Читаем без скачивания О завтрашнем дне не беспокойтесь - Николай Симонов

Доктор Крамник тоже чувствовал себя неловко. Призрачная Госпожа из параллельного мира, назвавшаяся его прабабкой, сказала, что Ди Ва Пав — ее супруг, следовательно, его прадед. У Крамников было не принято предавать кровных родственников, и он решил посоветоваться со своим дядей Роджером — главой их семейного клана и влиятельным членом республиканского Сената. Он быстро составил для дяди текстовое сообщение, в котором не забыл упомянуть о Вене Саймон и о том, что их прадед Ди Ва Пав — участник второй звездной войны и великий хронопутешественник, переживший термоядерный катаклизм. В конце электронного послания он выразил свое мнение о мотивах, которыми руководствовался майор Линкольн, отдавая приказ заморозить их славного предка: «зависть, зависть и еще раз зависть». Сообщение ушло на Ганимед со скоростью света, и вскоре от дяди Роджера пришел лаконичный ответ: «Заморозь самого майора.

Ответственность беру на себя. Дедушку Павла на несколько дней надо куда-нибудь спрятать. Я сам прилечу за ним с большой группой журналистов. Спасибо за информационный повод, который мне очень пригодится. Внимательно смотри и слушай завтрашние новости». Прочитав сообщение дяди Роджера, доктор Крамник задумался.

Непосредственно операцию по замене крови и консервации мозга Ди Ва Пава должен был выполнять хирург Святослав Мельник, — не один, конечно, а с помощью двух роботов ассистентов: Корнелия и Макроса.

Для прохода в военно-химическую лабораторию майор Линкольн уже, наверняка, выдал им пропуска. В принципе он сам бы мог справиться с этой задачей. Теперь сам майор. Перед тем, как положить его на операционный стол, его следовало обездвижить. Но, как? И тут доктор Крамник вспомнил, что члены экспедиции до сих пор не прошли вакцинации от аллергии, вызываемой пыльцой тропического багульника.

Багульник на горе Меру еще не зацвел, но это должно было произойти со дня на день. До отхода ко сну оставалось часа полтора. Доктор Крамник придумал следующий план. Он прикажет своему роботу-ассистенту Алозию, чтобы тот сделал перерыв в работе по монтажу криогенной установки и прошелся по каютам членов экспедиции с просьбой подвергнуться обязательной вакцинации. В кассете медицинского прибора, напоминающего обыкновенный пластырь с сотней микроскопических иголок, вместо вакцины, естественно, будет сильнодействующее снотворное. Далее, он скажет Алозию, что ему и Сенусерт вакцинация не требуется, так как аллергия на багульник у них отсутствует. После того, как члены экспедиции заснут, он по пропуску Святослава Мельника войдет в военно-химическую лабораторию, с помощью Алозия на универсальном роботе-погрузчике доставит «дедушку Павла» в его каюту и передаст Сенусерт, так сказать, из рук в руки. Затем таким же способом он доставит майора Линкольна из его каюты в военно-химическую лабораторию и приступит к операции по его замораживанию. Операция продлится часов пять-шесть, до восхода Юпитера. За это время Сенусерт успеет перенести спящего «дедушку Павла», засунув его в рюкзак, в лабиринт пещер горы-острова, расположенный на высоте четырех километров над уровнем моря.

