что без трупов обошлось, но один черт, предчувствую, что отписываться придется до посинения. А уж как будет верещать Серега…
Но Гусев после моего доклада только судорожно расстегнул верхний крючок кителя, закурил, а потом тихо и страстно спросил:
— Почему? Лисов, ответь мне, ну почему? Почему у тебя все не как у людей? Почему сколько я не ездил, все было нормально, а ты постоянно попадаешь в разные ситуации? Почему тебе спокойно не живется? Почему у тебя шило в жопе?! Почему у тебя ветер и разные бредни в голове?!!
Ага — все-таки не выдержал командир и начал пускать начальственные брызги. Нет, конечно, я сильно попал и полностью осознаю свою вину, но чтобы не доводить дело до многодецибельных завываний, встал, отдернул форму и официальным голосом сказал:
— Товарищ генерал-лейтенант, разрешите письменно изложить факты и побудительные причины этого поступка?
Серега от моего тона несколько сбился и, плюхнувшись обратно за стол, ответил:
— Изложи! Будь так добр. И чтобы через час рапорт вот здесь лежал!!!
Гусев так хлопнул ладонью по столешнице, что стакан с остатками чая подпрыгнул и перевернулся. А я, козырнув, поинтересовался:
— Разрешите идти?
— Идите!
* * *
А еще через сорок минут я опять стоял в начальственном кабинете и молча глядел на макушку генерала, который полностью погрузился в чтение предоставленных мною листков. Через какое-то время он глянул на подчиненного и, хмыкнув, выдал:
— Ну и чего стоишь, как статуя Командора? Садись!
А закончив чтение, пожевав губами, задумчиво сказал:
— Очень занимательно… Знаешь, Илья, я тоже краем уха про угоны слышал. И вот после того, как ты все здесь так интересно изложил, гипотеза капитана Малеева мне вовсе не кажется такой уж бредовой. Вполне может все так и быть: выдавая себя за мобильные КПП, противник именно таким образом останавливает автомобили и производит молниеносный захват. После чего машины либо прячут в укромное место, либо сразу перегоняют через границу. Но вот лично ты при просчете данной ситуации ошибся.
Я удивился:
— В чем?
— Да в том — чтобы поджидать тот «мерседес» на дороге, бандиты должны были заранее знать, куда и когда он поедет. А эти данные подразумевают существование агента или агентов, внедренных заранее. Причем в самых разных местах. Машины ведь у разных людей крали. Отметь — служивших в разных частях. И согласись, что вряд ли кто-то будет для банального грабежа задействовать агентурную сеть, даже если она и существует. Я думаю, все гораздо проще. Шикарных машин нам в виде трофеев досталось до черта и больше. И бандиты просто действуют наудачу — увидели, проследили, поймали момент, хапнули. Благо — выбор уж очень большой, и даже если просто сидеть в придорожных кустах на любой дороге, то хоть одно шикарное авто по ней да проедет…
Блин… действительно, этот момент я как-то совсем упустил. В зобу дыханье сперло и полез нахрапом. Вот зараза! А ведь если бы просчитал настолько элементарное предположение, то и в голову бы не пришло атаковать этот злосчастный КПП. Видно, все эти соображения отразились на лице, так как Серега ухмыльнулся и сказал:
— Ладно, иди отдыхай. А свои мысли и вот эти листки, — командир постучал пальцем по моему рапорту, — я покажу ребятам из контрразведки. Думаю, их сильно заинтересует такое видение этой проблемы.
Насколько СМЕРШ заинтересовало это видение, я узнал через пару дней, когда, находясь в штабе армии, снова встретил Женьку Малеева. Капитан вид имел слегка помятый, но, помимо царапины через всю щеку и здоровенной гули на лбу, сверкал счастливой улыбкой. Чуть было не проскочив мимо, Малеев остановился и, ухватив меня за ремень портупеи и даже не поздоровавшись, радостно выпалил:
— А ведь я был прав!
— Насчет чего?
— Помнишь, я тебе несколько дней назад насчет угонов машин говорил? Так вот, командование решило принять мою гипотезу и буквально только что этих сволочей взяли! Троих. И все трое — красновцы, маму их так! А основная база в Бельфоре, что во Франции. Они туда машины перегоняли. Так что сейчас будем выходить на союзников, чтобы все вражеское гнездо накрыть![35]
Тут Женьку позвали, и он, прервавшись на полуслове, извинился и убежал, а я, улыбаясь, глядел ему вслед. Блин, вот уж действительно говорят, что иногда даже из неправильных предпосылок можно сделать верный вывод. Да и вообще — то хорошо, что хорошо кончается. Это я уже про случай с налетом на КПП. У сержанта ранение легкое — кость не задета. Получивший прикладом по башке заимел сотрясение мозга, но от этого еще никто не умирал. А радует то, что командование решило этой истории не раздувать, а наоборот, со всего наряда контрольно-пропускного пункта были взяты подписки о неразглашении. Судя по тому, что на меня никто не бросает насмешливые взгляды, информация огласки не получила и не получит.
Но самое главное, что к словам и аргументам командира спецотдела Ставки контрразведчики прислушались гораздо внимательнее, чем к предположениям капитана Малеева. Так что, я думаю, все нормально вышло. При любом раскладе — одна пуля в мякоть плеча стоит того, чтобы больше не было трупов наших водителей на дорогах. А Женька по-любому может крутить дырочку, так как все отлично помнят, кто первый объединил все разрозненные нападения на дорогие машины и высказал столь экзотическую гипотезу по поводу цели этих нападений.
Так что мысленно пожелав Малееву удачи, я достал список и направился в сторону автолавки. Сегодня у моего старого приятеля и нашего старшины — Грини Нечипоренко круглая дата. Тридцать лет мужику стукнуло, и поэтому мы решили сделать ему необычный стол, затарившись различными вкусняшками в автолавке штаба армии. Ассортимент у них был достаточно обширный, поэтому, выстояв небольшую очередь, я развернул список покупок и начал говорить продавщице — степенной матроне с вычурной прической, что именно мне надо.
Глава 8
Утро следующего дня не предвещало никаких неожиданностей,
