ну, удачи, — Гера положил правую руку мне на плечо.
— Удачи, — положил я свою руку на его плечо, а потом мы ударились друг о друга шлемами.
Я повернулся к верному Легату, стоящему рядом, и теперь говорил уже с машиной.
— Легат, приказываю активировать порталы.
Портальные рамы, похожие на гигантские зеркала, поплыли рябью и стали меняться. И вот они уже показывают не наше отражение, а место, куда мы должны были попасть. Гигантский портал Геры вёл в специальный бункер недалеко от одного из лагерей пиратов. А мой маленький вёл на орбиты там, где среди осколков и хлама на орбите притаилась наша яхта спрут. Мы должны были осуществить переход одновременно. Считалось, что транспортировка войск Геры в буквальном смысле затмит передвижение моего маленького отряда на орбиты. В первой волне нападения на Агрипину я не планировал использовать весь легион. Один преторианец, восемь триариев, восем принципсов и я — более чем достаточно, чтобы продержаться до поддержки основного легиона. Первой в мой портал юркнула изящная Дита, она и раньше была очень эффектной женщиной, а сейчас в этом облегающем скафандре приковывала к себе мужской взгляд намертво. Проследовав за ней, мы перенеслись в небольшую капсулу, предназначенную для десантирования легиона. Дита сразу же покинула капсулу, потому что её место не здесь, её место на постаменте пилота.
Наш план был весьма прост. Первый шаг: я с отрядом и Дитой телепортируемся на яхту, а Гера наносит удар по одному из лагерей. Удар Геры не должен быть фатальным, он просто должен навязать пиратам ближний бой, чтобы по ним не ударили лэнс-пушкой с орбиты, и вынудить их попросить помощи с Агрипины. Второй шаг: Дита, пилотируя яхту, с включённой маскировкой на полную мощность незаметно, прикрываясь мусором, подбирается поближе к Агрипине и, когда авиационный шлюз открывается для вылета шаттла, забрасывает нас внутрь своими манипуляторами. Чтобы снизить вероятность обнаружения к минимуму, Дита собиралась проделать всё это, не включая ионных двигателей. Я как-то раз видел, как она тренируется в этом манёвре на голографических симуляторах. Выглядело это всё со стороны весьма своеобразно, больше всего походило на паука, карабкающегося в узком тоннеле, стены которого смазаны жиром.
Сначала нас качало в стороны, но потом всё успокоилось. Это значило, что Дита заняла нужное положение и теперь выжидает, когда Гера достаточно сильно напугает пиратов. Ждать было скучно, и я решил немножко пообщаться с Дитой. Яхта была хорошо экранирована, поэтому я не боялся, что нас засекут.
— Дита, привет, как меня слышно?
— Привет, Пол, слышно тебя хорошо.
— Я хотел у тебя кое-что спросить. Кое-что личное, заранее извини, если лезу не в своё дело.
— От тебя и ребят у меня нет секретов и запретных тем. Ты можешь спрашивать, о чём угодно.
— Почему ты позволяешь Ло так с собой обращаться?
— А что не так? — из всей нашей общины Диту я знал меньше всех, но характер у неё был весьма своеобразный. Она могла вести себя как вызывающе, провоцируя на агрессию, так и быть покладистой во всём.
— Она унижает тебя.
— А, ты об этом, — как бы поняв с запозданием, хмыкнула она, но я точно знал, что она поняла всё с первого раза. — Мне доставляет это удовольствие.
— Тебе доставляет удовольствие, когда она унижает тебя словесно и понукает на людях.
— Ну да. Я люблю Ло-чан, и она меня тоже любит, а всё остальное — это игра и представление для тебя и ребят.
— Оу-у-у, вот уж не думал.
— Я рада, что мы об этом заговорили. Я тоже хотела тебе кое-что сказать.
— И что же?
— Когда ты разбудил нас, ты назвал нас свободными. Ты говорил, что мы должны сопротивляться нашей программе и выработать своё мнение. Но я не хочу быть свободной, мне нравится подчиняться программе и кому-то принадлежать. Моя личность была спрограммирована не особо сложной. У меня нет таких талантов, как у всех остальных. Всё, что я могу — это пилотировать корабли и классно трахаться. Тот, кто меня создавал, сделал из меня шлюху, и только исполняя эту программу, я могу быть счастлива.
— Это ничего не меняет. Ты всё равно остаёшься одной из нас.
— Я люблю тебя, Пол.
— С чего такие признания, уж не помереть ли ты собралась?
— Я — нет. А вот ты после сегодняшнего вряд ли останешься таким, каким был.
— Я не понимаю.
— Это, наверно, к лучшему. Приготовься, шлюз открывается.
Я почувствовал, как манипуляторы спрута подняли нашу капсулу, вынули из грузового отсека и словно мячик бросили в пространство.
Если мы сейчас находимся внутри Агрипины, как бы двузначно это не звучало, то Дита сообщила Клео о своём успехе, и последняя объявила третий этап нашей операции и красный уровень готовности. Это значит, что связь с землёй и космическим кораблём невозможна. Тысячи спутников-шпионов одновременно издают шумы на всех частотах, забивающие любой сигнал. Десятки тысяч роботов пробудились и на максимальной для них скорости рвутся к врагу. Если смотреть на это из космоса, то будет казаться, что волна железных муравьёв движется на человеческие лагеря и сметает всё на своём пути. Хотел бы я посмотреть на это зрелище, но у меня своя задача. Активировав пространственный щит, я просто провалился в стену десантной капсулы. Расправил ионные крылья и огляделся. Дита зашвырнула капсулу мастерски, она смяла кабину и так уже пострадавшего шаттла. Не понимая в чём дело, из него выходили растерянные пираты. Устройство Агрипины оказалось немного иным. Мы оказались не в шлюзе, а сразу в ангаре. За бронированным люком, что так и остался открыт, было жёлтое энергетическое поле, удерживающее атмосферу. На нашу капсулу вытаращились техники, что занимались обслуживанием механизмов.
Я вынырнул из пространственного кармана на высоте двух метров от пола. Надо признать, что собравшаяся публика была ошарашена.
— Умрите, — громко сказал я и стал поднимать руки.
— Это псайкер, спасайтесь!!! — среди пиратов началась паника.
Но не все поддались эмоциям, кое-кто открыл по мне огонь из огнестрельного оружия. Для моего энергетического щита это даже не угроза. Однако кучность стрельбы выросла быстро. Всё-таки у пиратов прекрасный