Сенусерт — дама сильная, да еще с характером, следовательно, справится. В том, что она выступит на его стороне, у доктора Крамника не было никаких сомнений. Итак, план спасения «дедушки Павла» созрел, но оставалось неясно, как члены экспедиции, проснувшись, отреагируют на исчезновение майора Линкольна. Насчет того, что роботы-ассистенты проговорятся, можно было не беспокоиться. Доктор Крамник знал, как стереть их кратковременную память. Оставалось надеяться на завтрашние политические новости с Ганимеда, и он, примерно, догадывался о предстоящих событиях, на которые намекал дядюшка Роджер в своем сообщении. Дело явно пахло керосином, то есть государственным переворотом. Сенат республики Ганимед, по-видимому, собрал требуемое по Конституции количество голосов для объявления импичмента Президенту Панкрату IV. В порядке исторической справки следует заметить, что главой исполнительной власти республики Ганимед был не живой человек, а онтологический суперкомпьютер, правивший страною и людьми на протяжении уже более ста лет. Считалось, что такая форма правления гарантирует принятие безошибочных решений и избавит общество от коррупции и непотизма. Так оно поначалу и было, но с течением времени Панкрат IV присвоил себе необъятную власть и начал вмешиваться даже в вопросы интимной жизни граждан и их пристрастий в части одежды, кулинарии, воспитания детей и так далее. Однако даже это никуда не шло в сравнении допущенной им ошибки продолжительности существования Юпитера в качестве инфракрасной звезды. Яркость свечения и температура поверхности Красного солнца неуклонно падали, и это ставило под сомнение целесообразность решения замораживания Земли и ее «отфутболивания» в облако Оорта, с расчетом на ее захват Проксимой Центавра — звездой, очень похожей на Солнце. В случае успеха импичмента вся полнота власти на Ганимеде, по Конституции, переходила к Сенату. Одним из наиболее вероятных претендентов на должность Президента республики Ганимед как раз и был родной дядя доктора Крамника — 120-летний сенатор Роджер Крамник Старший. Победа Сената предвещала прекращение операции «Ноев ковчег», амнистию политическим преступникам и размораживание тех из них, кого, следуя приказу Панкрата IV, успели заморозить и отправить на Землю. Реализация плана, намеченного доктором Крамником, поначалу шла успешно. В предложении пройти обязательную вакцинацию члены экспедиции не заподозрили никакого подвоха, и вскоре заснули крепким сном, включая майора Линкольна. Без проблем доктор Крамник доставил своего начальника в военно-химическую лабораторию и забрал оттуда «дедушку Павла». Проблемы начались, когда доктор Крамник с большим трудом растормошил Сенусерт и с ужасом обнаружил, что она пьяна. Для того чтобы привести великаншу в чувство робот-ассистент Офелия на универсальном роботе-погрузчике перевезла ее в санитарный ангар, поместила в оцинкованную ванну с холодной морской водой и вызвала рвотную реакцию. Когда Сенусерт прочухалась, доктор Крамник объяснил ей, что к чему и приказал приготовиться к бегству в пещерный лабиринт. На сборы и все такое прочее он дал ей полтора часа, и, попросив непрерывно поддерживать с ним радиосвязь, отправился в военно-химическую лабораторию замораживать майора Линкольна.

Часть пути до лабиринта пещер великанша Сенусерт со спящим в ее рюкзаке человеком-дельфином проделала на старом фуникулере, и затем направилась пешком по тропинке, вьющейся серпантином и доходящей почти до самой вершины горы-острова. Сама тропинка представляла собой плоско уложенные камни и небольшой бордюр, выложенный из обычных камней из базальта и гранита, валявшихся повсюду. Сенусерт проходила на Меру учебную практику, и все особенности ее рельефа, флоры и фауны были ей хорошо известны. Со дна моря высота вулканического массива составляла 1500 м, а от уровня воды — 6500 м. Самый сложный участок пути, благодаря фуникулеру, остался для Сенусерт и ее нового друга позади. У подножия Меру уже в ста метрах от кромки воды приборы фиксировали 30 градусов тепла по шкале Цельсия и стопроцентную влажность. Мангровые деревья высотой с 20-ти этажный дом с переплетающимися ветвями, корнями и живущими в них гигантскими насекомыми создавали естественную непреодолимую преграду. Чем выше, тем становилось ветренее и холоднее, но добавлялась некоторая неприятность — выделяющийся сероводород: белый, плохо пахнущий дым, из-за которого Сенусерт приходилось периодически надевать на себя и на Ди Ва Пава кислородную маску. На высоте 4 тыс. метров над уровнем моря на горе Меру располагался старый базовый лагерь, от которого остались два небольших ангара. В них хранились не вывезенные на Ганимед грузы: запасы продовольствия, научная аппаратура и мини-электростанции.